Правда о сэре Рональде

— подытожил инспектор.

Он поднял вверх палец и потряс им в воздухе:

— Мистер Холмс, спасибо вам за совет. Мы ведь не опрашивали слуг на предмет того, а не заходил ли кто-то, не справлялся ли о сэре Рональде.

Он вскочил на ноги.

— Спасибо. Как только появится что-то новое, я вам тут же сообщу.

И он почти бегом покинул нашу гостиную.

— Эту бы энергию — да на созидание, — съязвил Холмс. Он выпрямился в кресле и закинул за голову руки, сцепив пальцы в замок.

Я с удивлением посмотрел на моего друга.

— Холмс, у меня сложилось впечатление, — начал я, — что вы, как бы это сказать, заморочили Лестрейду голову.

Глаза Холмса неожиданно весело заблестели.

— Я? Помилуйте, мой друг! Как вы можете такое говорить? — воскликнул он с наигранным пафосом, а потом иронично хмыкнул. — И что вас заставляет сделать такой вывод?

Он слегка потянулся, а потом удобно расположился в кресле, закинув ногу на ногу. И я отметил про себя, что пока тут находился инспектор, Холмс был внутренне напряжён, а сейчас расслабился.

— Надо сказать, за время вашего отсутствия инспектор позабыл всё, чему вы его учили, — улыбнулся я.

Холмс сделал плавный жест рукой, явно означавший: «да вы не отвлекайтесь, рассказывайте!»

— В деле есть явные неувязки…

Набравшись наглости, я подошёл к маленькой доске: она стояла у нас в гостиной и на ней Холмс иногда делал пометки, прикреплял фотографии или вырезки, непосредственно относящиеся к текущему делу.

— Пункт первый: выстрел произведён с крыши соседнего здания — бывшей конюшни. — Я взял мел. — Такова официальная версия. Отсюда может быть два вывода (я прочертил стрелки): или убийца знал, что сэр Рональд поднимется в кабинет, или он поджидал молодого человека в надежде, что тот в кабинете окажется рано или поздно. Пункт второй: мотив.

Я добавил ещё пару живописных кружков.

— Личный или назовём его условно «деловой».

Холмс только сидел и молча улыбался. Я начал слегка нервничать.

— Если мы имеем второй мотив, то идея с выслеживающим убийцей не выглядит такой уж глупой.

Схема начала обрастать перекрёстными стрелками

— Но! — я сделал паузу. — Ни вы, ни Лестрейд, в чьём распоряжении большие силы и ресурсы для сбора информации, не знаете за молодым человеком ни политического, ни преступного компромата. Можно нам доверять вашей осведомлённости? — я посмотрел на Холмса.

— Несомненно, дорогой друг, — ответил он, всё так же мягко улыбаясь.

— Тогда тут явное противоречие. — Я поставил в этой части схемы жирный вопросительный знак. — Остаётся мотив личный. И я всё же склоняюсь к мысли, что правильнее это было бы назвать местью.

— Мы порой склонны путаться в определениях, — промолвил наконец Холмс. — Да, часто в припадке ревности человек убивает сразу. Но порой и затаивает обиду, лелеет её, доводит себя до точки кипения, а потом идёт и мстит.

— Дело-то не в этом! — воскликнул я. — Вот этот мистер Икс берёт револьвер и едет к сэру Рональду, мечтая всадить ему пулю в лоб. Он, по логике Лестрейда, звонит в дверь, спрашивает о хозяине, узнаёт, что тот в доме с гостями, и лезет на крышу конюшни?

Я рассмеялся, а Холмс вслед за мной.

— Ваш вывод?

— Мистер Икс — кто-то из гостей.

— Браво, Уотсон!

Шерлок Холмс

— Браво, Уотсон, — сказал я совершенно искренне.

Дело не представляло сложности, но было приятно, что мой друг оживился и может блеснуть. Он всегда описывал себя в рассказах больше слушателем, вставляющим наводящие вопросы и расточающим главному герою, то есть мне, комплименты. К счастью, в реальности дело обстояло не так. А Уотсон нещадно эксплуатировал ту схему детективной новеллы, придуманную По, доведя её до совершенства.

На самом же деле мы обсуждали с ним каждый случай, иногда спорили до хрипоты. В основном эти споры касались мотивов человеческих поступков. Я лучше видел тёмные побуждения людей — Уотсон в этом смысле был по-хорошему невинен, то есть он знал о существовании того или иного явления, но в людях чаще замечал хорошее. Зато мой доктор лучше разбирался в чувствах.

— Убийца пришёл в дом Сесилов с намерением убить сэра Рональда. Когда молодой человек вернулся из клуба, опоздав на званый ужин, он извинился перед матерью и невестой и ушёл ненадолго к себе.

Уотсон пересказывал ту часть полицейского отчёта, которая касалась последних минут жизни молодого аристократа.

— Убийца быстро поднялся за ним, возможно, прихватив по пути в одной из комнат диванную подушку, или что-то иное, что могло бы её заменить. Либо у сэра Рональда в кабинете стояли диван или тахта…

Я кивнул.

— Мистер Икс, судя по времени, которое прошло между убийством и обнаружением тела, просто вошёл, застрелил молодого человека и вышел.