Поезд находился в пути уже более трех суток, и конечная станция его назначения была еще неблизко. Марсель, крупнейший морской порт на восточном побережье Франции отстоял отсюда примерно на такое же расстояние, которое было проделано до этого…
Добавить в моё избранное
76 мин, 51 сек 15567
Лицо его также выдавало благородное происхождение и щедрый природный ум, — Да это пытка, а не опыт! Где был Ваш знаменитый аналитический подход? Где был мой разум, когда я купил эти билеты и согласился снова поехать с Вами?! Это просто невыносимо! И Вы еще находите в себе силы шутить по этому поводу!
— Ну, я же не зря взял с собой доктора, — все также невозмутимо ответствовал его собеседник, — Зато теперь будем с Вами знать, дорогой мой друг, что путешествовать третьим классом во Франции — смерти подобно. Но, не отчаивайтесь, старуха с косой все еще безмерно далека от Вас. Попробуйте просто расслабиться и представить, что Вы дома, в своем уютном кресле.
— Знаете, у меня вовсе не такая богатая фантазия, Ше… — начал было говорить доктор, но друг остановил его, активно помахав головой:
— Тс-с-с! Во-первых, мы с Вами договорились, что Вы больше никогда в жизни не назовете меня этим ужасным именем «Шерли» и не упомянете его (напомню, Вы клялись матушкой!) в своих бессмертных мемуарах, над которыми Вы так корпеете. Во-вторых, мы здесь частным образом, не надо вообще никаких имен, везде могут быть уши. Особенно после нашего последнего деликатного дела с мисс Адлер, — подмигнул он.
— О-ох, хорошо, раз Вы так считаете… дорогой друг, — после паузы, протянул доктор, возводя очи к потолку и отталкивая чей-то непокорный чемодан, тыкающийся под ребра, а другой рукой — все ту же постылую красную рожу сверху, так и норовящую уткнуться в плечо, — Надеюсь, нам хотя бы осталось еще недолго…
— Позвольте, в свою очередь, надеяться, что это не долгосрочный прогноз от светила медицины, каковым Вы, без сомнения, являетесь, — заметил, не выпуская изо рта трубку, «Шерли». — Помните, нас ждет разгадка очередной тайны, и хотя бы ради этого мы должны, обязаны доехать… Постарайтесь не дышать так часто, думайте о хорошем!
Доктор в отместку засопел еще сильнее, пододвинув себе тростью газету.
Поезд отбивал свой привычный ритм, неуклонно приближаясь к месту назначения.
— Вы просили сказать Вам, месье, если в наших краях покажется кто-то новый, — тяжело дыша, словно после долго бега, Жюслен говорил отрывистым шепотом, — так вот: буквально вчера на станции высадились двое хорошо одетых господ, явно нездешних. Ребята говорят, — оглянувшись, добавил паренек, — они здорово смахивают на сыщиков. Что-то спрашивают, разнюхивают здесь… Наняли лучшую карету у Лорана Леруа, Вы, мсье, ездили на ней, не торговались, взяли самую дорогую.
Лицо Гарта мгновенно сделалось мрачнее грозовой тучи, губы накрепко сжались, глаза сузились и блеснули.
— Благодарю за службу, — проговорил он, протянув парню целую горсть золотых.
— Если чем-то еще могу помочь… — Жюслен медлил уходить, заискивающе глядя снизу вверх на «месье Клайва».
— Да нет… Я сам поговорю с этими господами, — усмехнулся Гарт, оскалив желтые зубы, и от этой усмешки у Жюслена все сжалось внутри, и он поспешил откланяться. — Я позову тебя, если что.
— Конечно, месье! Всегда к Вашим услугам, — уже в дверях галантно отозвался способный помощник мельника.
Нервный тик неприятно перекосил темное лицо «мсье Клайва».
Гарт тяжело поднялся на ноги и шагнул к охотничьему ружью, одиноко висящему на внутренней стене веранды…
— Ну вот, из огня — да в полымя, — миролюбиво ворчал усатый доктор, усаживаясь в коричневую широкую двуколку, притаившуюся вдоль полусельской дороги напротив станции.
— Вам так дорог Ваш геморрой, что Вы и вправду боитесь его растрясти?! — притворно изумился его попутчик, которого, с Вашего дражайшего позволения, мы будем называть отныне просто Высоким, — Чем Вы снова не довольны, мой друг? На этом экипаже, видит бог, мы не сэкономили не пенни, более того — клянусь Гермесом! — весьма склонен предполагать, что нас ободрали, как придорожную липку. Впрочем, тяготы железнодорожной тряски остались позади, а нас ждет замечательное путешествие по свежему французскому воздуху и нынешним местам… Ужель эти пейзажи способны вызвать у Вас только изжогу, дорогой доктор? — сказал Высокий, рукой в перчатке обводя условный горизонт.
Между тем, вокруг и вправду было красиво. Прозрачный утренний воздух, казалось, тихо пел, небольшая тропка уводила сквозь зеленый бор, слышались жизнерадостные трели птиц, изысканным румянцем багровело раннее солнышко.
— Хммм, — неопределенно пробурчал доктор, пригладив усы, у которого еще не развеялось дурное настроение после ужасной поездки в третьем классе. — Пожалуй, Вы правы, Хо… то есть, я хотел сказать, Вы, наверное, хотели бы восстановить в памяти цельную картину того, что привело нас сюда? Этого удивительного случая в восточном экспрессе?
