Фандом: Гарри Поттер. Лунный свет лживо искрится в ночи, освещая витиеватые петли кровавых следов. Гермионе нужно пройти по ним, ступив на каждый отпечаток. Она должна понять, кто их оставил и как ей вернуться домой. Гермиона во что бы то ни стало должна сохранить тайну, укрыв её в запутанных петлях лжи.
Добавить в моё избранное
40 мин, 50 сек 4989
Резко садясь и распахивая глаза, Гермиона видит его стоящим на расстоянии нескольких шагов, он сжимает наколдованный букет цветов. Их искусственность заметна, так как цвета слишком ненастоящие и яркие. Гарри исступлённо бормочет, пытаясь придумать, для чего ему эти цветы. Отнекиваясь от очевидного, он спонтанно вспоминает названия различных зелий, в которых могли бы использоваться эти растения, окажись они живыми. Её храбрый друг никак не желает выдавать имя девушки, которая ему так нравится. Понимая, что его загнали в угол, Гарри отмахивается, легко уничтожая букет, и уходит с высоко поднятой головой.
Гермионе хочется смеяться и плакать.
Она, наконец, сошла с ума.
Ведь она прекрасно помнила тот вечер, когда они с Роном поймали Гарри в одном из школьных коридоров, сжимающим в руках свой нелепый букет. Кажется, Рон пытался делать вид, что ему совершенно неинтересно, в кого влюбился его лучший друг. Наверное, уже тогда он ревновал и был огорчён от мысли, что и в этом Поттер его превзошёл. Сначала — стал участником Турнира Трёх Волшебников, а теперь — нашёл девушку. А вот ей не хотелось так быстро сдаваться. Возможно, всему виной женское любопытство, а может, она просто ревновала, не желая отдавать своего друга кому-то ещё. Гермиона до сих пор с гордостью вспоминает, как ловко выкрала из чемодана Гарри Карту Мародёров и устроилась с ней в библиотеке, рассматривая множество помеченных именами точек, в поисках той, что звалась бы Гарри Поттер. Сначала, увидев имя девушки, с которой встречался Гарри, Гермиона опешила от удивления. Флер Делакур — чемпионка Шармбатона и соперница Поттера в Турнире. Коварная вейла решила околдовать самого младшего участника соревнования — так она решила, когда первоначальный шок прошёл.
Коварная вейла и глупый мальчишка, вечно попадающий в неприятности.
Гермиона потратила много времени на то, чтобы зародить в душе Гарри сомнения насчёт его девушки. Так ли он был ей интересен, как кажется? Она даже подстроила, чтобы старшекурсник с Пуффендуя напал на Флер, прижав к стене с единственным намерением поцеловать. Но все закончилось совершенно не так, как Гермиона предполагала: Гарри проклял и без того одурманенного мальчишку, и ей впервые пришлось устыдиться своих поступков.
Порой она думала, что все люди злы, и только Гарри её не предаст.
Из соседней камеры доносится тонкий вскрик, впервые она слышит что-то ещё, кроме мелодичного поскуливания. Оборачиваясь к решётке, Гермиона снова видит Поттера: он сидит на корточках, совсем рядышком, и смотрит на неё серьёзно и задумчиво. Подсознание подсказывает, что нужно что-то сказать. Нужно узнать, настоящий ли он.
— Откуда ты знаешь, что она действительно любит тебя, а не забавляется со скуки? — с языка слетает совершенно неуместный вопрос. В испуге Гермиона закрывает рот руками, будто сможет вернуть все свои слова обратно. Но нет, они насмешливо звенят, окружая их повсюду. Гарри не хмурится и не злится, кажется, он совершенно не разочарован из-за недоверия подруги.
— Я просто знаю это, Гермиона, — в его голосе лёгкость и уверенность, которой она ещё ни разу не слышала из его уст. — Я всегда ощущаю, когда она рядом. Мне кажется, я смог бы даже сказать, что она чувствует в тот или иной момент. Она не видит во мне золотого мальчика, победившего в годовалом возрасте Тёмного лорда. Для Флер я просто Гарри.
Просто Гарри.
Слова висят в воздухе, и Гермионе кажется, что она могла бы их даже потрогать. Окажись её друг — просто Гарри — все было бы таким обыкновенным. Они бы учились магии в одной из самых старинных волшебных школ. Возможно, между Гарри и Роном не было бы зависти, ведь они были бы заурядными мальчишками без славы и особых талантов. Как и большинство гриффиндорцев, они бы строили козни слизеринцам, стараясь обойти их в любом состязании и выиграть кубок школы. Они бы прожили своё детство без переживаний и сожалений.
Просто. Как и полагается всем подросткам.
Будто слыша её мысли, Гарри искренне улыбается и протягивает руку, чтобы помочь встать. Руки Гермионы дрожат, но она упорно тянется, желая коснуться шероховатой, чуть грубоватой ладони друга. Пальцы её касаются лишь пустоты: вязкой и холодной, а Гарри осыпается пеплом на грязный пол.
Она сходит с ума. Все это из-за зелья.
Ей нужно просто подождать и не реагировать на происходящее.
Она просто должна перестать доверять разуму и сердцу.
