Джим Харрисон, двухметровый рыжеволосый гигант, не любил глупых шуток, да, по правде сказать, и умных тоже. Все жители городка, в котором мы с женой недавно обосновались, обходили Джима стороной, а приезжие, которые изредка навещали это Богом забытое место, едва завидев его массивную фигуру, брали ноги в руки и, дабы не рисковать, убирались восвояси. А увидеть его можно было часто: не обремененный заботами о хлебе насущном, он только тем и занимался, что бесцельно слонялся по улицам…
Добавить в моё избранное
227 мин, 53 сек 10541
А мне показалось, что я вас кое-чему научил.
— Разумеется, коллега, вы многому меня научили!
— Кстати, мистер Стайл, вы забыли подписать подаренную книгу. Могу ли я попросить вас об этом?
— Да-да, конечно.
Взяв дрожащими пальцами авторучку, Стайл вывел на обратной стороне обложки следующее: «Моему коллеге мистеру Стенли Хоуперу на добрую память от благодарного автора.»
Откланявшись, Джеффри Стайл сделал несколько шагов по направлению к двери, возле которой его остановила прощальная реплика Стенли Хоупера:
— Я, может быть, и не очень хороший философ, мистер Стайл, но я очень хороший и преуспевающий бизнесмен.
Не оглядываясь, Джеффри Стайл вышел из гостиной, и Хоупер услышал, как по мраморной лестнице прокатились нервно-торопливые шаги его недавнего гостя.
Спустя полтора месяца после получения задания Бред позвонил своему хозяину.
— А, это ты, мой мальчик! — раздался на другом конце провода вечно жизнерадостный голос Стенли Хоупера. — Ты сделал то, о чем я тебя просил?
— Да, босс. Я выяснил, что «Петрол Юнион» — последняя серьезная компания, контрольный пакет которой принадлежит группе Джакомо Ломбарди. Несколько месяцев назад на двух ведущих заводах«Петрол Юнион» началось широкомасштабное переоснащение производства, объемы переработки нефти заметно упали, доходы, выплаченные по простым акциям за предыдущий год, несколько уменьшились. Держатели акций в легкой панике. Ситуация как нельзя более благоприятная. Я не хотел этого говорить, мистер Хоупер, но вы — гений.
— Какое это имеет значение! Ведь все в той или иной степени предопределено! Я всего лишь не самый бездарный ученик Провидения.
— Как ваши философские изыскания, мистер Хоупер?
— А-а-а, вот ты и спросил о самом главном. Книга закончена. Название осталось прежним — «Философия круга».
СПИРИТУСФЕРА
В 1962 г., сразу же по завершению Карибского кризиса, я, сорокадвухлетний доктор психологии, возглавил в только что созданном Национальном центре парапсихологических исследований США лабораторию, занимавшуюся созданием психотронного оружия. Карибский кризис наглядно показал, что в условиях «холодной войны» хрупкий баланс сил между Востоком и Западом и кажущееся умение делать хорошую мину при плохой игре — не что иное, как химера, способная растаять так же быстро, как первый снег, предвещавший не то«ядерную зиму», не то грядущую в недалеком будущем оттепель. Советский Союз, Куба и другие страны коммунистического блока в очередной раз продемонстрировали свою антигуманную и антидемократическую сущность. Мир, как известно, стоял на грани термоядерной войны, последствия которой неминуемо бы привели к экологической катастрофе. В этих условиях министерство обороны США издало секретный циркуляр N 3017/62 о необходимости разработки новых форм и методов подавления вероятного противника при помощи психологического оружия. Отныне увеличение ядерного потенциала США и их союзников по Североатлантическому договору шло наряду с активными лабораторными исследованиями по синтезированию «психологического напалма», способного выжечь из общественного сознания микроорганизмы коммунистической заразы.
Подобные исследования одновременно были начаты в нескольких странах-членах НАТО и проводились в условиях чрезвычайной секретности. Только теперь, спустя десятилетия, я имею право приоткрыть завесу тайны, окутывавшей нашу тогдашнюю деятельность и поделиться теми наблюдениями и выводами, к которым я имел самое непосредственное отношение. Завершив работу в Национальном центре, я в течение нескольких лет продолжал самостоятельно изучать становившуюся все более осязаемой и понятной для меня сферу паранормальных явлений. Результатом моей многолетней работы в этом направлении явилось создание мощного психологического оружия, успешно применяемого на идеологическом фронте и в настоящее время, а также создание учения о спиритусфере или, выражаясь обыденным языком, сфере духа. Сослуживцы в шутку называли меня «параотцом психотронного», сторонники учения о спиритусфере — на псевдолатинский манер — Эспиритус. Однако больше всего из данных мне за мою долгую научную жизнь прозвищ мне наиболее памятно то, которым окрестили нас еще во времена «холодной войны» те же неугомонные и коварные русские: они называли всех нас, работавших на Министерство обороны США,«ястребами». Что ж! Ястребы сделали свое дело — ястребы могут улетать! Но не буду забегать вперед, а расскажу обо всем по порядку.
