Фандом: Ориджиналы. Новая история цикла «Тематики». Молодой амбициозный провинциал приезжает в столицу «к бабушке». Но бабушка его не ждет, а пагубная привычка напиваться по любому поводу приводит к несчастному случаю. Молодой амбициозный врач вынужден расплачиваться за чужую безалаберность. Снова.
Добавить в моё избранное
172 мин, 3 сек 13711
Сколько классов закончил?
— Одиннадцать, — сказал Лёха.
— Есть где жить?
Лёха задумался. Сказать, что негде? Еще отправит на органы. Сказать, что есть? Почему тогда болтается с Витьком?
— Понятно, — сказал Вик, и Лёха опустил взгляд в пол. Как будто с поличным поймали.
— Да я у родственников хотел…
— «Москва слезам не верит»? — невпопад спросил Вик. Лёха молчал. — Ладно, у меня есть место в одной двушке, будешь там четвертым. Платить за квартиру не нужно, разрешение на работу оформлю сам. Рабочий день с семи утра до шести вечера, обед два часа — можно поспать на диване.
— Чего? — Лёха не знал, о чем спрашивать в первую очередь, и остановился на самом глубоком и всеобъемлющем из вопросов, которые знал.
— Работа нужна? Нужна. Жить негде? Негде. Училище не заканчивал — профессии нет. Планов — ноль. У меня месяц назад уволился мальчик, нанял нового — он бросил вещи на вписке и свалил куда-то, до сих пор ищем. Пятнадцать тысяч, питание и жилье с меня -по рукам?
Лёха чуял, что где-то был спрятан подвох, но где именно — разобрать было невозможно. Пятнадцать тысяч показались ему сказочным богатством, и он мысленно подпрыгнул до потолка. Потом очнулся в реальности и спросил:
— Так а что делать-то нужно?
— Зал убирать, — ответил Вик и начал щелкать по клавиатуре. — Паспорт с собой?
Паспорт у Лёхи был с собой, и он достал его и положил перед Виком, но с работой еще не было до конца ясно:
— Уборщиком, что ли?
— Расставить кресла, отмыть пол, протереть столы, вынести мусор, перетащить ящики на бар. Девочкам часто бывает нужна помощь с верхними полками. Посуда бывает редко, но иногда остается, если находишь что-то на диване или под столом — несешь и моешь сам. Я инструктаж проведу, ты не переживай.
— Да и я не…
Лёха не то чтобы не переживал, но тон у Вика был такой, как будто они обо всем договорились год назад, а теперь просто уточняли подробности. Значит, рано утром приехать… стоп, а как приехать?
— Утром водитель вас четверых привозит, вечером везет обратно. Не хочешь сразу домой, можешь доехать сам. От метро пешком полчаса, ходят маршрутки — разберешься.
Вик обладал космическим талантом читать мысли, так что спустя полчаса Лёха был уверен, что попал в рай. У него будет квартира, работа, он будет получать целых пятнадцать тысяч, и возить на работу его будет настоящий водитель. Можно прямо сейчас звонить маме и говорить, что он — на коне.
Лёха вышел из крошечного кабинета Вика под оглушительные аплодисменты, и решил, что аплодируют ему — стушевался. Аплодировали седому мужику. На спинах трех мальков Лёха заметил отчетливые алые следы поверх равномерно розовой кожи.
Ну и хрен с ними, с мальками, за такие бабки можно и в Макдональдсе пахать, не то что здесь. Он дошел до столика Виктора Валерьевича и замер, потому что рядом сидел его брат. Взгляд у него был сердитый, глядел он не на сцену, а прямо на Лёху, и ясно было, что Лёха сейчас получит по первое число. Жестяк во всей красе — получите, распишитесь.
— Ты почему трубку не берешь? — спросил Станислав Валерьевич. Витек рядом с ним делал вид, что увлечен аплодисментами.
— Да мы же все время…
— Тебе нужен покой, нормальная еда и сон, — сказал Станислав Валерьевич, и Лёха прекрасно знал, что это правда, но объяснить ему, что сказать Витьку «нет» — немыслимый подвиг, Лёха не смог.
— Я работу нашел, — сказал он вместо этого.
— Где? — Станислав Валерьевич выглядел удивленным.
Лёха разозлился. Вот уж большое спасибо, доктор с мировым именем. Достал из-под колес, а теперь решил отчитывать. Тоже, взял на воспитание подкидыша. Лёха хотел ответить матом, но сдержался:
— Здесь.
— Здесь? — удивление Станислав Валерьевич приправил презрением.
— Здесь, — подтвердил Лёха.
— Я завезу вещи завтра, — сказал Станислав Валерьевич, встал из-за стола и пошел к выходу. Даже не оглянулся на брата, а тот махнул рукой Лёхе, мол, пока, и потянулся следом.
Люди начали расходиться. Потоком Лёху тянуло к выходу, но он держался, поворачиваясь то в одну, то в другую сторону. Через несколько минут он стоял один посреди зала, и пара чопорных официанток летала из угла в угол с подносами наперевес.
Некстати Лёха вспомнил, что в меню, которое долго изучал Виктор Валерьевич, стейк, сырная тарелка и пара бокалов вина стоили около десятки. Тогда сумма показалась Лёхе заоблачной. И вот он прикидывал, как много дней ему придется питаться пайками бухгалтера гея, чтобы купить себе хотя бы один такой стейк.
