Поезд находился в пути уже более трех суток, и конечная станция его назначения была еще неблизко. Марсель, крупнейший морской порт на восточном побережье Франции отстоял отсюда примерно на такое же расстояние, которое было проделано до этого…
Добавить в моё избранное
76 мин, 51 сек 15560
Об этом стоило заботиться, ведь, самое главное, он больше не был Гартом Сименсом, беглым каторжником с весьма темным прошлым, человеком вне закона. Нет, отныне его звали Клайв Каннингем. Так было записано в его проездных документах, и он заучил каждую букву, что была там.
Мистер Каннингем, богатый американец, направляющийся на отдых к своим дальним родственникам в Мулене. Черт его знает, что это за уездная дыра. Похоже, что и настоящий Клайв этого не знал. Он внимательно изучил все бумаги, принадлежащие Клайву, а, значит, ему — паспорт, таможенные документы, это письмо. Еще чековую книжку — самый главный документ. Отныне он был богат. Ровно до той поры, пока не обнаружится обман — а, следовательно, он не должен был раскрыться никогда. Почему нет? Богач-самодур уехал за океан и пропал, сбежал от жены — что здесь такого? Кто будет его искать так далеко от «родины»?
Он осмотрел и другие вещи — маленькие сувенирчики в боковом отделении чемодана, от плюшевого лупоглазого медведя до узенькой коробки конфет, от которой приятно пахло. Как и от бритвенных принадлежностей, которыми он счел возможным воспользоваться, приведя свое лицо в состояние, максимально приближенному к фотокартке в паспорте, только без бороды. О, они стали очень похожи — как два брата-близнеца! Хотя никогда, разумеется, не являлись ими. Гарт не был дураком и растяпой, отнюдь нет, еще до того, как в его жизни наступила черная полоса, и он начал убивать… да, в те далекие времена, он работал приказчиком в небольшой скобяной лавке и прекрасно знал цену документам. Он был исполнительным и прилежным работником, до того самого момента, пока не оступился и не упал на самое дно…
Но теперь, теперь у него снова был шанс подняться. Во Франции не было никого, кто мог бы распознать «лже-Клайва». И он лелеял надежду, что таковой человек никогда и не появится. А, значит…
Он снова взглянул на себя в зеркало. Напустил на себя вид деловой и решительный, как в старые времена. Выглядит слегка диковато, но… Он ведь и едет в «дикий» Мулен, разве не так? Еще он неуверенно чувствовал себя в этом костюме, но это мелочи, обвыкнется. Глядя на себя, он вспоминал, как двигался«тот» Клайв, бесследно канувший за окно состава, старался медленно воспроизвести его жесты, хотя бы приблизительно. Довольная улыбка искривила его губы.
Голова больше не болела, и запах «дурного сыра» тоже на время ушел, выветрился из его сознания.«Гарт-Клайв» чувствовал себя просто превосходно.
На станции Мулен он был готов ударить какого-то человека, что ухватился за его чемодан и даже занес было кулак, но вовремя понял, что это носильщик. Ему выносят багаж, как какому-то уважаемому сэру или пэру! Поставив чемодан на перрон, долговязый парень почему-то не уходил. Пока Гарт, наконец, не догадался и не сунул ему медяк.
Чихнув напоследок и издав протяжный гудок, поезд удалился, окутав полустанок и находящихся на нем густым дымом. Как ему теперь искать эту семью местных Каннингемов? Придется расспрашивать местных. И с чего начать?
На перроне почти не было людей. Но когда дым рассеялся, он заметил метрах в десяти от себя высокую светловолосую леди, что напряженно вглядывалась в него, то и дело опуская взор вниз, на какую-то выцветшую фотокартку. Возле ее широкой пышной юбки вились двое юных рыжеволосых пареньков, похожих друг на друга. Один из них разрешил ее сомнения, внезапно бросившись ему навстречу:
— Дядя Клайв! Это наш дядя Клайв из Америки! — с этими словами малыш накрепко ухватил его за брючину и стал дергать. — Он приехал, как обещал!
Гарт стоял как вкопанный, не в силах пошевелиться и что-то сказать.
— Мистер Каннингем, это Вы?! — воскликнула девушка, подходя ближе. — Простите, я Вас не сразу узнала! — сказала она извиняющимся тоном, — Мы ждали этого поезда… Это же Вы?
— Да, это я, — наконец, Гарту удалось разлепить губы и хрипло пробурчать неразборчивое, но девушка поняла и тут же обняла его, а второй паренек ухватился за остававшуюся еще не занятой ногу. Гарт не мог заставить себя обнять в ответ и постарался вместо того пододвинуть чемодан. Душистые женские волосы окутали его своим волшебным ароматом, от нее и от пареньков шло живое тепло, и… слишком противоречивые чувства бушевали сейчас в его груди. Ему было странно, ему хотелось убить, ударить ее, но, вместе с тем, он ощущал что-то новое, доселе незнакомое. Поэтому он сжал кулаки, сдерживая себя, и просто стоял.
— Идемте же, мистер Каннигхем, — сказала, наконец девушка, разжимая объятия, — Вы, наверное, устали с дороги и голодны. Идемте скорее домой!