Поскольку я пишу не научный трактат, то не буду утомлять вас изрядным использованием специальных терминов. Моя цель — пройти вместе с вами тот нелегкий путь эволюции моей творческой мысли, который и привел меня в конечном счете к осознанию факта существования спиритусферы. От идеи разрушения чуждой демократически ориентированной личности коммунистической идеологии я постепенно перешел на ступень позитивного или, скажем так, созидательного мышления.
— Разумеется, коллега, вы многому меня научили!
— Кстати, мистер Стайл, вы забыли подписать подаренную книгу. Могу ли я попросить вас об этом?
— Да-да, конечно.
Взяв дрожащими пальцами авторучку, Стайл вывел на обратной стороне обложки следующее: «Моему коллеге мистеру Стенли Хоуперу на добрую память от благодарного автора.»
Откланявшись, Джеффри Стайл сделал несколько шагов по направлению к двери, возле которой его остановила прощальная реплика Стенли Хоупера:
— Я, может быть, и не очень хороший философ, мистер Стайл, но я очень хороший и преуспевающий бизнесмен.
Не оглядываясь, Джеффри Стайл вышел из гостиной, и Хоупер услышал, как по мраморной лестнице прокатились нервно-торопливые шаги его недавнего гостя.
Спустя полтора месяца после получения задания Бред позвонил своему хозяину.
— А, это ты, мой мальчик! — раздался на другом конце провода вечно жизнерадостный голос Стенли Хоупера. — Ты сделал то, о чем я тебя просил?
— Да, босс. Я выяснил, что «Петрол Юнион» — последняя серьезная компания, контрольный пакет которой принадлежит группе Джакомо Ломбарди. Несколько месяцев назад на двух ведущих заводах«Петрол Юнион» началось широкомасштабное переоснащение производства, объемы переработки нефти заметно упали, доходы, выплаченные по простым акциям за предыдущий год, несколько уменьшились. Держатели акций в легкой панике. Ситуация как нельзя более благоприятная. Я не хотел этого говорить, мистер Хоупер, но вы — гений.
— Какое это имеет значение! Ведь все в той или иной степени предопределено! Я всего лишь не самый бездарный ученик Провидения.
— Как ваши философские изыскания, мистер Хоупер?
— А-а-а, вот ты и спросил о самом главном. Книга закончена. Название осталось прежним — «Философия круга».
СПИРИТУСФЕРА
В 1962 г., сразу же по завершению Карибского кризиса, я, сорокадвухлетний доктор психологии, возглавил в только что созданном Национальном центре парапсихологических исследований США лабораторию, занимавшуюся созданием психотронного оружия. Карибский кризис наглядно показал, что в условиях «холодной войны» хрупкий баланс сил между Востоком и Западом и кажущееся умение делать хорошую мину при плохой игре — не что иное, как химера, способная растаять так же быстро, как первый снег, предвещавший не то«ядерную зиму», не то грядущую в недалеком будущем оттепель. Советский Союз, Куба и другие страны коммунистического блока в очередной раз продемонстрировали свою антигуманную и антидемократическую сущность. Мир, как известно, стоял на грани термоядерной войны, последствия которой неминуемо бы привели к экологической катастрофе. В этих условиях министерство обороны США издало секретный циркуляр N 3017/62 о необходимости разработки новых форм и методов подавления вероятного противника при помощи психологического оружия. Отныне увеличение ядерного потенциала США и их союзников по Североатлантическому договору шло наряду с активными лабораторными исследованиями по синтезированию «психологического напалма», способного выжечь из общественного сознания микроорганизмы коммунистической заразы.
Подобные исследования одновременно были начаты в нескольких странах-членах НАТО и проводились в условиях чрезвычайной секретности. Только теперь, спустя десятилетия, я имею право приоткрыть завесу тайны, окутывавшей нашу тогдашнюю деятельность и поделиться теми наблюдениями и выводами, к которым я имел самое непосредственное отношение. Завершив работу в Национальном центре, я в течение нескольких лет продолжал самостоятельно изучать становившуюся все более осязаемой и понятной для меня сферу паранормальных явлений. Результатом моей многолетней работы в этом направлении явилось создание мощного психологического оружия, успешно применяемого на идеологическом фронте и в настоящее время, а также создание учения о спиритусфере или, выражаясь обыденным языком, сфере духа. Сослуживцы в шутку называли меня «параотцом психотронного», сторонники учения о спиритусфере — на псевдолатинский манер — Эспиритус. Однако больше всего из данных мне за мою долгую научную жизнь прозвищ мне наиболее памятно то, которым окрестили нас еще во времена «холодной войны» те же неугомонные и коварные русские: они называли всех нас, работавших на Министерство обороны США,«ястребами». Что ж! Ястребы сделали свое дело — ястребы могут улетать! Но не буду забегать вперед, а расскажу обо всем по порядку.
Поскольку я пишу не научный трактат, то не буду утомлять вас изрядным использованием специальных терминов. Моя цель — пройти вместе с вами тот нелегкий путь эволюции моей творческой мысли, который и привел меня в конечном счете к осознанию факта существования спиритусферы. От идеи разрушения чуждой демократически ориентированной личности коммунистической идеологии я постепенно перешел на ступень позитивного или, скажем так, созидательного мышления.
Страница 49 из 66
