Вересковая пустошь

— Я же говорил, что миссис Уизли ушла, — раздосадовано повторил колдомедик, усаживая на постель очередного больного, которого Гарри побеспокоил.

— Она здесь. Где вы её прячете? — вспылил Гарри.

— Прекратите немедленно безобразие! Уходите, здесь люди работают! — не выдержал колдомедик.

Но Гарри уже было не остановить. Запах ощущался повсюду, Гермиона всё не находилась; и в приступе едкого раздражения он схватил колдомедика за грудки:

— Где она! Отвечай, или я засуну твою башку в его утку!

Больной в страхе подобрал утку и прижал к себе.

— От-отпустите меня, черт подери! — колдомедик был не робкого десятка и вырвался из рук Гарри. — Она в лаборатории.

— Я был там!

— Не в этой. Есть ещё одна, на чердаке. Вторая лестница, до конца.

— Другое дело, — сразу подобрел Гарри. — Извини… за беспокойство, — добавил он, поправляя на колдомедике галстук.

Потом влетел вверх по лестнице и остановился, прислушиваясь. Кажется, нашёл. Здесь была единственная дверь, Гарри рванул её на себя и заметил лишь волны аппарации, охватившие исчезающую фигуру Гермионы. Раздался хлопок, и только потревоженная стеклянная колба покрутилась на столе и с мерным стуком успокоилась.

Гермиона сбежала. Сбежала от него! Как тогда, в Питерсфилде. Ну почему?!

Уныние охватило Гарри, камнем навалилась усталость. За эти два дня он толком не ел и не спал, от постоянных перемещений болели кости, ныл ударенный зельеваром затылок. В своём расследовании он никуда не продвинулся, только всё запутал. К тому же, испортил отношения с Дженкинсом, а вместе с ним — с доброй половиной аврората. О том, чтобы пойти домой, не может быть и речи: Джинни вызывает отвращение, и он может её ненароком обидеть. Рон станет допытываться, что случилось, правда ему точно не понравится. Гермиона… не хочет видеть Гарри.

Такое ощущение, что жизнь расставила паутину, а он, как глупая мушка, попался и барахтается, дёргается, вместо того, чтобы замереть и хорошенько подумать, где выход.

В любой непонятной ситуации поступай, как бог на душу положит, — этот принцип всегда срабатывал. Возможно, не подведёт и сейчас.

Гарри отправился в Косой переулок, снял комнату в «Дырявом котле», принял душ, поел, отшил молоденькую ведьму, которой вздумалось завести с ним беседу, потом отправился в Гринготтс. Получив нужную сумму, махнул в аврорат. Подписал все бумаги, заплатил залог и принял своего подозреваемого тепленьким и радостным.

— Благодарю, мистер Поттер, — Грейноуз величаво склонил голову перед своим спасителем.

— Не знаю, зачем я это делаю, — Гарри с досадой почесал свежевыбритый подбородок. — Имейте в виду, если исчезнете — я вас из-под земли достану.

— Грейноуз никогда не нарушает данного слова. Раз обещал антидот — я его добуду.

— Ну-ну, — Гарри похлопал его по плечу. — Жду с нетерпением.

Они расстались у входа в министерство. Гарри усмехнулся, представив лицо Грейноуза, когда тот увидит, что склад в домике у озера опустошён. Но это лирика. Он отправился в аврорат, чтобы ещё раз осмотреть улики.

В аврорате его провожали косыми взглядами. Вчера авроры весь день трудились над доказательствами вины Грейноуза, и в итоге получили щелчок по носу от Визенгамота. В атмосфере разливалось стойкое ощущение бойкота.

В хранилище улик Гарри получил шкатулку Хатчинса, кинжал и письмо.

— Надеюсь, вы ничего не потеряете, — неприветливо произнёс служитель.

— Не волнуйтесь, — заверил его Гарри.

По дороге в свой кабинет он заглянул в службу розыска и подал данные на убийцу Хлюста. Теперь человека с расщепом будут искать повсюду.

Визит к Дженкинсу он оставил напоследок. В кабинете старшего аврора сидело пять человек. Очевидно, Гарри прервал их воодушевлённую беседу.

— Мне нужны протоколы допросов, — сказал он, получше перехватывая свою ношу.

— Я смотрю, ты даже улики все забрал. Что будешь делать с этим скарбом? Сожжёшь или выкинешь? — полюбопытствовал один из авроров, не скрывая сарказма.

— Положу на место, когда тщательно осмотрю. Протоколы, Дженкинс.

— Держи, — Дженкинс отдал ему бумаги. — Это копии. Устроит?

— Вполне, — Гарри развернулся к двери.

— Но мы договорились, Поттер? Ты ведь расскажешь нам о своих теориях? — насмешливо спросил Дженкинс.

— Да, я же обещал, — бесстрастно ответил Гарри и закрыл за собой дверь.

Вслед ему раздался взрыв хохота.

Гарри отправился в свой кабинет и допоздна изучал бумаги. Вообще, чтение и заполнение документов было самой ненавистной частью его работы. Но сегодня он анализировал каждую запятую. Когда рассматриваешь протоколы с иного ракурса, становятся очевидны мотивы допрашивающих. Мотивы людей Дженкинса были видны, как на ладони — очернить Грейноуза.