Вересковая пустошь

Мы же не какая-то там Франция, здесь всё держится на традициях. Видеть каждый день на месте главного аврора седовласого, с окладистой бородой Колдблэйда — тоже, своего рода, традиция, менять которую мучительно и сложно.

Молодые кандидаты наступали друг другу на пятки, гоношились, словно жеребцы, выражая недовольство работой Колдблэйда и аврората в целом.

Масла в огонь подлила история с Моорскими псами. На личных встречах с министром, посвящённых поимке этой банды, Колдблэйд растерянно разводил руками, Шеклбот хмурился и всё чаще открыто раздражался. И тут — на тебе! Поттер и Дженкинс разделывают псов под орех! Насчёт Поттера — ничего удивительного, это ж Поттер. Но Дженкинс… Кингсли никогда не мог отделаться от мысли, что тот как-то слишком старается. Была в нём какая-то нарочитость, неискренность. Хотя послужной список безупречный. К тому же, в аврорате немало тех, кто с удовольствием поддержат кандидатуру Дженкинса на пост начальника.

Тем не менее, другой кандидат Шеклботу нравился больше — пятидесятилетний Трастворт прослужил в аврорате дольше, чем Дженкинс. А главное, он был одним из тех немногих, кто не принял «реформы» министерства в период Волдеморта, и тихо ушёл в отставку. После девяносто восьмого Кингсли вернул его на должность старшего аврора и ни разу не пожалел о своём решении.

Кто в итоге будет начальником аврората, станет известно сегодня — второго октября.

Гарри пришёл в аврорат раньше всех. Ночь он провёл в Питерсфилде, почти не смыкая глаз, безрезультатно карауля Гермиону. Но в краткие минуты сна она приходила к нему: столь же желанная и недостижимая, что и наяву. Едва он пытался овладеть ею, то сразу просыпался.

Измученный, с красными глазами, он вызвал к себе Грейноуза.

— Ночные допросы запрещены! — возмущённо заявил тот.

— Сейчас семь утра.

— Всё равно очень рано.

— Впереди долгие годы в Азкабане — успеете выспаться.

— Это мы ещё посмотрим.

— Вот что, вчера у меня случился обморок. Это как-то связано с зельем?

— Возможно. Где вы были перед обмороком?

— Я зашёл домой, поговорил с женой…

— И почувствовали невыносимый запах?

— Да.

— Ничего удивительного. Теперь любая женщина, за исключением той, единственной, будет вызывать у вас дикое отвращение.

— Я понял. Уведите, — приказал Гарри конвойным.

— Советую не тянуть с моим освобождением. Дальше будет только хуже, — пообещал напоследок Грейноуз.

— Ублюдок! — выругался Гарри, когда за арестованным закрылась дверь.

Он зарылся в бумаги, чтобы тщательнее подготовиться к заседанию Визенгамота. Вчерашний допрос дал результаты — несмотря на так называемое «братство», славящееся секретностью, некоторые барыги выложили интересные факты, касающиеся Грейноуза и его деятельности. Сам он, правда, хранил полное молчание.

Просматривая протоколы, Гарри задержался на знакомом имени — Паффин. Тот проходил по делу о сбыте краденых предметов старины. Где-то он уже читал про него… Ах, да! Паффин — это сквиб, у которого некий Марцелиус отобрал то ли нож, то ли кинжал. Так было сказано в книге, которую Гарри завёл в аврорате.

Кинжал… Гарри снова тщательно просмотрел бумаги. Ни единого упоминания о холодном оружии, которое вонзили в Хлюста. Про убийство только одно — ничего не видел, не знаю.

В суматохе вчерашнего дня Гарри совсем забыл про человека, которого он отправил в Мунго. Скорее всего, его уже допросили. Гарри опять перерыл все бумаги. Не может быть! Он же лично отправил Патронуса в аврорат со сведениями об убийце! Неужели никому не пришло в голову тут же допросить подозреваемого? Так странно. Дженкинс с его хваткой не мог забыть про ключевого фигуранта! Впрочем, и на старуху бывает проруха. Надо исправить ошибку. К тому же, Гермиона уже, наверное, вернулась, и они встретятся в госпитале. Великолепно!

В Мунго Гарри огорошили известием, что убийцу Хлюста уже забрали.

— Кто забрал? — удивился он.

— Откуда я знаю? Пришёл кто-то из вашей конторы, показал бумаги, мы и передали больного. Раны почти зажили, зачем нам его держать? — пожал плечами усталый колдомедик.

— Что за аврор? Как он выглядел?

— Я его не видел.

— Кто видел?

— Колдомедик Брант, но его нет.

— Где его найти?

— На том свете.

— Что?!

— Неприятная история случилась. Отравился, представляете? Всю жизнь боялся ядов, как огня, и налил себе случайно в чай настойку бледной поганки. Бедняга. Завтра похороны.

— Мне жаль. Кто ещё видел этого аврора?

— Никто. Вчера был тяжёлый день, а колдомедиков не хватает, все были заняты с пациентами.

— Гермиона Уизли вернулась?

— Нет. Завтра ждём.

«А уж я как жду», — подумал Гарри и попрощался с колдомедиком.