— Вы как всегда читаете мои мысли, дружище, — оживился Высокий, — Пожалуй, это дело было далеко не самым сложным, однако же, оно представляло (и представляет до сих пор) высокую практическую ценность.
— Ну, я же не зря взял с собой доктора, — все также невозмутимо ответствовал его собеседник, — Зато теперь будем с Вами знать, дорогой мой друг, что путешествовать третьим классом во Франции — смерти подобно. Но, не отчаивайтесь, старуха с косой все еще безмерно далека от Вас. Попробуйте просто расслабиться и представить, что Вы дома, в своем уютном кресле.
— Знаете, у меня вовсе не такая богатая фантазия, Ше… — начал было говорить доктор, но друг остановил его, активно помахав головой:
— Тс-с-с! Во-первых, мы с Вами договорились, что Вы больше никогда в жизни не назовете меня этим ужасным именем «Шерли» и не упомянете его (напомню, Вы клялись матушкой!) в своих бессмертных мемуарах, над которыми Вы так корпеете. Во-вторых, мы здесь частным образом, не надо вообще никаких имен, везде могут быть уши. Особенно после нашего последнего деликатного дела с мисс Адлер, — подмигнул он.
— О-ох, хорошо, раз Вы так считаете… дорогой друг, — после паузы, протянул доктор, возводя очи к потолку и отталкивая чей-то непокорный чемодан, тыкающийся под ребра, а другой рукой — все ту же постылую красную рожу сверху, так и норовящую уткнуться в плечо, — Надеюсь, нам хотя бы осталось еще недолго…
— Позвольте, в свою очередь, надеяться, что это не долгосрочный прогноз от светила медицины, каковым Вы, без сомнения, являетесь, — заметил, не выпуская изо рта трубку, «Шерли». — Помните, нас ждет разгадка очередной тайны, и хотя бы ради этого мы должны, обязаны доехать… Постарайтесь не дышать так часто, думайте о хорошем!
Доктор в отместку засопел еще сильнее, пододвинув себе тростью газету.
Поезд отбивал свой привычный ритм, неуклонно приближаясь к месту назначения.
— Вы просили сказать Вам, месье, если в наших краях покажется кто-то новый, — тяжело дыша, словно после долго бега, Жюслен говорил отрывистым шепотом, — так вот: буквально вчера на станции высадились двое хорошо одетых господ, явно нездешних. Ребята говорят, — оглянувшись, добавил паренек, — они здорово смахивают на сыщиков. Что-то спрашивают, разнюхивают здесь… Наняли лучшую карету у Лорана Леруа, Вы, мсье, ездили на ней, не торговались, взяли самую дорогую.
Лицо Гарта мгновенно сделалось мрачнее грозовой тучи, губы накрепко сжались, глаза сузились и блеснули.
— Благодарю за службу, — проговорил он, протянув парню целую горсть золотых.
— Если чем-то еще могу помочь… — Жюслен медлил уходить, заискивающе глядя снизу вверх на «месье Клайва».
— Да нет… Я сам поговорю с этими господами, — усмехнулся Гарт, оскалив желтые зубы, и от этой усмешки у Жюслена все сжалось внутри, и он поспешил откланяться. — Я позову тебя, если что.
— Конечно, месье! Всегда к Вашим услугам, — уже в дверях галантно отозвался способный помощник мельника.
Нервный тик неприятно перекосил темное лицо «мсье Клайва».
Гарт тяжело поднялся на ноги и шагнул к охотничьему ружью, одиноко висящему на внутренней стене веранды…
— Ну вот, из огня — да в полымя, — миролюбиво ворчал усатый доктор, усаживаясь в коричневую широкую двуколку, притаившуюся вдоль полусельской дороги напротив станции.
— Вам так дорог Ваш геморрой, что Вы и вправду боитесь его растрясти?! — притворно изумился его попутчик, которого, с Вашего дражайшего позволения, мы будем называть отныне просто Высоким, — Чем Вы снова не довольны, мой друг? На этом экипаже, видит бог, мы не сэкономили не пенни, более того — клянусь Гермесом! — весьма склонен предполагать, что нас ободрали, как придорожную липку. Впрочем, тяготы железнодорожной тряски остались позади, а нас ждет замечательное путешествие по свежему французскому воздуху и нынешним местам… Ужель эти пейзажи способны вызвать у Вас только изжогу, дорогой доктор? — сказал Высокий, рукой в перчатке обводя условный горизонт.
Между тем, вокруг и вправду было красиво. Прозрачный утренний воздух, казалось, тихо пел, небольшая тропка уводила сквозь зеленый бор, слышались жизнерадостные трели птиц, изысканным румянцем багровело раннее солнышко.
— Хммм, — неопределенно пробурчал доктор, пригладив усы, у которого еще не развеялось дурное настроение после ужасной поездки в третьем классе. — Пожалуй, Вы правы, Хо… то есть, я хотел сказать, Вы, наверное, хотели бы восстановить в памяти цельную картину того, что привело нас сюда? Этого удивительного случая в восточном экспрессе?
— Вы как всегда читаете мои мысли, дружище, — оживился Высокий, — Пожалуй, это дело было далеко не самым сложным, однако же, оно представляло (и представляет до сих пор) высокую практическую ценность.
Страница 16 из 21
