— И тут Петя рот раззявил, на колени перед ледяной девой упал, да глядит неотрывно влюбленными глазами! Вмиг забыл, что она десятки людей умертвила! — расхаживая по комнате, богато уставленной изящной мебелью, энергично рассказывал высокий темноволосый парень старушке, сидящей с пряжей на роскошной софе.
Добавить в моё избранное
17 мин, 35 сек 18730
В пляшущем свете фонаря Фёдору удалось разобрать несколько предложений на латыни. Бесконечные тётушкины занятия по всякого рода древним рукописям, манускриптам и книгам не прошли даром.
— Вот же сукин сын! — выругался парень, осознав из прочитанного, что имеет дело с описанием ритуала некромантии. И не какой-нибудь, доморощенной черной магии, из тех, которой мошенники обманывают иногда богатых господ, а самой что ни на есть настоящей, с ритуалами человеческих жертвоприношений. Чтобы воспользоваться описанными ритуалами требовалась немалая власть и средства, не говоря уже о пособниках. Трудно было предположить, что дело здесь обошлось без ведома самого Вяземского. Сунув пергамент в карман, Фёдор направился к выходу из дома. Его остановило тихое всхлипывание в одной из комнат для прислуги. Молодой человек потихоньку пробрался в комнату и своим появлением насмерть перепугал заплаканную худенькую девчушку, сидевшую возле зажжённой свечи.
— Тихо ты. Я тут, чтобы помочь! — прошептал парень. Он едва успел зажать ей рот, чтобы та не вскрикнула, и отпустил только тогда, когда девушка понимающе кивнула.
— Дарья? — девушка снова кивнула. Это она написала письмо Беловым с просьбой о помощи и её же невольно выдали братья, отдав послание Вяземскому.
— Знаешь, что здесь происходит? — начал задавать вопросы Фёдор, но девушка схватила его за руку и потащила прочь из дома, с опаской озираясь и шепча по пути о том, что ей известно.
Из её короткого, сбивчивого рассказа молодой человек узнал, что одной из пропавших была Матрёна, сестра Дарьи. От гостящего в имении офицера, бывшего сослуживца сына Вяземских, Дарья случайно узнала о том, что Беловы могут помочь в подобных случаях. Тогда девушка и решила написать записку от имени своей хозяйки, посчитав, что простую служанку никто не послушает.
Дарья упорно тащила за руку Фёдора мимо сараев и амбара, мимо прекрасного днём, а сейчас абсолютно чёрного, зловещего пруда, прямиком к старой винокурне.
— Там, — наконец выпустила девушка руку молодого человека и указала на двухэтажную срубную постройку, сложенную из брёвен, вставленных в пазы кирпичных столбов. Деревянное здание на каменном фундаменте лишь немного уступало размерами помещичьему дому. Большая часть окон винокурни была небрежно забита обломками досок, но в одном из них зоркий взгляд Фёдора поймал мимолётное движение с крохотным огоньком.
Вначале молодой человек подумал, что это его брат проверяет старое здание, но тот неслышно вывернул из-за угла винокурни, присоединившись к Фёдору и начавшей дрожать от ночной прохлады Даше.
— Он со мной, — кивнул в сторону Петра парень, указывая на брата, — А это Дарья, которая записку нам передала. Что разузнал?
— В подвале кандалы, мешки окровавленные, обрезки верёвок, — тихонько проговорил Пётр, — Всё проверил, только винокурня и хлев остались, и вы тут как раз.
Пока братья обменивались сведениями, со стороны винокурни донёсся протяжный, похожий на уханье, стон, полный боли. Девушка испуганно вжалась в стену небольшой пристройки, а Беловы переглянулись и словно по команде достали пистолеты и зазубренные кривые ножи с широкими лезвиями.
— Жди тут, — сказал Фёдор Дарье, — Мы проверим, а ежели скоро не выйдем оттуда, беги в дом, или лучше в деревню к повозке и езжай к нашей тётке. Девка ты бойкая, с лошадьми управишься, не сомневаюсь.
Прежде чем Даша успела что-то сказать, молодые люди решительно ступили внутрь старой винокурни, осторожно целя пистолетами в тёмные углы и нагромождения из хлама, обломков мебели и старого тряпья. В нос им ударил отвратительный тошнотворный запах гниющей плоти и ещё чего-то затхлого. Обвязав лица платками, братья обошли оба этажа, едва не провалившись на рассохшейся лестнице. Никого не обнаружили. Откуда-то снизу вновь послышался протяжный стон, в этот раз, перешедший в несвязное бормотанье и бульканье, в котором ничего нельзя было разобрать. Ориентируясь на звук, Беловы отыскали небольшую комнатку, задрапированную рваными, грязными занавесками, в самом углу первого этажа винокурни. Там же обнаружилась и массивная квадратная дверь в полу, обитая поверх железными полосами.
Фёдор жестом показал брату помочь ему и парни с немалым трудом смогли поднять дверь за металлические кольца. Из открывшегося проёма разило так, что Петра едва не стошнило. Вглубь спускалась прочная дубовая лестница, новая, не в пример тем, что были наверху. Ступени были заляпаны бурыми высохшими пятнами, а в нишах стены, по обеим сторонам прохода, тускло мерцали зажжённые свечи. Братья, стараясь дышать отравленным воздухом через раз, спустились по лестнице, прошли коротким коридором и остановились у новой двери с двумя внушительными задвижками. Повозившись с засовами, за этой дверью они встретили то, с чем никогда не сталкивались за свою удивительную, полную опасностей жизнь.
