Домашний Гримм

Шон стянул с пальца перстень и, глядя в удивлённые зелёные глаза, передал его Питеру.

— Отправляйся на улицы, попробуй узнать, с кем мы имеем дело. Кто-то лишний приехал в Портленд, и кто-то должен был его видеть. Найдём твою Джульетту.

Питер заворожено кивнул и, неотступно следуя за ним, проводил до двери. Ещё бы, перстень королевского рода в руках простого Колдуна — развяжет языки, но, главное, отвлечёт от безрадостных мыслей. Непонятно, зачем теперь кому-то потребовалось забирать Джульетту — с тем же успехом можно было собрать всех бывших девушек Ника, начиная со времён его обучения в колледже. А если рассчитывали на по-прежнему живые чувства… то зачем её стёрли из его памяти?

Пора было убедиться самому, что Ник — не мог.

Глава 2

Хэнка в больницу доставили с ножевым ранением в живот — операция ещё шла, когда Шон добрался, пришлось ждать окончания, затем перевода из реанимации. Ждать разрешения на посещение пациента он не был в состоянии и, едва медсестра покинула палату, уверенно прошёл внутрь и закрыл жалюзи.

— Капитан, — первым подал голос Хэнк. Шон обернулся и подошёл ближе. Выглядел детектив неплохо: удар был всего один и не смертельный, только кровопотеря серьёзно ослабила. — Ника нашли?

— Да, — успокоил Шон, тщательно и осторожно подбирая слова для вопросов. Нельзя же так в лоб спросить «Это не он тебя пырнул?». — Хэнк, можешь рассказать, что с вами случилось?

— А Ник? — он заморгал, пытаясь сфокусировать взгляд. — С ним что?

— Почти в порядке, — соврал Шон. — Мне нужно узнать о событиях с твоей точки зрения.

Хэнк успокоился, устало прикрыл глаза и невнятно пробормотал:

— Мы разделились… Я Ника больше не видел. Кто-то подошел со спины. Я не разглядел: развернулся — получил ножом и по шее. Потом очнулся — дом горит, телефон вдребезги, машины нет, никого вокруг. Еле выбрался на дорогу.

— Дело, которое вы вели… — Шон оглянулся на жалюзи: в просвете виднелись белые халаты, но к палате пока никто не шёл. — Ник предполагал, что в нём замешаны везены?

— Что с Ником? — неожиданно окрепшим голосом резко спросил Хэнк.

— Небольшой провал в памяти, затронут период в несколько последних дней, поэтому постарайся вспомнить всё, что вы не записали, — Шон тяжело вздохнул и, заметив подозрительность на сером от кровопотери лице, пообещал: — Завтра он зайдёт тебя навестить. Сегодня ему ещё нужен покой.

— Ну… — Хэнк немного расслабился. — Один из тех троих, которых убили… его убил арбалетный болт в шею. Несерьёзная рана, воткнулся на дюйм. Стрелу Ник забрал. Токсикологическая экспертиза выявила растительные компоненты, неопасные для человека, но Ник опознал яд для Троллей.

— Их убил Гримм?

— Или Гримм, или тот, кто прикинулся Гриммом. Да мало ли, достать арбалет и приготовить яд мог любой везен: в их книжках какой дряни только нет.

— Да, возможно. Косы или что-нибудь ещё специфическое среди их вещей было?

Хэнк устало мотнул головой, и Шон решил больше его не мучить. Если к утру что-нибудь появится, возможно, детектив сможет ему помочь, но сейчас данных было маловато. Можно сказать, ничего не было — Хэнк ничего не прояснил: Тролли могли быть просто Троллями, а не Жнецами, среди троих убитых вообще мог быть только один Тролль, поэтому остальных прирезали, а не утыкали арбалетными болтами. Хэнк не видел нападавшего, Хэнк не мог предоставить Нику алиби. Мог бы, если бы знал, что тот в нём нуждается, но от напарника им всё же удалось скрыть неофициальную историю болезни их штатного Гримма. К сгоревшему дому уже направился отряд криминалистов, ехать туда самому смысла не было, оставалось только дожидаться официальных отчётов. Дожидаться Шон предпочитал дома, в мягкой постели, учитывая, что время неумолимо приближалось к полуночи.

— Поправляйся, Хэнк, — пожелал он на глазах засыпающему детективу и внутренне готовый к конфликту вышел из палаты.

От гнева медицинского персонала его уберегло не иначе как чудо в лице Надин, во что бы то ни стало желавшей увидеть бывшего супруга. Персонал дружно загораживал ей путь, взывал к голосу разума, и никто не смотрел в сторону самой палаты. Шон плавно шагнул за угол и направился к лестнице. Он мог бы поговорить с Надин и успокоить её, но сейчас в его утомлённом разуме умещалось только страстное желание добраться домой и смутное беспокойство, почему-то влекущее в том же самом направлении.

Квартира встретила его тишиной. Шон зажёг лампу и, оглядевшись, попытался припомнить, точно ли светлый внедорожник на парковке принадлежит Нику. Он не приглядывался и не обратил внимания на номера, а ведь могло статься, что это какой-то другой внедорожник. Мысль выйти и перепроверить посетила голову первой, вторая оказалась более здравой.

Сложив телефон и ключи на столик, Шон зашёл в гостиную и перевёл дух: Ник не стал заниматься самодеятельностью и никуда не пропал, он крепко спал на диване, укрывшись футболкой и свитером.