Фандом: Гарри Поттер. Согласно одной древней китайской легенде где-то на белом свете есть Золотой корень, который исцеляет любые болезни и снимает любые проклятья. И добыть его может не каждый.
Добавить в моё избранное
37 мин, 56 сек 2392
И начну именно с вас, профессор, — глухо заявил Поттер.
— Хоменум Ревелио, Поттер, — хмыкнул Снейп. — Поквадратно. Вы знаете, какое пространство покрывает это заклинание? Вижу, что нет. Так вот — если усилить магический поток — сто квадратных метров. Еще вопросы есть? Поднимайтесь, Поттер, поднимайтесь — у нас мало времени.
Они нашли ее с третьей попытки. Она лежала ничком, полузасыпанная песком, не шевелясь и не реагируя на оклики. Они перевернули ее: шишка на лбу и едва слышное дыхание вселяли мало оптимизма.
— Гермиона, — нежно шептал Поттер, кладя ее голову к себе на колени.
Он убрал спутанные грязные волосы с ее лица и погладил по щеке. Снейп хмыкнул и прочел диагностирующее заклинание. В принципе, ничего опасного. Пара ушибов, вывих, небольшое падение кислорода в крови и легкое магическое истощение.
— Эннервейт.
Она судорожно вздохнула и открыла затуманенные глаза. Сфокусировала взгляд на Поттере, попыталась улыбнуться и протянулась к нему рукой, но тут же сморщилась от боли.
— Восстанавливающее, укрепляющее и обезболивающее, — коротко сообщил Снейп, протягивая Поттеру флаконы. — Когда закончите свои нежности, вспомните, будьте добры, что мы здесь не на прогулке.
Он отошел в сторону и сел на песок, отвернувшись от парочки.
— Ай!
— Говорю же — у тебя вывих!
— Да поняла уже.
— Расслабься, будет совсем не больно.
— Не больно — это как в Маниле или как в подземельях?
— Не больно — это как сейчас…
— А-а-а!
— Я же говорил!
— Садист!
— Трусиха!
— Дети, — прошипел Снейп и поднялся.
Он в сердцах плюнул и вернулся к ним. Растрепанная Грейнджер радовала румянцем, блеском в глазах и желанием надавать Поттеру тумаков. При виде профессора у нее хватило наглости гордо вскинуть голову и заявить:
— И?
— Что — и?
— Где ваши сокровища?
— Где-то здесь, — Снейп сделал широкий многообещающий жест рукой.
Она вскочила, правда, пошатнулась, но заботливый Поттер тут же подставил ей свое крепкое молодое плечо. Она отмахнулась, сдвинула брови и сердито направилась в сторону Снейпа.
— Когда вы вот так злитесь, Грейнджер, то похожи на старую ведьму, которую мучает похмелье после шабаша.
— А вы…
Она сделала еще шаг и внезапно с коротким вскриком пропала из вида. Снейп с Поттером метнулись к тому месту, где она только что находилась, и обнаружили зияющий рваными краями желтого металла провал.
— Гермиона!
— Грейнджер!
— А-а-а… — простонала она.
— Что вы там делаете, Мерлин вас побери!?
— Лежу, — послышался честный ответ. — Кажется, я нашла черный ход.
— Он уже горит, — указывать Грейнджер на ошибки было одним удовольствием.
— Нет, — фыркнула она, потрясая волшебной палочкой, на кончике которой сверкал огонек. — Свет! Понимаете? Мы ничего не увидим, пока его не зажжем.
Она ткнула палочкой в девственно чистую половину карты, на которой так ничего и не появилось.
— Инсендио, — прозвучал за их спинами голос Поттера.
Довольно улыбаясь, он стоял у стены с горящим факелом. Внезапно раздалось шипение, треск, и с мягкими хлопками весь коридор озарился светом поочередно зажигающихся факелов. В их свете стал виден отполированный мрамор, украшавший стены, пол и высокие потолки.
— Ну? — поинтересовался Поттер у Гермионы.
— Ничего, — убитым голосом сообщила она. — Видимо, мы не там вошли.
— Ну-ка, — Гарри перехватил у нее свиток и поднес к факелу. Сощурился и посмотрел на просвет. Придвинул ближе…
— Есть… — прошептала Грейнджер.
В колеблющемся пламени факела на бумаге постепенно проявился чертеж, больше похожий на схему идеально круглого лабиринта с жирным иероглифом в центре.
— Так, — уткнулся носом в чертеж Снейп. — И где мы находимся?
Словно в ответ на его слова, карта услужливо проявила три маленьких иероглифа неподалеку от края. От них протянулась тонкая красная линия, ведущая к ближайшему повороту, и остановилась, словно поджидая. Они переглянулись и двинулись вперед, держа перед собой карту.
Красная линия вела их кругами. Они потеряли счет времени. Иногда, судя по карте, они проходили теми же коридорами, что раньше. Каждый коридор поражал воображение индивидуальностью. Переходы соперничали между собой пышностью, замысловатостью и роскошью отделки. Они прошли несколько мраморных, один нефритовый и еще пару с инкрустацией из яшмы и слоновой кости. Коридор, изукрашенный деревянными резными панелями и сложной золотой чеканкой, привел их в идеально круглую комнату, обитую ярко-синим шелком, затканным серебряными драконами.
