Фандом: Гарри Поттер. В декабре 2008 года в Лондоне умерли два волшебника. Тело чистокровного Стюарта Харпера было обнаружено сторожем в строящемся магловском торгово-развлекательном центре. Маглорожденного Кевина Уитби с пулей в голове нашла его домохозяйка, миссис Дейч. А ответ, что же связывало между собой помощника продавца магазина «Все для квиддича», младшего сына Пожирателя Смерти и начинающего репортера «Воскресного Пророка», найдет детектив инспектор Дадли Дурсль. Но это почему-то никого не обрадует…
Добавить в моё избранное
126 мин, 2 сек 16948
— Она сама выбрала свой путь и просила нас с матерью ее не искать. Да и как найти человека, который просто не хочет нас видеть? За все это время ни звонка, ни открытки, не говоря уж о письмах!
— А когда вы в последний раз виделись, она была сама или с кем-то? — задал вопрос Франко.
Супруги переглянулись, а потом неуверенно сказали, что их дочь сопровождал какой-то молодой человек, но как он выглядел, они не запомнили, он оставался в машине. Дурсль достал фотографии Ханта, Кевина и то ли Стива, то ли Стью.
— Среди этих людей есть тот человек?
— Не знаю, — миссис Торнхилл суетливо начала перебирать фотографии, — не уверена. О! Это же Кевин!
— Кто, простите?
— Дональд, посмотри, это же Кевин, Кевин Уитби, правильно? — супруг кивнул. — Бедный мальчик!
— В самом деле?
— Ну да. Знаете, такой талантливый, милый мальчик, дружил с Ибби. Она даже в детстве мечтала за него выйти замуж. И такая кончина! Просто уму непостижимо, почему он так поступил?!
— А как он поступил?
— Покончил с собой, — женщина понизила голос. — Вы представляете? А ведь у него не было ни малейших оснований для этого!
Странно, что просьбе Франко рассказать об этом молодом человеке миссис Торнхилл даже обрадовалась, будто не желая дальше говорить о дочери.
— До переезда в этот дом мы с семьей Уитби жили по соседству. Чудесные люди. Скот Уитби работает ветеринаром в конюшнях, а Элли — медсестрой в местной больнице. Малыш Кеви всегда был смышленым, сообразительным мальчиком, — женщина сделала глоток чая. — Знаете, люди нашего круга редко имеют возможность обучаться в заведениях, вроде Аппингемской школы. И мы, и Уитби не настолько богаты. А тут, к ним пришли представители элитной школы для одаренных детей, сами, сказали, что мальчик будет учиться бесплатно, по какой-то государственной программе. Это невиданная удача, вы понимаете! Он хорошо учился, участвовал в программе обмена, год провел на Континенте вместе с родителями. Стал журналистом, работал в Лондоне, миссис Уитби говорила, что его регулярно печатают, у него своя колонка. И тут, вдруг!
Когда кузены вышли из дома Торнхиллов, узнав напоследок адрес четы Уитби, Дадли спросил:
— Что у них там произошло с дочерью в последнюю встречу?
— Я не смотрел их мысли, Ди.
Дурсль вопросительно посмотрел на Франко.
— Я же говорил, я плохой легилимент, — пояснил тот, поморщившись. — Во-первых, без палочки я на такие фокусы не способен, во-вторых, им бы после сеанса чтения воспоминаний потребовался бы врач. Хотя я тебе безо всякого волшебства скажу, что в последнюю их встречу они разругались насмерть и любящие родители выставили обожаемое чадо из дому.
— Это я и так вижу, — усмехнулся Ди: он тоже заметил, что Торнхиллы за весь разговор ни разу не назвали Ибби дочерью, только «она» и по имени. И на каминной полке не было ни единой общей фотографии и лишь два снимка с самой девушкой. — Интересно узнать, почему.
— Дадли, ты как маленький, — укоризненно покачал головой Франко. — Оглядись вокруг. Чистенькие единообразные домики, консервативная элитная школа для не самых бедных. За что в таком случае могли выставить за порог девчонку и переехать в другой конец городка?
Инспектор понимающе поджал губы, вспомнив собственных родителей.
— Или связалась не с теми, или забеременела вне брака.
— Вот видишь, сам догадался, безо всякой магии.
Когда они в конце концов нашли дом по указанному адресу, на часах была четверть третьего. Уитби, в отличие от Торнхиллов, снимали квартиру в не слишком новом доме. Понимая, что, скорее всего, в ней никого нет, а супруги на работе, Дадли все же на удачу воспользовался дверным звонком. Но, к его удивлению, спустя пару секунд им открыла дверь миловидная женщина средних лет.
— Миссис Уитби? Детектив инспектор Дурсль, а это мистер Блоггс. Мы можем войти?
— Проходите, джентльмены. Чем могу быть полезна?
В небольшой гостиной кузенов ждал очередной сюрприз: на полке с фотографиями на самом виду красовалась фотография темноволосого подростка в хогвартской ученической мантии и с желто-черным шарфом на шее.
— Миссис Уитби, вы не против, если мы зададим вам несколько… — привычно начал Дадли.
В этот момент его перебил Франко, который прошел к фотографии и взял ее в руки:
— Хаффлпафф? — и провел пальцем по снимку. В ответ на его действия фотография ожила и юноша, изображенный на ней, поправил шарф и помахал рукой.
