Фандом: Изумрудный город. Невидимые беллиорцы совершают ещё одну диверсию, и этот удар по силе несравним с предыдущими.
Добавить в моё избранное
124 мин, 41 сек 12679
— Натаскать воды!
— Нарубить дров!
— Сварить суп!
— Построить шатёр для лазарета!
— Расширить вход в пещеру!
Мон-Со шёл красными пятнами.
— Вы предлагаете мне заняться чёрной работой?
— Ага, сдался! А как же то, что менвиты во всём превосходят арзаков?
— Но не в таких делах!
— Сам признал!
— Суп есть горазд, а помогать не умеет!
— Паразит!
Мон-Со побагровел весь и опустил голову.
— Ладно, хватит, — сказал Ильсор, пока насмешки не стали злыми. — У него ещё будет время, чтобы всё осмыслить.
Он уже догадался, что Мон-Со боится остаться в лагере, но идти в одиночестве по неведомым беллиорским лесам боится ещё больше. В то же время нельзя было не позволить арзакам сначала проявить к нему некоторую жестокость: он по себе знал, что исцеление редко бывает безболезненным.
— Вас никто не будет обижать, если вы останетесь, — сказал Ильсор. — Для нас вы по-прежнему член экипажа, как и любой другой менвит.
Мон-Со взглянул на него, скривившись:
— Поэтому вы бросили Ранавир на произвол судьбы.
— Ну вот, вы же сами всё понимаете, — обрадовался Ильсор. — Вы сильные, но только тогда, когда вас окружают бессловесные рабы. Нет рабов — и куда подевалась ваша сила и самоуверенность? Да и была ли она вообще? Поработить подлостью — не сила, а слабость. Только и мы больше не такие доверчивые. Главное теперь — чтобы оставшиеся это всё тоже поняли.
Уязвлённый Мон-Со гордо задрал подбородок:
— В другой ситуации я не стал бы этого делать, но вы не оставили мне выбора. Даю слово офицера, что не причиню вам вреда и никому не открою, где ваше убежище.
Аплодисменты были ему ответом. Мон-Со дёрнулся от неожиданности, и Ильсор захихикал, прикрыв рот ладонью, чтобы не обидеть. Он дал Мон-Со возможность сохранить лицо, и тот ею воспользовался.
Жизнь налаживалась. — Я ухожу, — произнёс Баан-Ну в гробовой тишине, спохватился, что это может быть истолковано как заявление об отставке и добавил: — На время.
На этот раз все собрались в одной из великанских комнат, где на столе была оборудована запасная посадочная площадка для вертолётов. В открытое окно врывался тёплый ветерок, по стене ползли золотые лучи.
— Ультиматум нам всё же предъявили, если это можно назвать ультиматумом. С помощью Урфина Джюса я узнал, что в этой стране такие правила, что, если хочешь вернуть утраченное, нужно пройти от начала до конца ту дорогу, которая ведёт из предгорий к столице.
Урфин, стоящий неподалёку, утвердительно кивал.
— Я беру на себя эту нелёгкую задачу, — заключил Баан-Ну, — и отправляюсь немедля.
В толпе собравшихся взметнулась рука.
— Слушаю, лейтенант, — сказал Баан-Ну устало. Он уже готовился к трудностям и опасностям, и мысли его были не здесь.
— Вы так и не оставили заместителя, — напомнил Ар-Лой. — Но это — экстраординарная ситуация. Инструкция запрещает командованию покидать расположение лагеря, не оставив…
Генерал почувствовал, как медленно свирепеет. Зря он пытался унять амбиции мальчишки орденом и благодарностью. Такой будет требовать всё больше и больше.
— Спасибо, что напомнили, — ответил Баан-Ну. — Разумеется, теперь ситуация экстраординарная. Немедленно ступайте ко мне в кабинет и напишите приказ о произведении в полковники беллиорца Урфина Джюса.
Воцарилась потрясённая тишина. Менвиты переглядывались, не в силах произнести ни слова. Генерал ждал, постукивая по полу носком сапога. Вся надежда была на дисциплину, а то ещё решат сейчас, что он давно под контролем беллиорцев…
— Лейтенант, вы не расслышали?
— То есть вот он будет нами командовать? — спросил наконец Ман-Ра, указывая на Урфина. Тот представлял собой такое же жалкое зрелище, как и остальные, но ему было простительно.
— А до этого он вами не командовал, что ли? — усмехнулся генерал.
— Да вы с ума сошли… — пробормотал Ар-Лой, на всякий случай отступая. — Беллиорца, потенциального раба — полковником?
— Мундир выдать не забудьте, — добавил Баан-Ну. — Я руководствуюсь сугубо практическими соображениями. Мне ваша грызня за власть уже порядком надоела. Будете слушаться беллиорца. Вернусь — проверю. Через десять минут приказ должен быть у меня на столе.
Полчаса спустя обалдевший от свалившегося на него счастья полковник Джюс, стоя у открытого периметра, давал генералу последние инструкции и указывал дорогу на карте.
— Понятно, — сказал наконец Баан-Ну. Он взял с собой только самое необходимое. Чистая тетрадь, разумеется, была на первом месте, даже перед пистолетом и шлемом. — Ты им тоже спуску не давай. Я ведь и тебя проверю, как ты справишься.
— За это не беспокойтесь, мой генерал, — нехорошо ухмыльнулся Джюс. — Опыт у меня есть.
