Долгий путь домой

А может, ему просто хочется, чтобы она сделала что-то ещё, чтобы убедить его.

— Она тебя пока не пристрелила, — замечает К2, когда корабль приближается к взлётному полю на Явине. — Пожалуй, мне стоит пересмотреть кое-какие вероятности, — с лёгким оттенком интереса добавляет он.

— На здоровье, — бормочет Кассиан, надевая коричневый мундир. Спешить некуда, даже не смотря на то, что рапорт стоило бы предоставить как можно скорее.

К сожалению, он почти точно знает, что будет дальше. Перед ангарами стоят знакомые корабли — Совет собрался в полном составе. Мотма могла бы на них надавить, но она, как и её соратники, поддерживающие решительные действия, в меньшинстве.

Тут даже к К2 за расчётами не ходи.

Кассиану приходится докладывать первым: он очень коротко рассказывает о поисках оружия, потом, уже подробнее, — о событиях последних двух дней, о разрушении Джеды, о том, что случилось на Иду, что известно о сообщении, о вмешательстве Кренника, о гибели Эрсо. Он чувствует на себе взгляд Джин, но усилием заставляет себя отворачиваться. Потому что не уверен, что сможет посмотреть ей в глаза.

Ещё жарко, Джин поворачивается, лицо у неё холодно-оценивающее, а вот глаза горят, их взгляд пронизывает насквозь, будто она видит каждую оплошность. От этого взгляда хочется начать оправдываться — и вот тогда наконец нисходит понимание, что все слова от начала до конца были ошибкой.

Она не нападает, но всё-таки как-то умудряется ударить по слабому месту. В конце концов, Кассиана обзывали не только штурмовиком, а куда как грубее, но всё-таки после разговора с Джин он испытывает злость и стыд, чего с ним не случалось уже очень давно.

На корабле повисает напряжённая тишина, от экипажа волнами исходит осуждение. Бодхи старательно отводит взгляд, Бейз с Чиррутом сидят с застывшими от неодобрения лицами.

Так что теперь Кассиан не смотрит ни на кого, заставляет себя ровным тоном сообщать Совету факты, а сам вперивает взгляд чуть левее плеча Мон Мотмы. Закончив, кивает Дравену и отступает, позволяя тому продолжить и пояснить, что стояло за ситуацией на Иду. Потом придёт очередь Бодхи, а следом — Джин. Дальше решать Совету.

Но можно не дожидаться окончания — и так понятно, к чему всё идёт. Мотма не станет открыто призывать к каким-либо действиям, а вот Органа… Раддус уже готов кинуться в бой, Дравен будет напирать на осторожность, скорей всего из-за недоверия к разведданным. Памло и Меррик колеблются: в зависимости от того, какой оборот примет обсуждение, они могут встать на сторону и тех, и других, но остальные точно будут против ведения операции. Совет не придёт к согласию и разрешения не даст.

Кассиан невольно смотрит на Джин, и она тут же встречает этот взгляд, будто чувствует его. Она выглядит решительной, держится прямее, чем раньше, готовясь выложиться на полную, убедить Совет предпринять вылазку на планету Империи.

Но этого мало.

Кассиан отворачивается, делает шаг к двери, тянет за плечо Мелши.

— Пошли выйдем.

Тот бросает взгляд на стол, но молча идёт следом.

— Вот ты где, — приветствует его К2 со своего поста у двери. — Совет решился? Кажется, всё вышло куда эффективней, чем я ожидал. Пожалуй, стоит обновить их досье.

— Погоди пока, — спокойно отвечает Кассиан и поворачивается к Мелши. — Они не дадут добро.

Мелши кивает, соглашаясь.

— Однако оружие существует, а чертежи на Скарифе, — говорит Кассиан, удивляясь тому, как убедительно звучит собственный голос. — Нам нужна группа высадки.

— И кое-что ещё, — тихо отвечает Мелши и бросает на него оценивающий взгляд. Кассиан даже не думает притворяться — сейчас он как никогда серьёзен. — Вот уж не думал, что доживу до того дня, когда ты станешь нарушать приказы.

— Формально, мне не запрещали высаживаться на Скариф, — пожимает плечами Кассиан. С кем-то другим этот номер не прошёл бы, но Мелши ухмыляется и кивает.

— Уверен?

— Как никогда, — отвечает он и понимает, что говорит правду. Он верит Джин, сразу поверил, хоть и не признавался себе в этом. И чтобы она там ни думала, ей понадобится любая помощь, которую он сможет организовать.

Мелши кивает, покачивается с носка на пятку, думает.

— Тебе нужны Сефла и Мефран. Касриш чокнутый, пойдёт, даже если его не спрашивать.

— Ладно, — Кассиан тут переключается в режим мозгового штурма, по жилам разливается возбуждение. — Пао и Тонк, чтобы наверняка. Кто ещё?

К окончанию совещания набирается больше дюжины человек. Он смотрит, как Джин, огорчённо ссутулившись, выходит из штаба. Когда он заводит разговор, она ещё злится, но он даёт ей понять, с чем пришёл. И снова ему трудно вовремя остановиться, не сказать слишком много, не раскрыться больше положенного.

А потом она улыбается и он невольно улыбается в ответ — легко, с надеждой и странным чувством, от которого болезненно и медленно распирает в груди.