— Вы… — женщина смертельно побледнела и схватилась за ворот светлой рубашки.
— Не волнуйтесь, мэм, мы не причиним вам вреда, — по возможности успокаивающе сказал Дадли, сделав «страшные глаза» Франко. — Вот мое удостоверение, я действительно полицейский, и я не маг.
— Вы аврор? — глухо спросила артефактора Элли Уитби, не обращая внимания на Дурсля.
— А когда вы в последний раз виделись, она была сама или с кем-то? — задал вопрос Франко.
Супруги переглянулись, а потом неуверенно сказали, что их дочь сопровождал какой-то молодой человек, но как он выглядел, они не запомнили, он оставался в машине. Дурсль достал фотографии Ханта, Кевина и то ли Стива, то ли Стью.
— Среди этих людей есть тот человек?
— Не знаю, — миссис Торнхилл суетливо начала перебирать фотографии, — не уверена. О! Это же Кевин!
— Кто, простите?
— Дональд, посмотри, это же Кевин, Кевин Уитби, правильно? — супруг кивнул. — Бедный мальчик!
— В самом деле?
— Ну да. Знаете, такой талантливый, милый мальчик, дружил с Ибби. Она даже в детстве мечтала за него выйти замуж. И такая кончина! Просто уму непостижимо, почему он так поступил?!
— А как он поступил?
— Покончил с собой, — женщина понизила голос. — Вы представляете? А ведь у него не было ни малейших оснований для этого!
Странно, что просьбе Франко рассказать об этом молодом человеке миссис Торнхилл даже обрадовалась, будто не желая дальше говорить о дочери.
— До переезда в этот дом мы с семьей Уитби жили по соседству. Чудесные люди. Скот Уитби работает ветеринаром в конюшнях, а Элли — медсестрой в местной больнице. Малыш Кеви всегда был смышленым, сообразительным мальчиком, — женщина сделала глоток чая. — Знаете, люди нашего круга редко имеют возможность обучаться в заведениях, вроде Аппингемской школы. И мы, и Уитби не настолько богаты. А тут, к ним пришли представители элитной школы для одаренных детей, сами, сказали, что мальчик будет учиться бесплатно, по какой-то государственной программе. Это невиданная удача, вы понимаете! Он хорошо учился, участвовал в программе обмена, год провел на Континенте вместе с родителями. Стал журналистом, работал в Лондоне, миссис Уитби говорила, что его регулярно печатают, у него своя колонка. И тут, вдруг!
Когда кузены вышли из дома Торнхиллов, узнав напоследок адрес четы Уитби, Дадли спросил:
— Что у них там произошло с дочерью в последнюю встречу?
— Я не смотрел их мысли, Ди.
Дурсль вопросительно посмотрел на Франко.
— Я же говорил, я плохой легилимент, — пояснил тот, поморщившись. — Во-первых, без палочки я на такие фокусы не способен, во-вторых, им бы после сеанса чтения воспоминаний потребовался бы врач. Хотя я тебе безо всякого волшебства скажу, что в последнюю их встречу они разругались насмерть и любящие родители выставили обожаемое чадо из дому.
— Это я и так вижу, — усмехнулся Ди: он тоже заметил, что Торнхиллы за весь разговор ни разу не назвали Ибби дочерью, только «она» и по имени. И на каминной полке не было ни единой общей фотографии и лишь два снимка с самой девушкой. — Интересно узнать, почему.
— Дадли, ты как маленький, — укоризненно покачал головой Франко. — Оглядись вокруг. Чистенькие единообразные домики, консервативная элитная школа для не самых бедных. За что в таком случае могли выставить за порог девчонку и переехать в другой конец городка?
Инспектор понимающе поджал губы, вспомнив собственных родителей.
— Или связалась не с теми, или забеременела вне брака.
— Вот видишь, сам догадался, безо всякой магии.
Когда они в конце концов нашли дом по указанному адресу, на часах была четверть третьего. Уитби, в отличие от Торнхиллов, снимали квартиру в не слишком новом доме. Понимая, что, скорее всего, в ней никого нет, а супруги на работе, Дадли все же на удачу воспользовался дверным звонком. Но, к его удивлению, спустя пару секунд им открыла дверь миловидная женщина средних лет.
— Миссис Уитби? Детектив инспектор Дурсль, а это мистер Блоггс. Мы можем войти?
— Проходите, джентльмены. Чем могу быть полезна?
В небольшой гостиной кузенов ждал очередной сюрприз: на полке с фотографиями на самом виду красовалась фотография темноволосого подростка в хогвартской ученической мантии и с желто-черным шарфом на шее.
— Миссис Уитби, вы не против, если мы зададим вам несколько… — привычно начал Дадли.
В этот момент его перебил Франко, который прошел к фотографии и взял ее в руки:
— Хаффлпафф? — и провел пальцем по снимку. В ответ на его действия фотография ожила и юноша, изображенный на ней, поправил шарф и помахал рукой.
— Вы… — женщина смертельно побледнела и схватилась за ворот светлой рубашки.
— Не волнуйтесь, мэм, мы не причиним вам вреда, — по возможности успокаивающе сказал Дадли, сделав «страшные глаза» Франко. — Вот мое удостоверение, я действительно полицейский, и я не маг.
— Вы аврор? — глухо спросила артефактора Элли Уитби, не обращая внимания на Дурсля.
Страница 17 из 36
