Джим Харрисон, двухметровый рыжеволосый гигант, не любил глупых шуток, да, по правде сказать, и умных тоже. Все жители городка, в котором мы с женой недавно обосновались, обходили Джима стороной, а приезжие, которые изредка навещали это Богом забытое место, едва завидев его массивную фигуру, брали ноги в руки и, дабы не рисковать, убирались восвояси. А увидеть его можно было часто: не обремененный заботами о хлебе насущном, он только тем и занимался, что бесцельно слонялся по улицам…
Добавить в моё избранное
227 мин, 53 сек 10503
— Ну что?— горько усмехнулся Генри Майлз, глядя на мою озадаченную физиономию. — Не пора ли признать себя побежденными и попросить помощи у Дика Шейли?
— Ни в коем случае, — грубо отрезал я. — Если тебе наплевать на нашу репутацию, то мне пока еще нет. Позови-ка лучше миссис Кэтлин Стар, и будем закругляться.
Расположившись напротив нас в одном из отведенных для свидетелей кресел, сорокалетняя миловидная горничная в течение тех пятнадцати минут, которые мы предоставили в ее распоряжение, успела рассказать не только о сегодняшнем происшествии, Ричарде Коллинзе, его супруге, но и о хиромантии и китайской кухне. Ничего ценного из ее рассказа мы не почерпнули, если не считать нескольких кулинарных рецептов и кратких рекомендаций о том, как лучше устроить свою судьбу. Больше чуда ждать было неоткуда и, вполне резонно решив, что утро вечера мудренее, мы еще раз принесли хозяйке свои извинения за причиненное беспокойство и уехали… Уехали навстречу новому дню, которому суждено было ознаменоваться поистине невероятным событием, опрокинувшим все наши предыдущие умозаключения и догадки…
— Имею честь видеть инспектора Стивена Кэррола?— переступив порог моего кабинета, спросил, как доложил мне констебль Кроуэлл, желавший что-то сообщить мне некий мистер Сэм Лейсфрид.
— К вашим услугам, — резко повернувшись на стуле, ответил я и чуть было не приствистнул от удивления: прямо передо мной, опираясь на трость, стоял весьма крепкого телосложения старик со слуховым аппаратом.
— Инспектор Кэррол?— приложив левую руку к уху, переспросил он.
— Да-да! Садитель, пожалуйста, мистер Лейсфрид!— прокричал я. — Чем обязан?
— Я по делу Ричарда Коллинза, — заявил необычный посетитель. — Видите ли…
— Одну минуточку, — прервал я своего собеседника и, нажав на кнопку вызова, подождал пока Генри Майлз и Рассел Брандон вошли в кабинет. — Это мои помощники, — объяснил я. — А это, ребята, мистер Лейсфрид. Он хочет кое-что сообщить нам о вчерашней трагедии. Итак, мистер Лейсфрид, пожалуйста. Мы вас внимательно слушаем.
— Что?— вновь не расслышал меня убеленный сединами свидетель.
— Мы вас внимательно слушаем!!!— гаркнул я так, что стекла на окнах задрожали точно от пролетавшего мимо самолета.
— Видители ли, — обеими руками опираясь на трость и брызгая слюной, приступил к разъяснению мистер Лейсфрид, — вчера, когда я прогуливался со своим черно-белым пойнтером неподалеку от виллы Коллинзов, около пяти часов со мной произошел удивительный случай. Я, знаете ли, в прошлом охотник и люблю побродить по лесу, подышать запахом хвойных деревьев, понаблюдать за жизнью животных и птиц. Слышу я плохо, но глаз у меня еще острый, наметанный. В общем, примерно тот же самый вариант, что и у Франсиско Гойи, припоминаете?
— Угу, — чтобы не прерывать собеседника, покривил я душой.
— Так вот. Неподалеку от виллы Коллинзов я, в очередной раз залюбовавшись на перистые облака, неожиданно увидел небольшую утиную стаю. «Эх, будь у меня ружье, — посетовал я, — прицелился бы я, как в лучшие годы, да и пальнул… Честное слово, пальнул бы!» И что же вы думаете? Не успел я выбрать себе предполагаемую мишень, как вдруг одна из уток -раз… и камнем вниз… Я, конечно, тут же спускаю с поводка своего пойнтера, и через минуту он мне эту самую уточку и притаскивает. А уточка-то эта, оказывается, простреленная. Подождал я немного. Никто не идет. Принес я утку домой, отдаю жене и говорю:«Смотри, дорогая, до чего твой старик докатился -дичь взглядом убивает!» Ну, посмеялись, конечно, а потом жена взяла да и приготовила ее. А когда потрошила, то извлекла пулю. Пистолетную. Признаться, очень меня это удивило. А сегодня утром соседка, миссис Торнби, сказала моей жене, что мистер Ричард Коллинз покончил с собой. Сразу я про пулю вспомнил. Ну, думаю, нечистое это дело. В полицию надобно сообщить. Вот и пришел к вам. Да заодно и подарочек небольшой принес. Вот она пуля-то. Так что, если помог вам чем -буду рад, а если несуразица какая приключилась, или я чего-нибудь недопонял -вы уж, инспектор, не взыщите.
— Несуразица! Недопонял!— невольно вырвался из моей груди крик восхищения героическим стариком. — Да знаете ли вы, что только что, сами того не подозревая, раскрыли одно из наиболее запутанных преступлений, когда-либо совершавшихся в Хитлоке?!
— Я?!— опешил от столь обильного количества громких похвал бывший охотник Сэм Лейсфрид.
— Вы, сэр, вы, — не унимался я, внимательно разглядывая лежавшую в спичечном коробке пистолетную пулю. — Мне бы хотелось сделать только одно уточнение: если смотреть на виллу Коллинзов со стороны шоссе, то, если я вас правильно понял, вы подошли к ней слева, не так ли?
