Фандом: Гарри Поттер. За всё надо платить, не сейчас, так потом. Но некоторые долги надо платить вовремя, потому что потом будет слишком поздно.
Добавить в моё избранное
9 мин, 51 сек 4170
А разве не должно быть?
— Нет, — мама, кажется, с трудом сдерживает слёзы. — Ведь мы же рядом…
Папа глубоко вдыхает.
— Я никогда не пытался выяснить, что ты сделал, Питер, хотя здесь это возможно. Я не хотел ничего знать. Я хотел помнить своего сына мальчиком, который любил вишнёвое мороженое и боялся какого-то странного чудища из сказки. Но я не могу больше закрывать глаза на то, что вижу. На этой платформе действительно всегда холодно, и помочь может только тепло любви. Мы рядом. Мы любим тебя, несмотря ни на что. Если ты ничего не чувствуешь, значит, ты погубил свою душу. И это уже нельзя исправить.
Он встаёт и берёт маму за руку.
— Пойдём, Энни. Ты знаешь правила, мы должны вернуться на следующем поезде. Он сейчас придёт. А Питеру мы ничем уже не поможем…
Она всхлипывает.
— Я надеюсь, что ты всё-таки сможешь приехать к нам, мой мальчик…
Они направляются к поезду. А я понимаю, что у меня не хватит духу последовать за ними. Надо слишком многое обдумать. Но мне не оставляют времени на сосредоточение. У меня снова есть компания.
Только лучше бы её не было…
Души здесь цветные. А меня окружают какие-то… тени. Чёрные. И самое страшное — они похожи на то чудовище из японской, кажется, сказки, которое так пугало меня в детстве. У меня даже боггарт такой был…
У них нет лиц. Только какие-то гладкие пузыри спереди.
Я так надеялся, что навсегда оставил позади страх, перешагнув грань жизни. Но мне становится жутко. Я вспоминаю, что там, куда идёт поезд, меня ждут не только папа и мама, но и кое-кто ещё… Если встреча с родителями принесла мне такой ужас, то что будет, когда я увижу тех, других?
«Хорошо, что хотя бы их здесь нет»… — думаю я. Их. Тех, кого я сейчас боюсь увидеть больше всего. И тут же понимаю, что накликал… Безликие тени расступаются. Они уже здесь. Лили и Джеймс — такие, какими я их помню. И Сириус, которому снова двадцать.
Я был готов к чему угодно — ярости, ненависти, гневу… Но их лица спокойны и безмятежны. И от этого становится ещё холоднее, хотя мне казалось, что дальше некуда.
— Здравствуй, Питер, — Джеймс говорит таким тоном, будто мы расстались только вчера, а сегодня встретились где-нибудь в «Дырявом Котле».
— Как ты изменился, — Лили сокрушённо качает головой.
— Мало же ты выгадал на сделке, старина, — Сириус ставит ногу на лавку и опирается локтем о колено. — Даже семнадцати лет не прожил, чуть больше года за жизнь…
— К-какую жизнь? — я начинаю заикаться.
— Ты что, не считал? — удивляется Поттер. — Мы с Лили, двенадцать маглов и Сириус. Пятнадцать жизней. Цена семнадцати лет твоей. Точнее, шестнадцати с половиной.
— В-вы п-пришли убить м-меня? — я даже не задумываюсь, как по-идиотски звучит этот вопрос здесь.
Они хохочут.
— Честное слово, это твоя лучшая шутка, — Сириус проводит рукой по глазам.
— Вообще-то, ты уже мёртвый, — беззаботно отзывается Джеймс. — А дважды это ни с кем не случается.
— И мы тебя давно простили, Питер, — Лили улыбается искренне и открыто.
— Т-тогда з-зачем вы з-здесь?
— Хотим тебя в гости позвать, — отвечает Блэк.
— Приходи посмотреть на нашу вечность, — Поттер словно приглашает меня на квиддичный матч. — Там хорошо.
— И там есть место и для тебя, — его жена берёт меня за руку. — Смотри, вот и Хогвартс-экспресс. Надо только сесть на него и доехать до конечной станции.
Её голос звучит по-настоящему ласково и приветливо. Но почему-то это пугает гораздо больше, чем даже гнев Тёмного Лорда. Я вырываю руку, от страха не в силах выдавить ни единого звука, и яростно мотаю головой.
— Ну, как хочешь, — Сириус пожимает плечами.
— Надумаешь — приезжай, — подмигивает Джеймс. — Приглашение остаётся в силе.
Лили весело машет мне на прощание. Они запрыгивают в вагон и занимают ближайшее к двери купе — мне хорошо видно их через окно. Блэк говорит что-то, и они смеются — наверное, очередная его шуточка. Им действительно хорошо даже на этой платформе, где они не чувствуют морозного холода за щитом любви…
Встреча, которой я так боялся, состоялась. С неожиданным для меня результатом. Они уже не друзья — мне придётся признать их правоту, я пожертвовал их жизнями, чтобы выкупить свою. Но и не враги — каким-то непостижимым для меня образом они сумели простить. И даже зовут к себе. А все слова про сделку — всего лишь обычная мародёрская подколка в новой реальности… Так почему же вместо облегчения я чувствую отчаяние, которое затапливает меня изнутри, словно волны прилива?
Чёрные тени вновь обступают меня, и я пересчитываю их. Двенадцать. По числу маглов, которых я убил, даже не видя лиц. И теперь на гладких пузырях мелькают знакомые глаза. Серые, зелёные, карие, опять серые… И в них всё то же безмятежное спокойствие.