И совсем уж подлой подкралась другая мысль — нужно было на Красной Площади, у пятачка, бросать одну монетку, как все, а не сто рублей. Сейчас купил бы стакан воды.
На плечо легла чужая ладонь — Лёха понял, что это вездесущий бухгалтер.
— Одиннадцать, — сказал Лёха.
— Есть где жить?
Лёха задумался. Сказать, что негде? Еще отправит на органы. Сказать, что есть? Почему тогда болтается с Витьком?
— Понятно, — сказал Вик, и Лёха опустил взгляд в пол. Как будто с поличным поймали.
— Да я у родственников хотел…
— «Москва слезам не верит»? — невпопад спросил Вик. Лёха молчал. — Ладно, у меня есть место в одной двушке, будешь там четвертым. Платить за квартиру не нужно, разрешение на работу оформлю сам. Рабочий день с семи утра до шести вечера, обед два часа — можно поспать на диване.
— Чего? — Лёха не знал, о чем спрашивать в первую очередь, и остановился на самом глубоком и всеобъемлющем из вопросов, которые знал.
— Работа нужна? Нужна. Жить негде? Негде. Училище не заканчивал — профессии нет. Планов — ноль. У меня месяц назад уволился мальчик, нанял нового — он бросил вещи на вписке и свалил куда-то, до сих пор ищем. Пятнадцать тысяч, питание и жилье с меня -по рукам?
Лёха чуял, что где-то был спрятан подвох, но где именно — разобрать было невозможно. Пятнадцать тысяч показались ему сказочным богатством, и он мысленно подпрыгнул до потолка. Потом очнулся в реальности и спросил:
— Так а что делать-то нужно?
— Зал убирать, — ответил Вик и начал щелкать по клавиатуре. — Паспорт с собой?
Паспорт у Лёхи был с собой, и он достал его и положил перед Виком, но с работой еще не было до конца ясно:
— Уборщиком, что ли?
— Расставить кресла, отмыть пол, протереть столы, вынести мусор, перетащить ящики на бар. Девочкам часто бывает нужна помощь с верхними полками. Посуда бывает редко, но иногда остается, если находишь что-то на диване или под столом — несешь и моешь сам. Я инструктаж проведу, ты не переживай.
— Да и я не…
Лёха не то чтобы не переживал, но тон у Вика был такой, как будто они обо всем договорились год назад, а теперь просто уточняли подробности. Значит, рано утром приехать… стоп, а как приехать?
— Утром водитель вас четверых привозит, вечером везет обратно. Не хочешь сразу домой, можешь доехать сам. От метро пешком полчаса, ходят маршрутки — разберешься.
Вик обладал космическим талантом читать мысли, так что спустя полчаса Лёха был уверен, что попал в рай. У него будет квартира, работа, он будет получать целых пятнадцать тысяч, и возить на работу его будет настоящий водитель. Можно прямо сейчас звонить маме и говорить, что он — на коне.
Лёха вышел из крошечного кабинета Вика под оглушительные аплодисменты, и решил, что аплодируют ему — стушевался. Аплодировали седому мужику. На спинах трех мальков Лёха заметил отчетливые алые следы поверх равномерно розовой кожи.
Ну и хрен с ними, с мальками, за такие бабки можно и в Макдональдсе пахать, не то что здесь. Он дошел до столика Виктора Валерьевича и замер, потому что рядом сидел его брат. Взгляд у него был сердитый, глядел он не на сцену, а прямо на Лёху, и ясно было, что Лёха сейчас получит по первое число. Жестяк во всей красе — получите, распишитесь.
— Ты почему трубку не берешь? — спросил Станислав Валерьевич. Витек рядом с ним делал вид, что увлечен аплодисментами.
— Да мы же все время…
— Тебе нужен покой, нормальная еда и сон, — сказал Станислав Валерьевич, и Лёха прекрасно знал, что это правда, но объяснить ему, что сказать Витьку «нет» — немыслимый подвиг, Лёха не смог.
— Я работу нашел, — сказал он вместо этого.
— Где? — Станислав Валерьевич выглядел удивленным.
Лёха разозлился. Вот уж большое спасибо, доктор с мировым именем. Достал из-под колес, а теперь решил отчитывать. Тоже, взял на воспитание подкидыша. Лёха хотел ответить матом, но сдержался:
— Здесь.
— Здесь? — удивление Станислав Валерьевич приправил презрением.
— Здесь, — подтвердил Лёха.
— Я завезу вещи завтра, — сказал Станислав Валерьевич, встал из-за стола и пошел к выходу. Даже не оглянулся на брата, а тот махнул рукой Лёхе, мол, пока, и потянулся следом.
Люди начали расходиться. Потоком Лёху тянуло к выходу, но он держался, поворачиваясь то в одну, то в другую сторону. Через несколько минут он стоял один посреди зала, и пара чопорных официанток летала из угла в угол с подносами наперевес.
Некстати Лёха вспомнил, что в меню, которое долго изучал Виктор Валерьевич, стейк, сырная тарелка и пара бокалов вина стоили около десятки. Тогда сумма показалась Лёхе заоблачной. И вот он прикидывал, как много дней ему придется питаться пайками бухгалтера гея, чтобы купить себе хотя бы один такой стейк.
И совсем уж подлой подкралась другая мысль — нужно было на Красной Площади, у пятачка, бросать одну монетку, как все, а не сто рублей. Сейчас купил бы стакан воды.
На плечо легла чужая ладонь — Лёха понял, что это вездесущий бухгалтер.
Страница 18 из 48