Магия вьётся по её жилам, отравляя тело. Волшебство, которым Гермиона всегда восторгалась. Ведь с помощью заклинаний можно было превратить один предмет в другой; создать себе новый образ и затеряться в толпе; в мгновение ока уничтожить то, что не могло уничтожить время. Гермиона считала, что нет ничего прекраснее магии, которой обладали волшебники, пока не увидела, как колдуют вейлы. Флер казалась ей сотканной из самого яркого ведовства, неистового ревущего, как пламя огня.
Гермионе хочется смеяться и плакать.
Она, наконец, сошла с ума.
Ведь она прекрасно помнила тот вечер, когда они с Роном поймали Гарри в одном из школьных коридоров, сжимающим в руках свой нелепый букет. Кажется, Рон пытался делать вид, что ему совершенно неинтересно, в кого влюбился его лучший друг. Наверное, уже тогда он ревновал и был огорчён от мысли, что и в этом Поттер его превзошёл. Сначала — стал участником Турнира Трёх Волшебников, а теперь — нашёл девушку. А вот ей не хотелось так быстро сдаваться. Возможно, всему виной женское любопытство, а может, она просто ревновала, не желая отдавать своего друга кому-то ещё. Гермиона до сих пор с гордостью вспоминает, как ловко выкрала из чемодана Гарри Карту Мародёров и устроилась с ней в библиотеке, рассматривая множество помеченных именами точек, в поисках той, что звалась бы Гарри Поттер. Сначала, увидев имя девушки, с которой встречался Гарри, Гермиона опешила от удивления. Флер Делакур — чемпионка Шармбатона и соперница Поттера в Турнире. Коварная вейла решила околдовать самого младшего участника соревнования — так она решила, когда первоначальный шок прошёл.
Коварная вейла и глупый мальчишка, вечно попадающий в неприятности.
Гермиона потратила много времени на то, чтобы зародить в душе Гарри сомнения насчёт его девушки. Так ли он был ей интересен, как кажется? Она даже подстроила, чтобы старшекурсник с Пуффендуя напал на Флер, прижав к стене с единственным намерением поцеловать. Но все закончилось совершенно не так, как Гермиона предполагала: Гарри проклял и без того одурманенного мальчишку, и ей впервые пришлось устыдиться своих поступков.
Порой она думала, что все люди злы, и только Гарри её не предаст.
Из соседней камеры доносится тонкий вскрик, впервые она слышит что-то ещё, кроме мелодичного поскуливания. Оборачиваясь к решётке, Гермиона снова видит Поттера: он сидит на корточках, совсем рядышком, и смотрит на неё серьёзно и задумчиво. Подсознание подсказывает, что нужно что-то сказать. Нужно узнать, настоящий ли он.
— Откуда ты знаешь, что она действительно любит тебя, а не забавляется со скуки? — с языка слетает совершенно неуместный вопрос. В испуге Гермиона закрывает рот руками, будто сможет вернуть все свои слова обратно. Но нет, они насмешливо звенят, окружая их повсюду. Гарри не хмурится и не злится, кажется, он совершенно не разочарован из-за недоверия подруги.
— Я просто знаю это, Гермиона, — в его голосе лёгкость и уверенность, которой она ещё ни разу не слышала из его уст. — Я всегда ощущаю, когда она рядом. Мне кажется, я смог бы даже сказать, что она чувствует в тот или иной момент. Она не видит во мне золотого мальчика, победившего в годовалом возрасте Тёмного лорда. Для Флер я просто Гарри.
Просто Гарри.
Слова висят в воздухе, и Гермионе кажется, что она могла бы их даже потрогать. Окажись её друг — просто Гарри — все было бы таким обыкновенным. Они бы учились магии в одной из самых старинных волшебных школ. Возможно, между Гарри и Роном не было бы зависти, ведь они были бы заурядными мальчишками без славы и особых талантов. Как и большинство гриффиндорцев, они бы строили козни слизеринцам, стараясь обойти их в любом состязании и выиграть кубок школы. Они бы прожили своё детство без переживаний и сожалений.
Просто. Как и полагается всем подросткам.
Будто слыша её мысли, Гарри искренне улыбается и протягивает руку, чтобы помочь встать. Руки Гермионы дрожат, но она упорно тянется, желая коснуться шероховатой, чуть грубоватой ладони друга. Пальцы её касаются лишь пустоты: вязкой и холодной, а Гарри осыпается пеплом на грязный пол.
Она сходит с ума. Все это из-за зелья.
Ей нужно просто подождать и не реагировать на происходящее.
Она просто должна перестать доверять разуму и сердцу.
Магия вьётся по её жилам, отравляя тело. Волшебство, которым Гермиона всегда восторгалась. Ведь с помощью заклинаний можно было превратить один предмет в другой; создать себе новый образ и затеряться в толпе; в мгновение ока уничтожить то, что не могло уничтожить время. Гермиона считала, что нет ничего прекраснее магии, которой обладали волшебники, пока не увидела, как колдуют вейлы. Флер казалась ей сотканной из самого яркого ведовства, неистового ревущего, как пламя огня.
Страница 4 из 12