— Нет, — мама, кажется, с трудом сдерживает слёзы. — Ведь мы же рядом…
Папа глубоко вдыхает.
— Я никогда не пытался выяснить, что ты сделал, Питер, хотя здесь это возможно. Я не хотел ничего знать. Я хотел помнить своего сына мальчиком, который любил вишнёвое мороженое и боялся какого-то странного чудища из сказки. Но я не могу больше закрывать глаза на то, что вижу. На этой платформе действительно всегда холодно, и помочь может только тепло любви. Мы рядом. Мы любим тебя, несмотря ни на что. Если ты ничего не чувствуешь, значит, ты погубил свою душу. И это уже нельзя исправить.
Он встаёт и берёт маму за руку.
— Пойдём, Энни. Ты знаешь правила, мы должны вернуться на следующем поезде. Он сейчас придёт. А Питеру мы ничем уже не поможем…
Она всхлипывает.
— Я надеюсь, что ты всё-таки сможешь приехать к нам, мой мальчик…
Они направляются к поезду. А я понимаю, что у меня не хватит духу последовать за ними. Надо слишком многое обдумать. Но мне не оставляют времени на сосредоточение. У меня снова есть компания.
Только лучше бы её не было…
Души здесь цветные. А меня окружают какие-то… тени. Чёрные. И самое страшное — они похожи на то чудовище из японской, кажется, сказки, которое так пугало меня в детстве. У меня даже боггарт такой был…
У них нет лиц. Только какие-то гладкие пузыри спереди.
Я так надеялся, что навсегда оставил позади страх, перешагнув грань жизни. Но мне становится жутко. Я вспоминаю, что там, куда идёт поезд, меня ждут не только папа и мама, но и кое-кто ещё… Если встреча с родителями принесла мне такой ужас, то что будет, когда я увижу тех, других?
«Хорошо, что хотя бы их здесь нет»… — думаю я. Их. Тех, кого я сейчас боюсь увидеть больше всего. И тут же понимаю, что накликал… Безликие тени расступаются. Они уже здесь. Лили и Джеймс — такие, какими я их помню. И Сириус, которому снова двадцать.
Я был готов к чему угодно — ярости, ненависти, гневу… Но их лица спокойны и безмятежны. И от этого становится ещё холоднее, хотя мне казалось, что дальше некуда.
— Здравствуй, Питер, — Джеймс говорит таким тоном, будто мы расстались только вчера, а сегодня встретились где-нибудь в «Дырявом Котле».
— Как ты изменился, — Лили сокрушённо качает головой.
— Мало же ты выгадал на сделке, старина, — Сириус ставит ногу на лавку и опирается локтем о колено. — Даже семнадцати лет не прожил, чуть больше года за жизнь…
— К-какую жизнь? — я начинаю заикаться.
— Ты что, не считал? — удивляется Поттер. — Мы с Лили, двенадцать маглов и Сириус. Пятнадцать жизней. Цена семнадцати лет твоей. Точнее, шестнадцати с половиной.
— В-вы п-пришли убить м-меня? — я даже не задумываюсь, как по-идиотски звучит этот вопрос здесь.
Они хохочут.
— Честное слово, это твоя лучшая шутка, — Сириус проводит рукой по глазам.
— Вообще-то, ты уже мёртвый, — беззаботно отзывается Джеймс. — А дважды это ни с кем не случается.
— И мы тебя давно простили, Питер, — Лили улыбается искренне и открыто.
— Т-тогда з-зачем вы з-здесь?
— Хотим тебя в гости позвать, — отвечает Блэк.
— Приходи посмотреть на нашу вечность, — Поттер словно приглашает меня на квиддичный матч. — Там хорошо.
— И там есть место и для тебя, — его жена берёт меня за руку. — Смотри, вот и Хогвартс-экспресс. Надо только сесть на него и доехать до конечной станции.
Её голос звучит по-настоящему ласково и приветливо. Но почему-то это пугает гораздо больше, чем даже гнев Тёмного Лорда. Я вырываю руку, от страха не в силах выдавить ни единого звука, и яростно мотаю головой.
— Ну, как хочешь, — Сириус пожимает плечами.
— Надумаешь — приезжай, — подмигивает Джеймс. — Приглашение остаётся в силе.
Лили весело машет мне на прощание. Они запрыгивают в вагон и занимают ближайшее к двери купе — мне хорошо видно их через окно. Блэк говорит что-то, и они смеются — наверное, очередная его шуточка. Им действительно хорошо даже на этой платформе, где они не чувствуют морозного холода за щитом любви…
Встреча, которой я так боялся, состоялась. С неожиданным для меня результатом. Они уже не друзья — мне придётся признать их правоту, я пожертвовал их жизнями, чтобы выкупить свою. Но и не враги — каким-то непостижимым для меня образом они сумели простить. И даже зовут к себе. А все слова про сделку — всего лишь обычная мародёрская подколка в новой реальности… Так почему же вместо облегчения я чувствую отчаяние, которое затапливает меня изнутри, словно волны прилива?
Чёрные тени вновь обступают меня, и я пересчитываю их. Двенадцать. По числу маглов, которых я убил, даже не видя лиц. И теперь на гладких пузырях мелькают знакомые глаза. Серые, зелёные, карие, опять серые… И в них всё то же безмятежное спокойствие.
Страница 2 из 3