— Хоменум Ревелио, Поттер, — хмыкнул Снейп. — Поквадратно. Вы знаете, какое пространство покрывает это заклинание? Вижу, что нет. Так вот — если усилить магический поток — сто квадратных метров. Еще вопросы есть? Поднимайтесь, Поттер, поднимайтесь — у нас мало времени.
Они нашли ее с третьей попытки. Она лежала ничком, полузасыпанная песком, не шевелясь и не реагируя на оклики. Они перевернули ее: шишка на лбу и едва слышное дыхание вселяли мало оптимизма.
— Гермиона, — нежно шептал Поттер, кладя ее голову к себе на колени.
Он убрал спутанные грязные волосы с ее лица и погладил по щеке. Снейп хмыкнул и прочел диагностирующее заклинание. В принципе, ничего опасного. Пара ушибов, вывих, небольшое падение кислорода в крови и легкое магическое истощение.
— Эннервейт.
Она судорожно вздохнула и открыла затуманенные глаза. Сфокусировала взгляд на Поттере, попыталась улыбнуться и протянулась к нему рукой, но тут же сморщилась от боли.
— Восстанавливающее, укрепляющее и обезболивающее, — коротко сообщил Снейп, протягивая Поттеру флаконы. — Когда закончите свои нежности, вспомните, будьте добры, что мы здесь не на прогулке.
Он отошел в сторону и сел на песок, отвернувшись от парочки.
— Ай!
— Говорю же — у тебя вывих!
— Да поняла уже.
— Расслабься, будет совсем не больно.
— Не больно — это как в Маниле или как в подземельях?
— Не больно — это как сейчас…
— А-а-а!
— Я же говорил!
— Садист!
— Трусиха!
— Дети, — прошипел Снейп и поднялся.
Он в сердцах плюнул и вернулся к ним. Растрепанная Грейнджер радовала румянцем, блеском в глазах и желанием надавать Поттеру тумаков. При виде профессора у нее хватило наглости гордо вскинуть голову и заявить:
— И?
— Что — и?
— Где ваши сокровища?
— Где-то здесь, — Снейп сделал широкий многообещающий жест рукой.
Она вскочила, правда, пошатнулась, но заботливый Поттер тут же подставил ей свое крепкое молодое плечо. Она отмахнулась, сдвинула брови и сердито направилась в сторону Снейпа.
— Когда вы вот так злитесь, Грейнджер, то похожи на старую ведьму, которую мучает похмелье после шабаша.
— А вы…
Она сделала еще шаг и внезапно с коротким вскриком пропала из вида. Снейп с Поттером метнулись к тому месту, где она только что находилась, и обнаружили зияющий рваными краями желтого металла провал.
— Гермиона!
— Грейнджер!
— А-а-а… — простонала она.
— Что вы там делаете, Мерлин вас побери!?
— Лежу, — послышался честный ответ. — Кажется, я нашла черный ход.
Глава 6
— А я говорю, нужно зажечь свет, тут ясно об этом сказано.— Он уже горит, — указывать Грейнджер на ошибки было одним удовольствием.
— Нет, — фыркнула она, потрясая волшебной палочкой, на кончике которой сверкал огонек. — Свет! Понимаете? Мы ничего не увидим, пока его не зажжем.
Она ткнула палочкой в девственно чистую половину карты, на которой так ничего и не появилось.
— Инсендио, — прозвучал за их спинами голос Поттера.
Довольно улыбаясь, он стоял у стены с горящим факелом. Внезапно раздалось шипение, треск, и с мягкими хлопками весь коридор озарился светом поочередно зажигающихся факелов. В их свете стал виден отполированный мрамор, украшавший стены, пол и высокие потолки.
— Ну? — поинтересовался Поттер у Гермионы.
— Ничего, — убитым голосом сообщила она. — Видимо, мы не там вошли.
— Ну-ка, — Гарри перехватил у нее свиток и поднес к факелу. Сощурился и посмотрел на просвет. Придвинул ближе…
— Есть… — прошептала Грейнджер.
В колеблющемся пламени факела на бумаге постепенно проявился чертеж, больше похожий на схему идеально круглого лабиринта с жирным иероглифом в центре.
— Так, — уткнулся носом в чертеж Снейп. — И где мы находимся?
Словно в ответ на его слова, карта услужливо проявила три маленьких иероглифа неподалеку от края. От них протянулась тонкая красная линия, ведущая к ближайшему повороту, и остановилась, словно поджидая. Они переглянулись и двинулись вперед, держа перед собой карту.
Красная линия вела их кругами. Они потеряли счет времени. Иногда, судя по карте, они проходили теми же коридорами, что раньше. Каждый коридор поражал воображение индивидуальностью. Переходы соперничали между собой пышностью, замысловатостью и роскошью отделки. Они прошли несколько мраморных, один нефритовый и еще пару с инкрустацией из яшмы и слоновой кости. Коридор, изукрашенный деревянными резными панелями и сложной золотой чеканкой, привел их в идеально круглую комнату, обитую ярко-синим шелком, затканным серебряными драконами.
Страница 7 из 12
