Фандом: Гарри Поттер. Это даже не шаг в большой спорт — это возможность его когда-нибудь сделать. Это даже еще не команда, не игроки, не враги, не друзья. Это несколько десятков лиц, и за масками всё намного сложнее — амбиции, сломанные мечты, чувства, стремления, боль.
Добавить в моё избранное
173 мин, 59 сек 20587
Он это все знал, конечно, из прессы, но слышать правду от Дадли, который ему никогда не врал, было больно.
— Купили, конечно. Он мог бы стать пусть не вторым Муди, но практически равным ему. Джеймс Поттер попал на ту самую заветную грань — он мог, и он заплатил. А теперь — то, что не стали тебе говорить Рон и Фред с Джорджем. Дети чиновника спортивного ведомства. Твой «Хогвартс» такой же. Он тоже тебя продаст. Дешевле или дороже — как знать, но если что, мы с Пирсом тебе подскажем. Но, может, и нет, и тогда ты останешься таким же, как ваш этот Снейп. Понимаешь… Все зависит от того, кто больше платит, в любом клубе, в любой команде. Это бизнес, Гарри, честный спорт заканчивается за пределами школьной раздевалки.
Дадли поднялся, снова сел рядом с Гарри и положил ему руку на плечо.
— Кто больше платит, — тихо сказал Гарри. — Малфой? Думаешь, Уизли об этом знают?
— Конечно. Нет-нет, все законно, Гарри, но, если встанет выбор, поверь, в команду выше пойдешь не ты.
— Но если Малфой уйдет в сборную, кто будет оплачивать все расходы?
— Другой Малфой. Который точно будет знать, что все в этом мире продается и покупается.
Гарри взглянул на Дадли. Тот был серьезен, но Гарри был ему благодарен за ту откровенность, на которую еще никто никогда не решался.
— Если кто-то начнет об этом писать…
— О таких вещах могут писать только избранные. Хорошо защищенные теми, кто им заплатил.
— Пирс? — Гарри поднялся.
— Пирс, — кивнул Дадли.
— Но не эта солнечная девочка, которая держала твою руку, так? — Гарри взялся за ручку двери, но медлил. Дадли нахмурился.
— Что ты имеешь в виду? Погоди… Она хочет писать об этом? Господи, нет.
— В своей мелкой газетенке или что это там, Дадли. Быть может, она и не так проста, как нам с тобой показалось. Но если нет — мне не хотелось бы присутствовать на ее похоронах. Спокойной ночи.
Гарри вышел и плотно закрыл за собой дверь.
Когда он спускался по лестнице, услышал, как из комнаты Дадли льется тихая гитарная музыка.
Драко нахмурился и устало потер виски. Сколько он уже не притрагивался к скрипке? Казалось, что целую вечность, на деле — полторы недели. Ему теперь очень часто не хватало времени, и Драко часто мечтал о том, чтобы сутки стали длиннее часов на десять, или чтобы ему хотя бы не нужно было спать по ночам. Несбыточные желания…
Неожиданно в голову Драко пришла одна очень интересная мысль. Выпрямившись, он посмотрел на часы и улыбнулся сам себе. До вечера было еще много времени, домой он совершенно не спешил, отец уехал куда-то по делам и искать его не станет… Драко бросил беглый взгляд на заднее сидение, завел машину и осторожно вырулил на дорогу. Сегодня он получит свою небольшую порцию счастья.
Дорога до небольшого городка, в котором когда-то состоялось первое выступление Драко, заняла около получаса. Погода вполне располагала к длительным прогулкам — по небу проплывали только одинокие белые облака, но солнце, неспешно стремящееся к закату, неплохо прогревало воздух и радовало глаз полупрозрачными золотыми лучами, пробивающимися сквозь листву деревьев. Драко остановил машину на одной из небольших извилистых улочек, где не так часто можно было встретить другие автомобили и даже прохожих, и вышел из машины, разминая слегка затекшие мышцы. Надев кофту с капюшоном и надвинув его на глаза, Драко достал с заднего сиденья свою старенькую скрипку, закрыл машину и пешком направился на центральную площадь. Всего пятнадцать минут — и он уже был на месте.
Проверив, хорошо ли надет капюшон, Драко открыл футляр, улыбнулся, проведя пальцами по темному дереву скрипки, и вытащил ее. Уже знакомый приятный трепет прошелся по всему телу, сердце забилось чуть быстрее обычного, в пальцах чувствовалось легкое покалывание, и когда смычок коснулся струн, Драко на секунду даже закрыл глаза, жадно вслушиваясь в звук, издаваемый скрипкой.
