Арегназан

Сказав это, он взял один из волшебных посохов и подошел к старухе:

— По веленью

Белиара,

Уриела,

Садаела

стань, старуха,

камнем, камнем…

Сказал и ударил посохом. Старуха превратилась в ослицу и стала реветь.

— Вот тебе на! — воскликнул Арег. — Видно, каждый из этих посохов обладает особой силой. А может, я проклинаю по ослиному и своим ревом старуха смеется надо мной? Попробуем второй посох.

— Грозным мечом Садаела,

великой темницею Тартара,

проклинаю тебя,

проклинаю,

стань камнем, старуха,

камнем…

Старуха превратилась в черного ворона и захотела улететь, но ноги ее были связаны…

— Погодите, попробуем третий посох.

Он взял третий посох и стал осыпать старуху еще более страшными проклятиями:

— Каменный город,

кровавый дождь,

сизый туман,

ужас и дрожь,

мрачные сумерки,

трус земляной,

мор,

гром и молния,

огненный зной,

адский потоп

да настигнут тебя,

старая ведьма,

злая судьба.

Я ударяю тебя не перстом -

палкой,

дубиной,

хлестким кнутом,

молнией звездной,

скользкой змеей,

стань же, проклятая,

камнем-скалой!

Сказал и ударил посохом, и старуха превратилась в каменное страшилище. Затем Арег обратился к визирю и спарапету:

— Лето припекает, зноем сушит губы,

только вы. бедняжки, кутаетесь в шубы,

ведь зимой холодной вы окаменели,

и совсем озябли, ни кровинки в теле.

Вы гонца пошлите в ближнее село,

пусть соседи скажут, сколько лет прошло.

Если ж не хотите, с мыслями прощайтесь

и в ослов безмозглых сразу превращайтесь,

или, как вороны, разлетайтесь каркать,

чтобы ненароком не пришлось вам плакать.

А иначе верьте, не дрожите зря,

ласковому слову вашего царя.

— О, теперь я верю, — сказал визирь. — Действительно, была зима, а сейчас… — лето, да, лето…

— Я тоже верю, я тоже… Я не хочу стать ни ослом, ни вороном, а окаменеть и вовсе нет желания… И правда, как сегодня жарко, еще немного и я сгорю…

— Государь, наш царь, обед готов, царица вас ждет, — сказал один из придворных, низко кланяясь, царю.

— Пойдемте пообедаем, — сказал царь. — Вот уже сорок лет, как не было у меня во рту ни крошки, но, по правде говоря, я и не чувствовал голода. Только иногда меня очень мучила жажда, и она усилилась еще больше, когда я услышал голос Арега. Видимо, жажда у меня возникла тоже по воле Бога, через нее я должен был обрести свое спасение…

Царь Андас хорошо накормил как Арега, так и его Базика. Арега оставил у себя гостить двадцать дней. За это время приезжали послы многих царей и поздравляли с возрождением царя Андаса и его города.

Когда на город свалилось это ужасное бедствие, тысячи его жителей, которые находились в это время в чужих краях, из страха там и остались. Теперь они вернулись в окружении многочисленных детей и внуков, а ведь сорок лет в городе никто не рождался.

Узнав, что Арег — это тот добрый ангел, который победил зло и возродил жизнь там, где зло посеяло смерть, новоприбывшие оказывали ему почести, достойные бога, устраивали пышные угощения. Царь и сам устроил великий пир, на котором присутствовали тысячи людей. Сам задавал тон в веселье, сам предлагал тосты. Когда пили за здоровье Арега, царь поднял чашу и сказал:

— Кем вчера мы были?

Кто же мы сейчас?

Объясни несчастным, мудрый царь Андас.

— Были мертвым камнем

в скопище камней,

а теперь вы люди

средь живых людей.

Боже мой, как просто,

если б не кошмар -

сорок лет томиться

в муках злобных чар,

в каменной темнице,

где спасенья нет…

Кто узнал такое,

проживет сто лет.

Из когтей жестоких,

гибельных когтей

и несокрушимых

каменных цепей

вырвал наши души

бескорыстный друг,

светоч нашей жизни -

благородный дух!

Вот он, благодетель, чудо-человек,

вот он, победитель,

доблестный Арег!

Скорбь мою и слезы

обратил он в смех.

Выпьем за здоровье

лучшего из всех!

При этих словах царя тысячи голосов, сотрясая дворец, закричали: «Да здравствует Арег!». Ашуги же, которые ждали лишь знака царя, заиграли на многострунных лирах и в один голос запели, славя Арега:

Прилетай, соловушка,

нет на свете зла.

Радуйся, соловушка,

роза расцвела,

наша государыня

розой расцвела.