Я видел Дьявола

Уютная атмосфера позволила детективу Снейпу ощутить некое расположение к двум молодым людям, столь влюбленным в жизнь и друг в друга, а их искренний смех вызывал у него ответную улыбку. Он даже позволил вывести себя на разговор о месте, откуда был родом, хотя слова ему удавалось подбирать с большим трудом. Поняв это, Дафна поспешила сменить тему:

— Давно вы живете здесь?

— Слишком давно, — таков был его отклик. Он прозвучал, пожалуй, чересчур мрачно, и Северус, дабы не портить впечатление, задал ей аналогичный вопрос. Оказалось, Гринграссы жили в фешенебельном пригороде, а квартиру в городе купили дочери и ее мужу полгода назад в качестве свадебного подарка. Гарри во время этого рассказа отвернулся в сторону, поджав губы — было видно, что щедрость новой родни сильно ударяла по его самолюбию. Дафна была хорошо образована и воспитана, не производила впечатление избалованной богатенькой девчонки. Но она нуждалась в привычных удобствах, которые молодой детектив полиции с низким жалованием был не в состоянии обеспечить, и ему пришлось поступиться гордостью, чтобы не лишать ее хотя бы малой толики былого комфорта.

Заметив состояние мужа, Дафна ласково накрыла его руку своей маленькой ладонью и, отпив немного вина, спросила:

— Северус, почему вы не женаты?

Он пожал плечами:

— Все, кто меня хоть немного знают, говорят, что я неуживчив. Спросите своего супруга.

— Это правда, — хохотнул Гарри, и глаза его лукаво сверкнули. — Чистая правда!

Жена шутливо ткнула его локтем в бок, а Северус невозмутимо продолжил:

— Еще говорят, что я гей.

— О, да как они смеют! — возмущенно воскликнула Дафна.

— Вообще-то, это тоже правда.

Девушка растерянно заморгала, приоткрыв рот. Гарри негромко хрюкнул, стараясь сдержать рвущийся наружу смех. При этом он смотрел прямо на Северуса и не выглядел так, словно это было для него новостью.

— Ну, значит… тогда все в порядке, — вымолвила Дафна. — Это… менее серьезная причина.

— Действительно, — подтвердил Северус с абсолютно серьезным видом.

Поттер наконец расхохотался, глядя, как заливаются краской щеки его жены. К своему изумлению, Северус тоже фыркнул, а ведь шутки насчет ориентации всегда представляли для него табу.

— Хватит! — взмолилась Дафна, однако ее замешательство уже перестало быть таким острым, и, поддавшись веселью мужчин, она тоже негромко рассмеялась, опустив голову.

После ужина детективы расположились на диване в гостиной, чтобы поработать с фотографиями, сделанными на месте убийства Люциуса Малфоя. Дафна ушла без единого намека со стороны Гарри — ей хватило мимолетного взгляда на разложенные по журнальному столику снимки. Она поцеловала мужа в лохматую макушку, перегнувшись через спинку дивана, и заявила, что пойдет прогуляется с псом. Северус бросил взгляд на окно — за ним уже смеркалось; поняв его опасения, Гарри уверенно заявил: Бродяга откусит причинные места любому грабителю (разумеется, выразился он менее корректно). Когда за Дафной захлопнулась дверь, они уже вовсю обсуждали детали дела, разложив фотографии на журнальном столике.

— Убийца должен был проникнуть в здание вечером, до усиления охраны, — поделился мнением Гарри. — Спрятался в подсобке, ждал, когда закончится обход.

Северус одобрительно кивнул ему, но тут же спросил:

— А что же камеры?

Молодой детектив почесал затылок.

— Подменил запись на пульте охраны? Нет, слишком сложно… Ага! — он дернулся вперед, задев коленом бедро Северуса, и, порывшись в куче снимков, нашел фото коридора, ведущего к кабинету Малфоя. — Вот здесь есть выход к лестничному пролету, который всегда открыт на случай пожарной тревоги. Свет зажигают всегда в одно и то же время — семь часов вечера, но в ночь убийства шел дождь, и из-за него стемнело раньше. Убийца мог проскользнуть незамеченным в те несколько минут, пока не горел свет — от лестницы до кабинета всего пара десятков футов.

Это объяснение могло быть принято лишь с натяжкой, однако пока оно оставалось лучшим из возможных. Северус не мог не признать, что мальчишка неплохо соображает. То, что раньше казалось наглостью новичка, теперь представало в ином свете. Это был энтузиазм юности, увлеченность своей работой, желание проявить свои способности — все то, что некогда было присуще самому Северусу. За много лет службы в полиции он утратил эти качества, и теперь с замиранием узнавал себя в Гарри. В то же время, молодой Поттер был лучше него; в нем не тлела мучительная горечь, снедавшая Снейпа с тех пор, как он оставил родительский дом.

Северус понял, что отвлекся, рассматривая мальчишку, когда тот повторил, в нетерпении склонившись ближе к нему:

— Так что думаете насчет мотива? Руки в золоте — это же явный намек на финансы, может, привет от конкурентов?

— Золото — очевидная метафора, — согласился Снейп.