Так как я позволил тебе изменять гравитацию

— Вы второй по старшинству ребенок в семье. Родители были не богаты, но любили вас. В школе занимались спортом, без сомнения — квиддич, про который так старательно мне рассказывал Джон. Рискну предположить, были ловцом — у вас, очевидно, острый глаз и быстрые рефлексы, то что и нужно такому игроку. Работаете за границей, думаю, в Восточной Европе, Румыния или Болгария, первое более вероятно, работаете там не первый год. И работа в основном на открытом воздухе, на природе, вдали от цивилизации. Много времени проводите на метле, работаете в непосредственной близости от огня. В Англию прилетели на конференцию или ради какой-то встречи, вероятно, по настоянию боссов, которые хотели бы повысить вас в должности. Вы откажетесь, разумеется, так как это будет означать конец дикой жизни и возвращение в Лондон, а вы не можете об этом и думать. Вы знаете Джона по Хогвартсу, но с тех пор не видели его; были близки, когда учились, но вы на год старше, и вы резко оборвали все связи, когда выпустились. Вкратце, — Шерлок останавливается, делает глоток пива и вытирает пену с изогнувшихся в слегка презрительной улыбке губ. — Вкратце, вы бывший бойфренд Джона, сражающийся с драконами.

— Вау! — брови Чарли поднялись почти до кромки волос. — Уверен, что ты не прорицатель? Это было невероятно, приятель.

Глаза Шерлока, расширившиеся в азарте дедукции, вновь сужаются с подозрением.

— Что?

— Я сказал, это было невероятно. И все правильно. Единственное, я не сражаюсь с драконами, я их изучаю, но все же. Удивительно, особенно для маггла.

— Люди обычно не так говорят, — Шерлок хмурится еще больше, не отводя взгляд от Чарли, будто тот — особо запутанная головоломка.

— Что же обычно говорят люди? — спрашивает Чарли, смотря то на все более расстраивающегося Шерлока, то на Джона, который едва смог скрыть нервный смешок.

— Обычно его просят отвалить, — лаконично отвечает Джон, ухмыляясь от непрошенных воспоминаний. — Ладно, Шерлок, ты сделал свое дело. Можешь теперь быть милым? Мой мир, мои правила, помнишь?

Шерлок пыхтит раздраженно и скрещивает руки.

— Прекрасно. Прости меня, Чарли, если оскорбил тебя, я не хотел. А теперь, с вашего позволения, я пойду в бар. Джон, еще?

— Спасибо, — соглашается Джон, наблюдая с подозрением, как Шерлок пробирается сквозь толпу к бару. Чарли присвистывает низко и хихикает, облокачиваясь на стул.

— Мерлинова борода, Джон, он злющий, как Японский Огненный Шар. Где ты нашел такого?

— Ну, в некотором роде «обзавелся», когда вернулся в Лондон. После того, как подстрелили. В Афганистане, — объясняет он и слышит низкий присвист уже в ответ себе.

— Говорили, ты участвовал в маггловской войне. Не представлял, насколько все пошло наперекосяк. Сожалею, приятель.

— Я не так уж долго сражался, и это не было концом всего, — Джон умышленно упрощает факты. Он осушает свою кружку, отчетливо ощущая, как отступают беспокойство и злоба. — Прости за Шерлока. Он тот еще наглец и в лучшие времена, но здесь обычно ведет себя прилично. Даже не представляю, что на него нашло.

— Не представляешь? — Чарли поигрывает бровями и усмехается ему. — Твой мужчина ревнует, Джон. По нему это видно также, как по лукотрусу, заприметившему яйца докси.

Джон фыркает и закатывает глаза.

— Шерлок не ревнует, — усмехается он, но желудок слегка скручивает при этой мысли.

— Уверяю тебя, что да. Да и кто бы не? Вдруг из ниоткуда появляется симпатичный бывший бойфренд, потрепанный ветром и лихой. Конечно, он будет ревновать, этот чахоточный дохлик, — ухмылка Чарли все такая же ослепительная, как и раньше. Джон смеется и бьет его свернутым Пророком.

— Некоторые вещи никогда не меняются, да? Даже то, что твоей заднице постоянно угрожают драконы, ничуть не уменьшило твое эго?

— Мерлин, не, наоборот — увеличило до бОльших размеров, — усмехается Чарли, опуская свою кружку на стол. — Он красавец, однако, отдаю тебе должное, Ватсон, старый нюхлер. Ты всегда обращал внимание на таких.

— Мне, наверно, не доводилось слышать ничего более самодовольного, — Джон закатывает глаза. — Впечатляет, учитывая, что я живу с самым самодовольным человеком Англии.

— Ты знаешь меня, — говорит Чарли, нагло подмигивая. — Ничто не меняется под солнцем.

— Очевидно. Ты всегда был тщеславным придурком.

— Не просто так.

Джон громко смеется, они улыбаются друг другу и возвращаются к выпивке. Джон пользуется моментом, давая себе возможность раствориться немного в странности сегодняшнего вечера, Чарли комфортней устраивается на стуле и довольно вздыхает.

— Так ты женат на маггле?

— О, нет, мы… мы не женаты, — объясняет Джон поспешно, возможно, слишком поспешно.

Шерлок, конечно, возвращается именно в этот момент и с грохотом ставит стаканы на стол, разбрызгивая содержимое.