Коулрофилия

Удар пришелся на деревянные перила, и, судя по звуку, последние были разнесены вдребезги. А я уже несся по коридору в холл, а оттуда — к двери.

Резко распахнув ее, я прыгнул за порог…

… чтобы тут же сбить с ног подходящего к дому начальника.

— Энди, какого черта?! — возмутился он, поднимаясь и помогая подниматься мне. — За тобой что — маньяк гонится?!

— Ты не представляешь, как я рад тебя видеть! — надрывно сообщил я, хватаясь за его пиджак.

— Пойдем, сядем, — сказал он, потянув меня внутрь, — на тебе лица нет!

— Туда нельзя! — заорал я, оттаскивая его от двери. — Там нас обоих прикончат!

— Кто?!

— П… призраки?

Я хотел кричать, что тут произошла кошмарная история, вследствие которой сумасшедший мальчишка с раздвоением личности прикончил всю семью семейку Гринов, включая младшего брата и все еще не может успокоиться!

Но тут я заметил, что сад снова погружен в сажу и осень, как это было раньше.

— Энди, — сказал вдруг начальник строго, — мы войдем внутрь.

С этими словами он легко затолкнул в парадную перепуганного меня и плотно закрыл за собой дверь. При этом взгляд его буравил, а выражение лица казалось отстраненным и безразличным, как у санитара в психлечебнице.

— Будь другом! — взмолился я. — Отпусти! Спаси меня отсюда!

Мне вдруг пришло в голову, что после всех этих событий я выгляжу не лучше самого клоуна, который ввел меня в курс дела. Я даже дотронулся до своего лица — проверить, нет ли на нем грима.

— Мне это не выгодно, — сказал вдруг начальник и кивнул куда-то за мою спину. Я оглянулся, чтобы увидеть, как Себастьян втаскивает в холл клоуна.

— Что?

Я обернулся назад с тысячей вопросов в голове, но вместо начальника обнаружил Фигуру с неизменными провалами в маске, вместо глаз.

— Видишь ли Энди… — сказала она. — Все дело в том, что тебя не приняли вчера на работу.

Я не пытался тогда сообразить, причем тут работа — я просто обмирал от страха и думал, куда кинуться, если эти двое примут еще одну попытку напасть. Фигура подошла ближе и погладила меня по голове. Этот жест так отвратительно не сочетался с покоробленной маской, что меня передернуло.

— Анна сказала, что с твоей патологией им работник не нужен. Ты очень расстроился. Я знаю. Ты так расстроился, что для меня открылась дверца.

Фигура снова обросла костюмом и лицом, стала выше и смотрела на меня теперь глазами начальника. Я совершенно ничего не мог понять. Фигура приняла меня на работу вместо начальника? Фигура — и есть начальник?

— И вот я подумал… — продолжал он. — Почему бы не воспользоваться ситуацией? И сделал вид, что принял тебя на работу.

Я снова оглянулся на Себастьяна. Он смотрел на меня наклонив голову вперед и широко улыбался, хмуря брови.

— Ты — его альтер-эго! Его второе я! — крикнул я Фигуре-начальнику. — Причем тут я?!

Себастьян и белая фигура синхронно засмеялись.

— Энди, а какая у тебя фамилия?

Я открыл рот, чтобы выкрикнуть фамилию, но слова замерли глубоко в груди.

Да что же это?! Я же знал! Я Энди… Энди… Черт!

— А я знаю, — скромно ответила Фигура, снова белея и теряя черты лица. — Энди Грин. Ты еще одна наша личность! — зашипела Фигура, наклоняясь к моему лицу. — И ты незаконно занимаешь тело Себастьяна!

— Нет!

— Ты занимаешь наш разум, мальчик.

— Когда люди узнали, что я сделал, меня забрали в клинику! Меня связали врачи! — вдруг вмешался Себастьян. — Они напичкали меня транквилизатором!

Они почти уничтожили меня!

— Нет…

Фигура положила холодные руки мне на плечи.

— Нам было неплохо вдвоем. Я заботилась о Себастьяне, он любил меня, мы почти стали свободными, даже избавились от родителей. А потом влез ты. И мы хотим, чтобы ты исчез обратно и уже не возвращался.

— Зачем все это?

— Я тебя за этим сюда и отослала. Освежить память. Настоящую память, а не ту ложную, который ты окружил свою псевдо-личность.

— Зачем? — спросил я, чувствуя, как реальность ускользает от меня. Краем глаза я заметил, что клоун лежит у дивана и совершенно не шевелится.

— Это был единственный способ вытащить на поверхность нашего разума моего возлюбленного. Оцени старания.

Я смотрел в провалы глаз и четко читал в их тьме — они собирались убить меня. Так же, как Себастьян убил брата и родителей, только еще хладнокровнее, потому что я разделял эту парочку. Наши гляделки затянулись, и мне показалось, что фигура вытягивает мою душу.

В этот-то момент сзади что-то резко изменилось. Я услышал удар и яростный крик, а потом писклявый вопль клоуна:

— Беги, Энди!

Я развернулся и увидел, как они вдвоем с Себастьяном барахтаются на полу, причем, у Себастьяна кровоточил затылок.