— Вот же сукин сын! — выругался парень, осознав из прочитанного, что имеет дело с описанием ритуала некромантии. И не какой-нибудь, доморощенной черной магии, из тех, которой мошенники обманывают иногда богатых господ, а самой что ни на есть настоящей, с ритуалами человеческих жертвоприношений. Чтобы воспользоваться описанными ритуалами требовалась немалая власть и средства, не говоря уже о пособниках. Трудно было предположить, что дело здесь обошлось без ведома самого Вяземского. Сунув пергамент в карман, Фёдор направился к выходу из дома. Его остановило тихое всхлипывание в одной из комнат для прислуги. Молодой человек потихоньку пробрался в комнату и своим появлением насмерть перепугал заплаканную худенькую девчушку, сидевшую возле зажжённой свечи.
— Тихо ты. Я тут, чтобы помочь! — прошептал парень. Он едва успел зажать ей рот, чтобы та не вскрикнула, и отпустил только тогда, когда девушка понимающе кивнула.
— Дарья? — девушка снова кивнула. Это она написала письмо Беловым с просьбой о помощи и её же невольно выдали братья, отдав послание Вяземскому.
— Знаешь, что здесь происходит? — начал задавать вопросы Фёдор, но девушка схватила его за руку и потащила прочь из дома, с опаской озираясь и шепча по пути о том, что ей известно.
Из её короткого, сбивчивого рассказа молодой человек узнал, что одной из пропавших была Матрёна, сестра Дарьи. От гостящего в имении офицера, бывшего сослуживца сына Вяземских, Дарья случайно узнала о том, что Беловы могут помочь в подобных случаях. Тогда девушка и решила написать записку от имени своей хозяйки, посчитав, что простую служанку никто не послушает.
Дарья упорно тащила за руку Фёдора мимо сараев и амбара, мимо прекрасного днём, а сейчас абсолютно чёрного, зловещего пруда, прямиком к старой винокурне.
— Там, — наконец выпустила девушка руку молодого человека и указала на двухэтажную срубную постройку, сложенную из брёвен, вставленных в пазы кирпичных столбов. Деревянное здание на каменном фундаменте лишь немного уступало размерами помещичьему дому. Большая часть окон винокурни была небрежно забита обломками досок, но в одном из них зоркий взгляд Фёдора поймал мимолётное движение с крохотным огоньком.
Вначале молодой человек подумал, что это его брат проверяет старое здание, но тот неслышно вывернул из-за угла винокурни, присоединившись к Фёдору и начавшей дрожать от ночной прохлады Даше.
— Он со мной, — кивнул в сторону Петра парень, указывая на брата, — А это Дарья, которая записку нам передала. Что разузнал?
— В подвале кандалы, мешки окровавленные, обрезки верёвок, — тихонько проговорил Пётр, — Всё проверил, только винокурня и хлев остались, и вы тут как раз.
Пока братья обменивались сведениями, со стороны винокурни донёсся протяжный, похожий на уханье, стон, полный боли. Девушка испуганно вжалась в стену небольшой пристройки, а Беловы переглянулись и словно по команде достали пистолеты и зазубренные кривые ножи с широкими лезвиями.
— Жди тут, — сказал Фёдор Дарье, — Мы проверим, а ежели скоро не выйдем оттуда, беги в дом, или лучше в деревню к повозке и езжай к нашей тётке. Девка ты бойкая, с лошадьми управишься, не сомневаюсь.
Прежде чем Даша успела что-то сказать, молодые люди решительно ступили внутрь старой винокурни, осторожно целя пистолетами в тёмные углы и нагромождения из хлама, обломков мебели и старого тряпья. В нос им ударил отвратительный тошнотворный запах гниющей плоти и ещё чего-то затхлого. Обвязав лица платками, братья обошли оба этажа, едва не провалившись на рассохшейся лестнице. Никого не обнаружили. Откуда-то снизу вновь послышался протяжный стон, в этот раз, перешедший в несвязное бормотанье и бульканье, в котором ничего нельзя было разобрать. Ориентируясь на звук, Беловы отыскали небольшую комнатку, задрапированную рваными, грязными занавесками, в самом углу первого этажа винокурни. Там же обнаружилась и массивная квадратная дверь в полу, обитая поверх железными полосами.
Фёдор жестом показал брату помочь ему и парни с немалым трудом смогли поднять дверь за металлические кольца. Из открывшегося проёма разило так, что Петра едва не стошнило. Вглубь спускалась прочная дубовая лестница, новая, не в пример тем, что были наверху. Ступени были заляпаны бурыми высохшими пятнами, а в нишах стены, по обеим сторонам прохода, тускло мерцали зажжённые свечи. Братья, стараясь дышать отравленным воздухом через раз, спустились по лестнице, прошли коротким коридором и остановились у новой двери с двумя внушительными задвижками. Повозившись с засовами, за этой дверью они встретили то, с чем никогда не сталкивались за свою удивительную, полную опасностей жизнь.
Страница 4 из 6
