Когда они выезжали из города, часы на здании ратуши пробили половину пятого утра. С чёрного неба, переплетаясь между собой в безумной ветреной пляске, холодным ковром падали на грязную после недавней оттепели землю густые снежные хлопья. Ночь была тёмная, беззвёздная, тяжёлые свинцовые тучи заволокли собой всё небо, и подобно гигантской каменной плите, закрыли от всего мира манящее сияние далёких жемчужно-белых холодных огоньков с другого края Вселенной.
Добавить в моё избранное
54 мин, 37 сек 14204
Вслед за ним послышались едва слышный, приглушённый звук, напоминающий…
— Дыхание. — прошептал Эванс, белея на глазах. — Я слышу чьё-то дыхание!— Дыхание. Я слышу чьё-то дыхание!
И тут из левого коридора раздался приглушённый человеческий голос:
— Тихо, тихо, мой маленький, я уже иду, я уже иду. Сейчас я приду, и всё будет хорошо. Сейчас я…
Из проёма вышел сгорбленный человек с длинной бородой. В одной руке он держал зажженный факел, а другая сжимала массивную связку ключей. Увидев нас, он встал как вкопанный, с громким бренчанием повалились на пол ключи.
— Кто вы такие? Что вам здесь надо? — спросил он, отступая в темноту коридорного проёма. — Зачем вы сюда пришли?
— Мы слышали странные звуки, доносящиеся из этой пещеры, и…
— Нет! Этого не может быть! Не может, вас здесь быть не должно! Уходите отсюда! Уходите!
Старик, казалось, сошёл с ума, руки его тряслись от набежавшего возбуждения, на лбу выступил холодный пот.
— Уходите немедленно! Нет, они не могут уйти, они видели слишком много! Уходите! Нет, нет, нельзя… Нет! Уходите! Он ещё слишком мал, он ещё не может… Они видели… Они слышали… Уходите! Нет! Да! Нет, их нельзя отпускать!
И тут произошло неожиданное. С диким воплем старик бросился на нас. Растерявшись, мы не успели даже вскинуть револьверы, как он уже был между нами. Толкнув меня, безумец бросился на Эванса, отбрасывая в сторону зажжённый факел. Я повалился на пол, револьвер вылетел у меня из рук и улетел в темноту, крепко сжимая в руках трость, я растянулся на полу. Откуда-то спереди донёсся крик Эванса, а затем звук падающего на камни тела, очевидно, старик повалил и его.
В темноте раздавалось чьё-то хриплое дыхание, звуки борьбы становились всё тише. Я поднялся на ноги, перехватывая трость, огляделся. Вокруг сгустилась тьма, откуда-то сзади раздавались приглушённые звуки, очевидно, там начинался спуск во второй коридор. И тут где-то в дальнем углу мелькнул чей-то неразборчивый силуэт. Я приблизился, вгляделся вперёд, напрягая всю свою силу. И тут я пришёл в ужас. На поверженном, распластавшемся на камнях Эвансе сидел старик и, сгорбившись, всё ближе подносил к его горлу острый нож. Мой юный друг отчаянно сопротивлялся, однако лезвие неукротимо приближалось… Я бросился к ним, на ходу замахиваясь тростью. Поравнявшись со сражающимися, я со всей силы опустил тяжёлую свинцовую трубу на спину старика. Раздался громкий крик, а через секунду я снова оказался на земле. Едва различимая тень пронеслась по проёму и скрылась в левом коридоре.
— Вы в порядке? — спросил я, подойдя к распластавшемуся на земле Эвансу и протягивая тому руку. Тот крепко ухватился за неё, поднялся на ноги.
— Да, всё хорошо. Спасибо, вы спасли мне жизнь, я уж думал, ещё бы секунда, и…
— Рано благодарить, я видел, как он скрылся в коридоре. Надо последовать за ним и узнать, что он собирается делать. — сказал я, вглядываясь в бледное лицо своего товарища.
— Что? — недоумевающее воскликнул тот. — Зачем это делать? Зачем идти за ним, это верная смерть! Бежать надо отсюда, бежать, пока не…
И тут тишину снова вспорол глухой грохочущий раскат, доносящийся из правого коридора. Я снова взглянул на Эванса.
— Надо положить этому конец, старик явно замешан в этом деле, и я боюсь, что если мы сейчас не разберёмся в этом, то последствия могут быть ужасными. Вы со мной?
Мгновение Эванс колебался, я почти почувствовал, как хочет он поскорее убраться отсюда.
— Да, я с вами.
— Отлично. Ваш револьвер всё ещё при вас?
— Да, а ваш?
— Я его потерял, но у меня есть свинцовая трость, я смогу сражаться ею. Идёмте.
Вдвоём мы вошли в левый коридор. За первым же поворотом мы снова попали в освещённое факелом пространство. Шли быстро, держа оружие наготове. Миновали ещё два поворота, то и дело оглядываясь.
Наконец следующий поворот вывел нас в широкую, ярко освещённую пещеру. Очевидно, она были приспособлена для жилья, в ней даже присутствовала грубо вытесанная из дерева мебель. В дальнем углу стояла небольшая кровать, в другом была навалена груда старых потрёпанных книг. В самом центре пещеры горел небольшой костёр, около которого стоял старик, сжимая в руках какую-то книгу. Когда мы вошли, он что-то монотонно бубнил себе под нос, то и дело подбрасывая в пламя какой-то порошок. Увидев нас, он стал читать ещё быстрее.
— Что здесь происходит? — спросил я, выходя вперёд. — Кто вы такой?
— Он ещё слишком слаб, чтобы… нет, этого уже достаточно… но он не может… нет, он может… — тихо сказал старик, подбрасывая очередную горсть порошка в огонь.