О, да, она даже не представляла себе, насколько он устал. Но, возможно, его тревоги и хлопоты кончились, а ожидало теплое и мирное пристанище… При мысли о крыше над головой и стаканчике виски, что можно пропустить, его глаза сами стали закрываться.
Мистер Каннингем, богатый американец, направляющийся на отдых к своим дальним родственникам в Мулене. Черт его знает, что это за уездная дыра. Похоже, что и настоящий Клайв этого не знал. Он внимательно изучил все бумаги, принадлежащие Клайву, а, значит, ему — паспорт, таможенные документы, это письмо. Еще чековую книжку — самый главный документ. Отныне он был богат. Ровно до той поры, пока не обнаружится обман — а, следовательно, он не должен был раскрыться никогда. Почему нет? Богач-самодур уехал за океан и пропал, сбежал от жены — что здесь такого? Кто будет его искать так далеко от «родины»?
Он осмотрел и другие вещи — маленькие сувенирчики в боковом отделении чемодана, от плюшевого лупоглазого медведя до узенькой коробки конфет, от которой приятно пахло. Как и от бритвенных принадлежностей, которыми он счел возможным воспользоваться, приведя свое лицо в состояние, максимально приближенному к фотокартке в паспорте, только без бороды. О, они стали очень похожи — как два брата-близнеца! Хотя никогда, разумеется, не являлись ими. Гарт не был дураком и растяпой, отнюдь нет, еще до того, как в его жизни наступила черная полоса, и он начал убивать… да, в те далекие времена, он работал приказчиком в небольшой скобяной лавке и прекрасно знал цену документам. Он был исполнительным и прилежным работником, до того самого момента, пока не оступился и не упал на самое дно…
Но теперь, теперь у него снова был шанс подняться. Во Франции не было никого, кто мог бы распознать «лже-Клайва». И он лелеял надежду, что таковой человек никогда и не появится. А, значит…
Он снова взглянул на себя в зеркало. Напустил на себя вид деловой и решительный, как в старые времена. Выглядит слегка диковато, но… Он ведь и едет в «дикий» Мулен, разве не так? Еще он неуверенно чувствовал себя в этом костюме, но это мелочи, обвыкнется. Глядя на себя, он вспоминал, как двигался«тот» Клайв, бесследно канувший за окно состава, старался медленно воспроизвести его жесты, хотя бы приблизительно. Довольная улыбка искривила его губы.
Голова больше не болела, и запах «дурного сыра» тоже на время ушел, выветрился из его сознания.«Гарт-Клайв» чувствовал себя просто превосходно.
На станции Мулен он был готов ударить какого-то человека, что ухватился за его чемодан и даже занес было кулак, но вовремя понял, что это носильщик. Ему выносят багаж, как какому-то уважаемому сэру или пэру! Поставив чемодан на перрон, долговязый парень почему-то не уходил. Пока Гарт, наконец, не догадался и не сунул ему медяк.
Чихнув напоследок и издав протяжный гудок, поезд удалился, окутав полустанок и находящихся на нем густым дымом. Как ему теперь искать эту семью местных Каннингемов? Придется расспрашивать местных. И с чего начать?
На перроне почти не было людей. Но когда дым рассеялся, он заметил метрах в десяти от себя высокую светловолосую леди, что напряженно вглядывалась в него, то и дело опуская взор вниз, на какую-то выцветшую фотокартку. Возле ее широкой пышной юбки вились двое юных рыжеволосых пареньков, похожих друг на друга. Один из них разрешил ее сомнения, внезапно бросившись ему навстречу:
— Дядя Клайв! Это наш дядя Клайв из Америки! — с этими словами малыш накрепко ухватил его за брючину и стал дергать. — Он приехал, как обещал!
Гарт стоял как вкопанный, не в силах пошевелиться и что-то сказать.
— Мистер Каннингем, это Вы?! — воскликнула девушка, подходя ближе. — Простите, я Вас не сразу узнала! — сказала она извиняющимся тоном, — Мы ждали этого поезда… Это же Вы?
— Да, это я, — наконец, Гарту удалось разлепить губы и хрипло пробурчать неразборчивое, но девушка поняла и тут же обняла его, а второй паренек ухватился за остававшуюся еще не занятой ногу. Гарт не мог заставить себя обнять в ответ и постарался вместо того пододвинуть чемодан. Душистые женские волосы окутали его своим волшебным ароматом, от нее и от пареньков шло живое тепло, и… слишком противоречивые чувства бушевали сейчас в его груди. Ему было странно, ему хотелось убить, ударить ее, но, вместе с тем, он ощущал что-то новое, доселе незнакомое. Поэтому он сжал кулаки, сдерживая себя, и просто стоял.
— Идемте же, мистер Каннигхем, — сказала, наконец девушка, разжимая объятия, — Вы, наверное, устали с дороги и голодны. Идемте скорее домой!
О, да, она даже не представляла себе, насколько он устал. Но, возможно, его тревоги и хлопоты кончились, а ожидало теплое и мирное пристанище… При мысли о крыше над головой и стаканчике виски, что можно пропустить, его глаза сами стали закрываться.
Страница 9 из 21