В это Баан-Ну поверил тоже.
— Нарубить дров!
— Сварить суп!
— Построить шатёр для лазарета!
— Расширить вход в пещеру!
Мон-Со шёл красными пятнами.
— Вы предлагаете мне заняться чёрной работой?
— Ага, сдался! А как же то, что менвиты во всём превосходят арзаков?
— Но не в таких делах!
— Сам признал!
— Суп есть горазд, а помогать не умеет!
— Паразит!
Мон-Со побагровел весь и опустил голову.
— Ладно, хватит, — сказал Ильсор, пока насмешки не стали злыми. — У него ещё будет время, чтобы всё осмыслить.
Он уже догадался, что Мон-Со боится остаться в лагере, но идти в одиночестве по неведомым беллиорским лесам боится ещё больше. В то же время нельзя было не позволить арзакам сначала проявить к нему некоторую жестокость: он по себе знал, что исцеление редко бывает безболезненным.
— Вас никто не будет обижать, если вы останетесь, — сказал Ильсор. — Для нас вы по-прежнему член экипажа, как и любой другой менвит.
Мон-Со взглянул на него, скривившись:
— Поэтому вы бросили Ранавир на произвол судьбы.
— Ну вот, вы же сами всё понимаете, — обрадовался Ильсор. — Вы сильные, но только тогда, когда вас окружают бессловесные рабы. Нет рабов — и куда подевалась ваша сила и самоуверенность? Да и была ли она вообще? Поработить подлостью — не сила, а слабость. Только и мы больше не такие доверчивые. Главное теперь — чтобы оставшиеся это всё тоже поняли.
Уязвлённый Мон-Со гордо задрал подбородок:
— В другой ситуации я не стал бы этого делать, но вы не оставили мне выбора. Даю слово офицера, что не причиню вам вреда и никому не открою, где ваше убежище.
Аплодисменты были ему ответом. Мон-Со дёрнулся от неожиданности, и Ильсор захихикал, прикрыв рот ладонью, чтобы не обидеть. Он дал Мон-Со возможность сохранить лицо, и тот ею воспользовался.
Жизнь налаживалась. — Я ухожу, — произнёс Баан-Ну в гробовой тишине, спохватился, что это может быть истолковано как заявление об отставке и добавил: — На время.
На этот раз все собрались в одной из великанских комнат, где на столе была оборудована запасная посадочная площадка для вертолётов. В открытое окно врывался тёплый ветерок, по стене ползли золотые лучи.
— Ультиматум нам всё же предъявили, если это можно назвать ультиматумом. С помощью Урфина Джюса я узнал, что в этой стране такие правила, что, если хочешь вернуть утраченное, нужно пройти от начала до конца ту дорогу, которая ведёт из предгорий к столице.
Урфин, стоящий неподалёку, утвердительно кивал.
— Я беру на себя эту нелёгкую задачу, — заключил Баан-Ну, — и отправляюсь немедля.
В толпе собравшихся взметнулась рука.
— Слушаю, лейтенант, — сказал Баан-Ну устало. Он уже готовился к трудностям и опасностям, и мысли его были не здесь.
— Вы так и не оставили заместителя, — напомнил Ар-Лой. — Но это — экстраординарная ситуация. Инструкция запрещает командованию покидать расположение лагеря, не оставив…
Генерал почувствовал, как медленно свирепеет. Зря он пытался унять амбиции мальчишки орденом и благодарностью. Такой будет требовать всё больше и больше.
— Спасибо, что напомнили, — ответил Баан-Ну. — Разумеется, теперь ситуация экстраординарная. Немедленно ступайте ко мне в кабинет и напишите приказ о произведении в полковники беллиорца Урфина Джюса.
Воцарилась потрясённая тишина. Менвиты переглядывались, не в силах произнести ни слова. Генерал ждал, постукивая по полу носком сапога. Вся надежда была на дисциплину, а то ещё решат сейчас, что он давно под контролем беллиорцев…
— Лейтенант, вы не расслышали?
— То есть вот он будет нами командовать? — спросил наконец Ман-Ра, указывая на Урфина. Тот представлял собой такое же жалкое зрелище, как и остальные, но ему было простительно.
— А до этого он вами не командовал, что ли? — усмехнулся генерал.
— Да вы с ума сошли… — пробормотал Ар-Лой, на всякий случай отступая. — Беллиорца, потенциального раба — полковником?
— Мундир выдать не забудьте, — добавил Баан-Ну. — Я руководствуюсь сугубо практическими соображениями. Мне ваша грызня за власть уже порядком надоела. Будете слушаться беллиорца. Вернусь — проверю. Через десять минут приказ должен быть у меня на столе.
Полчаса спустя обалдевший от свалившегося на него счастья полковник Джюс, стоя у открытого периметра, давал генералу последние инструкции и указывал дорогу на карте.
— Понятно, — сказал наконец Баан-Ну. Он взял с собой только самое необходимое. Чистая тетрадь, разумеется, была на первом месте, даже перед пистолетом и шлемом. — Ты им тоже спуску не давай. Я ведь и тебя проверю, как ты справишься.
— За это не беспокойтесь, мой генерал, — нехорошо ухмыльнулся Джюс. — Опыт у меня есть.
В это Баан-Ну поверил тоже.
Страница 33 из 37