— Купили, конечно. Он мог бы стать пусть не вторым Муди, но практически равным ему. Джеймс Поттер попал на ту самую заветную грань — он мог, и он заплатил. А теперь — то, что не стали тебе говорить Рон и Фред с Джорджем. Дети чиновника спортивного ведомства. Твой «Хогвартс» такой же. Он тоже тебя продаст. Дешевле или дороже — как знать, но если что, мы с Пирсом тебе подскажем. Но, может, и нет, и тогда ты останешься таким же, как ваш этот Снейп. Понимаешь… Все зависит от того, кто больше платит, в любом клубе, в любой команде. Это бизнес, Гарри, честный спорт заканчивается за пределами школьной раздевалки.
Дадли поднялся, снова сел рядом с Гарри и положил ему руку на плечо.
— Кто больше платит, — тихо сказал Гарри. — Малфой? Думаешь, Уизли об этом знают?
— Конечно. Нет-нет, все законно, Гарри, но, если встанет выбор, поверь, в команду выше пойдешь не ты.
— Но если Малфой уйдет в сборную, кто будет оплачивать все расходы?
— Другой Малфой. Который точно будет знать, что все в этом мире продается и покупается.
Гарри взглянул на Дадли. Тот был серьезен, но Гарри был ему благодарен за ту откровенность, на которую еще никто никогда не решался.
— Если кто-то начнет об этом писать…
— О таких вещах могут писать только избранные. Хорошо защищенные теми, кто им заплатил.
— Пирс? — Гарри поднялся.
— Пирс, — кивнул Дадли.
— Но не эта солнечная девочка, которая держала твою руку, так? — Гарри взялся за ручку двери, но медлил. Дадли нахмурился.
— Что ты имеешь в виду? Погоди… Она хочет писать об этом? Господи, нет.
— В своей мелкой газетенке или что это там, Дадли. Быть может, она и не так проста, как нам с тобой показалось. Но если нет — мне не хотелось бы присутствовать на ее похоронах. Спокойной ночи.
Гарри вышел и плотно закрыл за собой дверь.
Когда он спускался по лестнице, услышал, как из комнаты Дадли льется тихая гитарная музыка.
6. Настоящее. Драко Малфой. Музыка для других
Драко проехал около мили от стадиона и остановил машину, припарковав ее на обочине. Он устало вздохнул, очередная ненавистная тренировка была позади, мышцы ныли от — казалось — бесконечной, никогда не прекращающейся усталости. В голове все еще звучали отголоски едких комментариев Снейпа. Потом перед глазами всплыла сцена случайного столкновения с братьями Уизли, Поттером и девушкой младшего Уизли. С каким презрением они на него уставились! Конечно, они ведь, как и все остальные члены команды, считают его бездарным, но слишком удачливым и абсолютно счастливым сыном чересчур богатых родителей, которому благодаря деньгам открыты все двери… Драко криво усмехнулся своим мыслям — а ведь они частично правы. Только в одном они заблуждаются — счастья в жизни Драко практически не было. Обязанность сохранять лицо перед обществом — была, хоккей, благодаря прихоти отца, — тоже был, деньги, которые тратились совсем не на то, чего хотелось — были и они, а счастье приносило только одно — музыка, но это приходилось хранить в тайне.Драко нахмурился и устало потер виски. Сколько он уже не притрагивался к скрипке? Казалось, что целую вечность, на деле — полторы недели. Ему теперь очень часто не хватало времени, и Драко часто мечтал о том, чтобы сутки стали длиннее часов на десять, или чтобы ему хотя бы не нужно было спать по ночам. Несбыточные желания…
Неожиданно в голову Драко пришла одна очень интересная мысль. Выпрямившись, он посмотрел на часы и улыбнулся сам себе. До вечера было еще много времени, домой он совершенно не спешил, отец уехал куда-то по делам и искать его не станет… Драко бросил беглый взгляд на заднее сидение, завел машину и осторожно вырулил на дорогу. Сегодня он получит свою небольшую порцию счастья.
Дорога до небольшого городка, в котором когда-то состоялось первое выступление Драко, заняла около получаса. Погода вполне располагала к длительным прогулкам — по небу проплывали только одинокие белые облака, но солнце, неспешно стремящееся к закату, неплохо прогревало воздух и радовало глаз полупрозрачными золотыми лучами, пробивающимися сквозь листву деревьев. Драко остановил машину на одной из небольших извилистых улочек, где не так часто можно было встретить другие автомобили и даже прохожих, и вышел из машины, разминая слегка затекшие мышцы. Надев кофту с капюшоном и надвинув его на глаза, Драко достал с заднего сиденья свою старенькую скрипку, закрыл машину и пешком направился на центральную площадь. Всего пятнадцать минут — и он уже был на месте.
Проверив, хорошо ли надет капюшон, Драко открыл футляр, улыбнулся, проведя пальцами по темному дереву скрипки, и вытащил ее. Уже знакомый приятный трепет прошелся по всему телу, сердце забилось чуть быстрее обычного, в пальцах чувствовалось легкое покалывание, и когда смычок коснулся струн, Драко на секунду даже закрыл глаза, жадно вслушиваясь в звук, издаваемый скрипкой.
Страница 11 из 48