— Слева, инспектор, слева. Но раз было совершено преступление, значит есть и преступник? Кто же он такой?
— Пока ничего определенного сказать не могу. Но как только мы его задержим, первым, кто об этом узнает, будете вы.
— Ни в коем случае, — грубо отрезал я. — Если тебе наплевать на нашу репутацию, то мне пока еще нет. Позови-ка лучше миссис Кэтлин Стар, и будем закругляться.
Расположившись напротив нас в одном из отведенных для свидетелей кресел, сорокалетняя миловидная горничная в течение тех пятнадцати минут, которые мы предоставили в ее распоряжение, успела рассказать не только о сегодняшнем происшествии, Ричарде Коллинзе, его супруге, но и о хиромантии и китайской кухне. Ничего ценного из ее рассказа мы не почерпнули, если не считать нескольких кулинарных рецептов и кратких рекомендаций о том, как лучше устроить свою судьбу. Больше чуда ждать было неоткуда и, вполне резонно решив, что утро вечера мудренее, мы еще раз принесли хозяйке свои извинения за причиненное беспокойство и уехали… Уехали навстречу новому дню, которому суждено было ознаменоваться поистине невероятным событием, опрокинувшим все наши предыдущие умозаключения и догадки…
— Имею честь видеть инспектора Стивена Кэррола?— переступив порог моего кабинета, спросил, как доложил мне констебль Кроуэлл, желавший что-то сообщить мне некий мистер Сэм Лейсфрид.
— К вашим услугам, — резко повернувшись на стуле, ответил я и чуть было не приствистнул от удивления: прямо передо мной, опираясь на трость, стоял весьма крепкого телосложения старик со слуховым аппаратом.
— Инспектор Кэррол?— приложив левую руку к уху, переспросил он.
— Да-да! Садитель, пожалуйста, мистер Лейсфрид!— прокричал я. — Чем обязан?
— Я по делу Ричарда Коллинза, — заявил необычный посетитель. — Видите ли…
— Одну минуточку, — прервал я своего собеседника и, нажав на кнопку вызова, подождал пока Генри Майлз и Рассел Брандон вошли в кабинет. — Это мои помощники, — объяснил я. — А это, ребята, мистер Лейсфрид. Он хочет кое-что сообщить нам о вчерашней трагедии. Итак, мистер Лейсфрид, пожалуйста. Мы вас внимательно слушаем.
— Что?— вновь не расслышал меня убеленный сединами свидетель.
— Мы вас внимательно слушаем!!!— гаркнул я так, что стекла на окнах задрожали точно от пролетавшего мимо самолета.
— Видители ли, — обеими руками опираясь на трость и брызгая слюной, приступил к разъяснению мистер Лейсфрид, — вчера, когда я прогуливался со своим черно-белым пойнтером неподалеку от виллы Коллинзов, около пяти часов со мной произошел удивительный случай. Я, знаете ли, в прошлом охотник и люблю побродить по лесу, подышать запахом хвойных деревьев, понаблюдать за жизнью животных и птиц. Слышу я плохо, но глаз у меня еще острый, наметанный. В общем, примерно тот же самый вариант, что и у Франсиско Гойи, припоминаете?
— Угу, — чтобы не прерывать собеседника, покривил я душой.
— Так вот. Неподалеку от виллы Коллинзов я, в очередной раз залюбовавшись на перистые облака, неожиданно увидел небольшую утиную стаю. «Эх, будь у меня ружье, — посетовал я, — прицелился бы я, как в лучшие годы, да и пальнул… Честное слово, пальнул бы!» И что же вы думаете? Не успел я выбрать себе предполагаемую мишень, как вдруг одна из уток -раз… и камнем вниз… Я, конечно, тут же спускаю с поводка своего пойнтера, и через минуту он мне эту самую уточку и притаскивает. А уточка-то эта, оказывается, простреленная. Подождал я немного. Никто не идет. Принес я утку домой, отдаю жене и говорю:«Смотри, дорогая, до чего твой старик докатился -дичь взглядом убивает!» Ну, посмеялись, конечно, а потом жена взяла да и приготовила ее. А когда потрошила, то извлекла пулю. Пистолетную. Признаться, очень меня это удивило. А сегодня утром соседка, миссис Торнби, сказала моей жене, что мистер Ричард Коллинз покончил с собой. Сразу я про пулю вспомнил. Ну, думаю, нечистое это дело. В полицию надобно сообщить. Вот и пришел к вам. Да заодно и подарочек небольшой принес. Вот она пуля-то. Так что, если помог вам чем -буду рад, а если несуразица какая приключилась, или я чего-нибудь недопонял -вы уж, инспектор, не взыщите.
— Несуразица! Недопонял!— невольно вырвался из моей груди крик восхищения героическим стариком. — Да знаете ли вы, что только что, сами того не подозревая, раскрыли одно из наиболее запутанных преступлений, когда-либо совершавшихся в Хитлоке?!
— Я?!— опешил от столь обильного количества громких похвал бывший охотник Сэм Лейсфрид.
— Вы, сэр, вы, — не унимался я, внимательно разглядывая лежавшую в спичечном коробке пистолетную пулю. — Мне бы хотелось сделать только одно уточнение: если смотреть на виллу Коллинзов со стороны шоссе, то, если я вас правильно понял, вы подошли к ней слева, не так ли?
— Слева, инспектор, слева. Но раз было совершено преступление, значит есть и преступник? Кто же он такой?
— Пока ничего определенного сказать не могу. Но как только мы его задержим, первым, кто об этом узнает, будете вы.
Страница 11 из 66
