Septem

Он повернулся к стене, за которой был кабинет.

— В чём дело?

— Посетитель.

— Но ведь ещё рано.

Северус не ответил, посмотрев на него странным взглядом.

— Кто это?

— Маккейн.

— О, — Гарри пожал плечами, он не собирался реагировать на поведение Северуса. — Может, новости о Терри? Ммм… Что-то важное?

— Сигнальные чары молчат. Бут в Хогвартсе, — Северус не смягчил взгляд, будто это Гарри был виноват в неожиданном визите Хендрика.

— Нам всё равно придётся узнать, зачем пришёл Хендрик, — Гарри подошёл к нему ближе. — Ведь так? Это действительно может быть важно, он не стал бы приходить без серьёзной причины.

— Вероятно.

Это всегда сложно — решиться. Не было ни одной причины полагать, что Северус оттолкнёт его. Этого не случалось ни разу. Никогда. Губы Северуса были горячими, через несколько настойчивых касаний они смягчились, чуть раскрываясь и скользя по его губам. Горьковатый привкус кофе. Руки Северуса гладили его спину и прижимали ближе, вызывая спонтанную горячую волну внизу живота. Гарри высвободился и с сожалением посмотрел в сторону кабинета.

— Нужно… идти туда, — он справился с хрипотцой в голосе, чуть кашлянув.

Огонь, вспыхнувший в глазах Северуса, быстро гас, и на его лицо возвращалось напряжение. Гарри сжал его руку выше локтя. Он заметил, что не чувствует никакого подлинного интереса к тому, зачем действительно пришёл Хендрик. Хотелось как следует встряхнуть Северуса, доказывая, что больше не требуется беспокоиться насчёт него. Это должно быть очевидно!

— Мы просто узнаем, что ему нужно, — тихо сказал Гарри, осознавая, что всё ещё дышит чаще, чем нужно. Он сделал глубокий вдох и направился к проёму.

Хендрик с кем-то разговаривал. Ещё не открыв второй проём, Гарри слышал его негромкий голос и даже остановился, прислушиваясь. Но слов нельзя было разобрать.

Когда он зашёл в кабинет, Хендрик резко замолчал, обернувшись. Он стоял у портрета Дамблдора.

Гарри ничего не говорил и внимательно рассматривал его, непроизвольно подмечая различия между реальностью и копией, представившейся ему во время этого странного путешествия.

— Мистер Маккейн, — в голосе Северуса проскальзывали язвительные интонации. — Чем обязан?

Хендрик хмурился, поглядывая на портрет Дамблдора, и медлил с ответом. Его лицо было бледным и осунувшимся, под глазами залегли тёмные круги, будто он не спал несколько ночей.

— Вы потеряли дар речи? — Северус холодно смотрел на него, чуть прищурив глаза. — Объясните мне, что вы делаете в моём кабинете в столь ранний час? Надеюсь, этому есть веская причина.

Взгляд Хендрика скользил по кабинету, будто окружающая обстановка могла подсказать ему ответ.

— Меч, — его глаза остановились на дальнем стеллаже. — Крестраж уничтожен?

— Нет, — ответил Гарри.

Почему-то казалось, что это был совсем не тот вопрос, из-за которого Хендрик пришёл сюда. Но он уже справился с растерянностью, и его лицо приняло обычное серьёзное выражение.

— Если Терри по-прежнему грозит опасность, я хотел бы быть с ним сейчас, — он адресовал свою реплику Северусу, даже не глядя на Гарри. — Сегодня седьмой день.

— Опасность грозит всему магическому миру, мистер Маккейн. И я думаю, этот день вашему другу придётся провести в уединении.

Он выделил слово «другу» особенными интонациями, в которых ясно слышалось презрение.

— Вот, — Хендрик протянул Северусу свою волшебную палочку. — Я не хочу, чтобы он провёл этот день в одиночестве.

Гарри посмотрел в сторону портретов и заметил, что Дамблдор настороженно наблюдает за Северусом, и с его лица исчезло обычное благодушное выражение.

— Вы собираетесь подвергнуть себя опасности и просите моего позволения, — скучающим тоном сказал Северус. — Что ж, не стану отказывать в удовольствии.

Резким движением он забрал палочку Хендрика и убрал в карман мантии.

Пока они шли по пустым коридорам, Гарри думал, что это правильно — позволить Хендрику провести это время с Терри. Несмотря на то, что Северус говорил и как он это говорил, его действия были благосклонными. Ему ничего не стоило вышвырнуть Хендрика из кабинета, но он даже не стал вступать в спор.

С одной стороны, у Хендрика не будет волшебной палочки, и без магии он никак не сможет защищаться, если Терри вдруг обретёт внезапную силу. Но с другой стороны, Волдеморт не владел беспалочковой магией, и глупо вообще думать, что часть его души будет обладать этой способностью.

Но чувство, что Хендрик пришёл в кабинет по какой-то другой причине, не покидало его. И странный взгляд Дамблдора… Эти мысли крутились в голове всю дорогу, но никак не обретали форму, так и оставаясь бессвязными фактами.

Класс, где был заперт Терри, находился на третьем этаже полностью заброшенного крыла.