Фандом: Гарри Поттер. Апатия — агрессия — депрессия — недоверие — зависимость — боль — любовь… И все это — Драко Малфой.
Добавить в моё избранное
130 мин, 13 сек 4079
Он знал только одного человека, который мог в один момент опорочить его перед Гермионой, а в другой — сделать вид, будто печётся о его интересах.
— Дафна! Дафна Гринграсс! — Малфой влетел в гостиную Слищерина ураганом, и все присутствующие там постарались слиться с мебелью.
— Её тут нет, — почти шепотом произнесла Пэнси. — Она не в подземельях.
— А где?!
— Я… Я не знаю… — Паркинсон была готова заплакать.
Не обращая на это никакого внимания, Малфой бросился на поиски ведьмы. Он, как безумный, носился по этажам, заглядывая даже в женские туалеты, пока не нашёл Гринграсс рыдающей под лестницей у башни Когтеврана.
— Гринграсс! — рыкнул Драко, хватая её за плечо и вдруг резко отпустил, отшатнувшись.
Прекрасное лицо, поражавшее совершенством линий и форм, было изуродовано отвратительным шрамом, пересекавшим его от правой брови почти до левого уха.
Увидев Драко, Дафна закрыла лицо руками и завыла в голос. Очевидно, плакала она тут уже не первый час.
— Кто это тебя так? — осторожно спросил Малфой, догадываясь, что не он один тут умеет складывать два и два.
Но ответ его удивил:
— Гарри… — захлебываясь рыданиями, произнесла Гринграсс, отворачиваясь.
— Это из-за письма?
Дафна неопределенно покачала головой.
— Из-за письма?! — рявкнул Драко, теряя терпение. Жалость смешивалась в нем с чувством глубокого удовлетворения.
— Не… Не только…
— Ну, может, ты теперь уймёшься, — Малфой вздохнул и сел рядом. — Не знаешь, как сводить?
Злоба на Дафну прошла, больше не хотелось делать ей больно или плохо.
— Гарри сказал, месяца через три сойдёт… Но пока… К-куда же я… — она шмыгнула носом, — такая…
— Как же ты его допекла! Видимо, даже больше, чем меня, — Малфой ухмыльнулся.
Дафна лишь передернула плечами и снова начала подвывать.
— Ладно, не реви, — Малфой почесал затылок. — Колись, что за чары МакГонагалл наложила на Грейнджер, и я, так и быть, поговорю с Поттером, чтобы он скостил срок твоей «проказы».
— Договорись, чтобы он завтра же все убрал! Я к нему больше близко не подойду! — вскинула голову Гринграсс, но тут же спохватилась и снова уткнулась в ладони.
— Вот ещё! — Драко довольно хмыкнул. — Пару недель так походишь — тебе полезно! Колись давай!
— В общем, — Дафна вздохнула, — это какое-то древнее заклятие, палочкой не машешь вовсе, а говоришь на латыни, что-то вроде «non vident, non audiunt, non sentire»… И после каждого отрицания произносишь имя. МакГонагалл долго так говорила. Вроде просто, но там ещё что-то было — я не поняла… Это не только слова, а код словно. Все, иди к Поттеру.
Драко молча кивнул. Отбой уже маячил на горизонте, и нужно было торопиться. Малфой поспешил в подземелья за Гойлом — только тот мог помочь извлечь Поттера из башни Гриффиндора в такое время.
Джинни вышла к ним, завернутая в плед. Она скептически посмотрела на Малфоя и изрекла:
— И все равно ты утырок.
— Поттера позови, — Драко закатил глаза: он слишком устал, чтобы состязаться с младшей Уизли за звание грубияна месяца. И потом, он все равно проиграл бы.
Джинни исчезла за портретом Пышной Дамы, и вскоре вместо неё появился Гарри Поттер.
— Чего тебе? — поинтересовался он заспанным голосом.
— По поводу Гринграсс, — Драко дипломатично сложил руки на груди.
— Что именно?
— Ладно тебе, верни ей обратно её умопомрачительную мордашку.
— И не подумаю, — Поттер нахмурился и поправил очки, очевидно, чтобы казаться ещё серьезнее. — Она… Нельзя так, как она.
— Знаешь, я не то чтобы защищаю её, но… Не может она по-другому, вот и бесится. Тебя потеряла, меня потеряла… Ей, наверное, просто хочется, чтобы её любили.
— Так её и любили! — Гарри возвысил голос, но быстро притих, глядя на Гойла. — С ума по ней сходили! И что теперь?!
— Тебе ведь её тоже жалко, да? — догадался Малфой по едва уловимым интонациям.
— Жалко, — Гарри вздохнул. — Но я хочу, чтобы она поняла! Для неё же самой!
— Три месяца — большой срок.
— Да какие там три месяца?! — Поттер невесело усмехнулся. — Недели через две пройдёт. Ну три максимум. Просто ей-то об этом знать необязательно.
Малфой понимающе кивнул. Не зря все-таки Поттер понравился ему с первого дня их знакомства. Определенно, было в нем что-то притягивающе-слизеринское…
Довольный и усталый, Драко отправился спать. Гойл молчаливо последовал за ним, не решаясь спросить, о чем только что шла речь. Впрочем, он и сам увидит все. Завтра…
— Дафна! Дафна Гринграсс! — Малфой влетел в гостиную Слищерина ураганом, и все присутствующие там постарались слиться с мебелью.
