Septem

— Я, наверное, пойду, — он сделал движение, чтобы подняться, но Хендрик удержал его, взяв за руку выше локтя.

— Останься.

Гарри вспомнилась их первая встреча в Выручай-комнате, и по спине пробежали мурашки. Он хотел сказать, что уже сообщил ему всё, что знал, но сразу же вспомнил, что это неправда. Врать прямо не хотелось. К тому же, он совершенно не представлял, что будет делать в пустых комнатах, где нет даже окон. Ждать? Смотреть в карту и чувствовать себя абсолютно беспомощным?

— Хорошо.

Хендрик убрал руку. На его лице снова появилось выражение тревоги, но некоторое время он молчал, обдумывая что-то.

Хотелось встать и подойти к окну, но Гарри решил, что это всё равно ничего не даст. Кроме того, Хендрик поймёт, что он беспокоится. Нельзя было показывать, что он сомневается в успехе всего мероприятия.

— Гарри.

Он повернул голову, с трудом отрывая взгляд от окна. Хендрик смотрел на него неуверенно, и Гарри подумал на миг, что его опасения подтверждаются.

— А что у вас со Снейпом? — Хендрик чуть нахмурился, видя его удивление. — Я имею в виду, как так получилось всё?

Пламя камина горело, поддерживаемое магией Выручай-комнаты. Ни запаха, ни звука, только тепло и свет. Наверно, так было задумано изначально, а может, просто случайно вышло. И уж наверняка через камин нельзя было добраться куда-то с помощью Летучего пороха. Вряд ли его вообще можно подключить в сеть, даже если захотеть этого.

Гарри старательно изучал камин. Да, он уже рассказывал свою историю Рону и Гермионе, но они были его друзьями. Их он знал давно. И он сказал только для того, чтобы избежать лжи. Чтобы они знали правду. Гарри медленно вдохнул тёплый воздух и посмотрел на Хендрика. Тот разглядывал обивку и, несомненно, намеревался ждать ответа сколько угодно.

— Почему ты спрашиваешь? — тихо спросил Гарри.

— Если не хочешь — не отвечай, — Хендрик повернул к свету руку так, чтобы было видно шрам. Он выглядел намного лучше. Кивнув сам себе, Хендрик опустил рукав, смотря на Гарри.

Камин горел бесшумно. В какой-то момент действительно захотелось взять и рассказать всё, начиная с самого начала, но чем больше Гарри думал об этом, нем нелепее казалась эта идея.

— Я не знаю, — Гарри прервал молчание, становившееся всё более неуютным. — Так вышло.

— Терри говорил, тебе нравилась Чанг, — Хендрик чуть улыбнулся. — А теперь Снейп?

— Ещё Джинни. Джинни Уизли, сестра Рона.

— Так вот отчего он такой хмурый ходит, — Хендрик снова улыбнулся, и Гарри вдруг понял, что тоже улыбается. Что тут весёлого?

— Мне никогда никто не нравился, — Хендрик продолжил разглядывать обивку дивана. — Только Терри и…

Он вдруг замолчал. «И я», — подумал Гарри, разглядывая бледное лицо Хендрика. Или же «и всё, и никто больше».

— Тебе не было страшно? — негромко спросил Хендрик. — Довериться Снейпу? Это же случилось в тот день, когда…

Когда был уничтожен крестраж, да. Гарри покачал головой.

— Как это было?

— Хорошо, — так же тихо ответил Гарри.

Сказать по правде, он не помнил, было ли страшно. Думал ли он о страхе или о чём-то в этом роде, да и думал ли вообще. Кажется, нет, не думал.

— Больно? — Хендрик смотрел на него каким-то странным взглядом, и Гарри снова вдохнул и выдохнул медленно, стараясь унять бьющееся чаще сердце.

— Немного, — он видел, как бледные щёки Хендрика становятся ярче. — Поначалу, поэтому нужна… определённая подготовка. Ещё есть специальное заклинание…

— Для чего?

— Чтобы облегчить проникновение, — Гарри прикусил щёку и стал считать между каждым вдохом и выдохом.

— И как оно действует? — Хендрик перестал рассматривать обивку и смотрел ему прямо в глаза, отчего Гарри ещё больше было не по себе.

— Я не знаю точно. Появляется смазка. И, наверное, внутри всё расслабляется, — Гарри попытался вспомнить, как именно действовало заклинание.

— Ты не знаешь точно? То есть, заклинание применялось не к тебе? — в голосе Хендрика звучало удивление, но его лицо оставалось спокойным.

— Оно не понадобилось, — Гарри помнил, что было что-то другое, другие чары, но какие именно, из памяти ускользало. — Если честно, я плохо помню тот вечер, так что… Я имею в виду, какие-то технические детали. Извини.

Последнее он прибавил зря, звучало нелепо, но разговор смущал его. Они никогда не говорили ни о чём подобном с Северусом, не обсуждали ничего — не только того, что произошло той ночью, но и… вообще ничего. Ничего из того, что случилось с тех пор, как Гарри появился в Хогвартсе во время рождественских каникул. Это воспринималось какими-то ощущениями, но не мыслями, поэтому так сложно было хоть что-то сказать. Ему требовалось время, чтобы осмыслить это. Спокойное время, без крестражей, Волдеморта, без бесконечных поисков.