— Что вы делаете? — спросил я, подходя ещё ближе к костру. Это оказалось для меня роковым поступком. Старик резко захлопнул книгу, швырнул её в угол и с диким рёвом бросился на меня, сжимая в руках нож.
— Дыхание. — прошептал Эванс, белея на глазах. — Я слышу чьё-то дыхание!— Дыхание. Я слышу чьё-то дыхание!
И тут из левого коридора раздался приглушённый человеческий голос:
— Тихо, тихо, мой маленький, я уже иду, я уже иду. Сейчас я приду, и всё будет хорошо. Сейчас я…
Из проёма вышел сгорбленный человек с длинной бородой. В одной руке он держал зажженный факел, а другая сжимала массивную связку ключей. Увидев нас, он встал как вкопанный, с громким бренчанием повалились на пол ключи.
— Кто вы такие? Что вам здесь надо? — спросил он, отступая в темноту коридорного проёма. — Зачем вы сюда пришли?
— Мы слышали странные звуки, доносящиеся из этой пещеры, и…
— Нет! Этого не может быть! Не может, вас здесь быть не должно! Уходите отсюда! Уходите!
Старик, казалось, сошёл с ума, руки его тряслись от набежавшего возбуждения, на лбу выступил холодный пот.
— Уходите немедленно! Нет, они не могут уйти, они видели слишком много! Уходите! Нет, нет, нельзя… Нет! Уходите! Он ещё слишком мал, он ещё не может… Они видели… Они слышали… Уходите! Нет! Да! Нет, их нельзя отпускать!
И тут произошло неожиданное. С диким воплем старик бросился на нас. Растерявшись, мы не успели даже вскинуть револьверы, как он уже был между нами. Толкнув меня, безумец бросился на Эванса, отбрасывая в сторону зажжённый факел. Я повалился на пол, револьвер вылетел у меня из рук и улетел в темноту, крепко сжимая в руках трость, я растянулся на полу. Откуда-то спереди донёсся крик Эванса, а затем звук падающего на камни тела, очевидно, старик повалил и его.
В темноте раздавалось чьё-то хриплое дыхание, звуки борьбы становились всё тише. Я поднялся на ноги, перехватывая трость, огляделся. Вокруг сгустилась тьма, откуда-то сзади раздавались приглушённые звуки, очевидно, там начинался спуск во второй коридор. И тут где-то в дальнем углу мелькнул чей-то неразборчивый силуэт. Я приблизился, вгляделся вперёд, напрягая всю свою силу. И тут я пришёл в ужас. На поверженном, распластавшемся на камнях Эвансе сидел старик и, сгорбившись, всё ближе подносил к его горлу острый нож. Мой юный друг отчаянно сопротивлялся, однако лезвие неукротимо приближалось… Я бросился к ним, на ходу замахиваясь тростью. Поравнявшись со сражающимися, я со всей силы опустил тяжёлую свинцовую трубу на спину старика. Раздался громкий крик, а через секунду я снова оказался на земле. Едва различимая тень пронеслась по проёму и скрылась в левом коридоре.
— Вы в порядке? — спросил я, подойдя к распластавшемуся на земле Эвансу и протягивая тому руку. Тот крепко ухватился за неё, поднялся на ноги.
— Да, всё хорошо. Спасибо, вы спасли мне жизнь, я уж думал, ещё бы секунда, и…
— Рано благодарить, я видел, как он скрылся в коридоре. Надо последовать за ним и узнать, что он собирается делать. — сказал я, вглядываясь в бледное лицо своего товарища.
— Что? — недоумевающее воскликнул тот. — Зачем это делать? Зачем идти за ним, это верная смерть! Бежать надо отсюда, бежать, пока не…
И тут тишину снова вспорол глухой грохочущий раскат, доносящийся из правого коридора. Я снова взглянул на Эванса.
— Надо положить этому конец, старик явно замешан в этом деле, и я боюсь, что если мы сейчас не разберёмся в этом, то последствия могут быть ужасными. Вы со мной?
Мгновение Эванс колебался, я почти почувствовал, как хочет он поскорее убраться отсюда.
— Да, я с вами.
— Отлично. Ваш револьвер всё ещё при вас?
— Да, а ваш?
— Я его потерял, но у меня есть свинцовая трость, я смогу сражаться ею. Идёмте.
Вдвоём мы вошли в левый коридор. За первым же поворотом мы снова попали в освещённое факелом пространство. Шли быстро, держа оружие наготове. Миновали ещё два поворота, то и дело оглядываясь.
Наконец следующий поворот вывел нас в широкую, ярко освещённую пещеру. Очевидно, она были приспособлена для жилья, в ней даже присутствовала грубо вытесанная из дерева мебель. В дальнем углу стояла небольшая кровать, в другом была навалена груда старых потрёпанных книг. В самом центре пещеры горел небольшой костёр, около которого стоял старик, сжимая в руках какую-то книгу. Когда мы вошли, он что-то монотонно бубнил себе под нос, то и дело подбрасывая в пламя какой-то порошок. Увидев нас, он стал читать ещё быстрее.
— Что здесь происходит? — спросил я, выходя вперёд. — Кто вы такой?
— Он ещё слишком слаб, чтобы… нет, этого уже достаточно… но он не может… нет, он может… — тихо сказал старик, подбрасывая очередную горсть порошка в огонь.
— Что вы делаете? — спросил я, подходя ещё ближе к костру. Это оказалось для меня роковым поступком. Старик резко захлопнул книгу, швырнул её в угол и с диким рёвом бросился на меня, сжимая в руках нож.
Страница 14 из 16