— Её тут нет, — почти шепотом произнесла Пэнси. — Она не в подземельях.
— А где?!
— Я… Я не знаю… — Паркинсон была готова заплакать.
Не обращая на это никакого внимания, Малфой бросился на поиски ведьмы. Он, как безумный, носился по этажам, заглядывая даже в женские туалеты, пока не нашёл Гринграсс рыдающей под лестницей у башни Когтеврана.
— Гринграсс! — рыкнул Драко, хватая её за плечо и вдруг резко отпустил, отшатнувшись.
Прекрасное лицо, поражавшее совершенством линий и форм, было изуродовано отвратительным шрамом, пересекавшим его от правой брови почти до левого уха.
Увидев Драко, Дафна закрыла лицо руками и завыла в голос. Очевидно, плакала она тут уже не первый час.
— Кто это тебя так? — осторожно спросил Малфой, догадываясь, что не он один тут умеет складывать два и два.
Но ответ его удивил:
— Гарри… — захлебываясь рыданиями, произнесла Гринграсс, отворачиваясь.
— Это из-за письма?
Дафна неопределенно покачала головой.
— Из-за письма?! — рявкнул Драко, теряя терпение. Жалость смешивалась в нем с чувством глубокого удовлетворения.
— Не… Не только…
— Ну, может, ты теперь уймёшься, — Малфой вздохнул и сел рядом. — Не знаешь, как сводить?
Злоба на Дафну прошла, больше не хотелось делать ей больно или плохо.
— Гарри сказал, месяца через три сойдёт… Но пока… К-куда же я… — она шмыгнула носом, — такая…
— Как же ты его допекла! Видимо, даже больше, чем меня, — Малфой ухмыльнулся.
Дафна лишь передернула плечами и снова начала подвывать.
— Ладно, не реви, — Малфой почесал затылок. — Колись, что за чары МакГонагалл наложила на Грейнджер, и я, так и быть, поговорю с Поттером, чтобы он скостил срок твоей «проказы».
— Договорись, чтобы он завтра же все убрал! Я к нему больше близко не подойду! — вскинула голову Гринграсс, но тут же спохватилась и снова уткнулась в ладони.
— Вот ещё! — Драко довольно хмыкнул. — Пару недель так походишь — тебе полезно! Колись давай!
— В общем, — Дафна вздохнула, — это какое-то древнее заклятие, палочкой не машешь вовсе, а говоришь на латыни, что-то вроде «non vident, non audiunt, non sentire»… И после каждого отрицания произносишь имя. МакГонагалл долго так говорила. Вроде просто, но там ещё что-то было — я не поняла… Это не только слова, а код словно. Все, иди к Поттеру.
Драко молча кивнул. Отбой уже маячил на горизонте, и нужно было торопиться. Малфой поспешил в подземелья за Гойлом — только тот мог помочь извлечь Поттера из башни Гриффиндора в такое время.
Джинни вышла к ним, завернутая в плед. Она скептически посмотрела на Малфоя и изрекла:
— И все равно ты утырок.
— Поттера позови, — Драко закатил глаза: он слишком устал, чтобы состязаться с младшей Уизли за звание грубияна месяца. И потом, он все равно проиграл бы.
Джинни исчезла за портретом Пышной Дамы, и вскоре вместо неё появился Гарри Поттер.
— Чего тебе? — поинтересовался он заспанным голосом.
— По поводу Гринграсс, — Драко дипломатично сложил руки на груди.
— Что именно?
— Ладно тебе, верни ей обратно её умопомрачительную мордашку.
— И не подумаю, — Поттер нахмурился и поправил очки, очевидно, чтобы казаться ещё серьезнее. — Она… Нельзя так, как она.
— Знаешь, я не то чтобы защищаю её, но… Не может она по-другому, вот и бесится. Тебя потеряла, меня потеряла… Ей, наверное, просто хочется, чтобы её любили.
— Так её и любили! — Гарри возвысил голос, но быстро притих, глядя на Гойла. — С ума по ней сходили! И что теперь?!
— Тебе ведь её тоже жалко, да? — догадался Малфой по едва уловимым интонациям.
— Жалко, — Гарри вздохнул. — Но я хочу, чтобы она поняла! Для неё же самой!
— Три месяца — большой срок.
— Да какие там три месяца?! — Поттер невесело усмехнулся. — Недели через две пройдёт. Ну три максимум. Просто ей-то об этом знать необязательно.
Малфой понимающе кивнул. Не зря все-таки Поттер понравился ему с первого дня их знакомства. Определенно, было в нем что-то притягивающе-слизеринское…
Довольный и усталый, Драко отправился спать. Гойл молчаливо последовал за ним, не решаясь спросить, о чем только что шла речь. Впрочем, он и сам увидит все. Завтра…
Глава 20. Фиолетовая
Прошло три дня, наполненных бесплодными размышлениями и копанием в себе. Малфой решительно не знал, как ему поступить. Он все время наблюдал за Грейнджер, и уже так привык к этому, что его не беспокоили даже подколки Забини по этому поводу.
Страница 34 из 38
