Сколько ангелов танцует на длине волны?

Все это дерьмо ты в обязательном получаешь на свою голову, если, преподавая, не носишь очки с толстыми стеклами и дедушкины свитера. Достаточной кому-то одному запустить волну, что, дескать, такой-то «горяч» или«секси» - пиши пропало, эта легенда начинает жить своей жизнью и подпитываться сама собой. В последний раз, когда целый поток расцвел вдруг волной обожания, Карлоса спасла только стрижка под горшок.

Но Джесси преследовала совсем другие цели: ее мрачные черные глаза смотрели на Карлоса так, словно она хотела просверлить дыру в его черепе, а мешковатые шорты хаки могли бы навести на эротические мысли разве что викторианских джентльменов, которые, как известно, возбуждались от ножек столов.

— Там каверна, — проговорила она раздельно и ткнула пальцем в пол для пущего эффекта.

— Пустота. Nihil. Nada. Я трижды проверила. Датчики у меня стоят с двухкилометровой сеткой.

— Ого, — до Карлоса дошло непозволительно не сразу, хотя он сам помогал их устанавливать.

— Это значит, что… — Да, — мрачно сказала Джесси.

— Она больше двух километров в длину. Вообще, судя по всему, она под всем городом и окрестностями.

— Что за… Это пустыня, тут не может быть карстовых пещер!

— Да ну, док? И как это я без тебя не догадалась.

— Но… — Карлос в последний момент поймал на языке готовый слететь вопрос «А ты точно все проверила?».

Джесси и так, казалось, готова была его загнать в землю одним ударом, чтобы он посмотрел своими глазами.

— Глубина залегания кровли? — спросил он вместо этого.

— Кое-где можно попрыгать — и провалиться. Фигурально выражаясь.

— А конкретнее?

— От пяти до двадцати метров.

Карлос вдохнул. Выдохнул. Вытер со лба внезапно выступивший пот.

Вдруг в углу комнаты ожило радио и выплюнуло несколько слов насчет крыши мира, готовой обрушиться под ногами в любой момент. Помехи перебивали слова так, что разобрать, о чем шла речь, было почти невозможно.

Карлос не стал реагировать. За этот день странные вбросы с радио происходили уже много раз, и каждый раз зафиксировать что-нибудь хотя бы отдаленно дельное не удавалось. Хотя от совпадения мороз прошел по коже.

— Так. А местные тебе ничего не говорили про систему пещер? - вернул он внимание Джесси.

— В первый день — нет. И сегодня не сказали, — она скрестила руки на груди.

— Слушай, док… — внезапно Джесси сбавила тон, будто вспомнила о чем-то смутно неприятном, но давно не дающим ей покоя, помялась, потом все-таки сказала. - Тебе не кажется… что люди тут странные?

— А именно? — Карлос напрягся.

Он на самом деле не слишком-то хорош был с людьми. В детстве даже выражения лиц разбирал с трудом.

— Как-то чудно они со мной говорят. Мне кажется, — тут Джесси понизила голос до шепота, — молодежь — по большей части обычная. А старики… Этот, Лерой, и эта чокнутая бабка с кошками… Они ко мне враждебно. Но это не та враждебность. Им как будто все равно, что я черная.

Карлос вспомнил, как старуха с кошками назвала его спиком.

— Ты можешь отличать разные сорта враждебности, Джесси? Ты кто, психолог? Или, может, антрополог?

— Ха! Я черная женщина и занимаюсь наукой. У меня глаз наметанный.

Карлос не знал этого, но его ответная улыбка вышла крайне неприятной — из тех, что его студенты особенно опасались.

— Мы сейчас будем спорить, кто из нас получает больше гнилых томатов на каждую статью?

Джесси, в конце концов, подписывалась «Дж. А. Картер», а не «К. Гарсиа».

— Спорить мы об этом не будем, спорить нам об этом некогда, - отсекла Джесси.

— Я думаю, они что-то скрывают. И тебе про твоего Карлсберга врут, и мне про пещеру.

Карлос поморщился, услышав фамилию «Карлсберг». Постучал пером по планшету — была у него такая привычка еще с блокнотами. Спохватился, когда планшет недовольно затренькал, и по экрану побежала рябь.

— Могут и не врать, — сказал он.

— Сама видишь: это явно какая-то аномалия. Может и не быть трещин, ходов… — Сам сказал — тут артезианский источник, - перебила его Джесси, вновь агрессивно наклоняясь вперед.

— Они под землей копали. Там есть какая-то впадина, с которой начали бурить. Мне шериф местный сказал, они с мальчишками туда якобы в детстве лазали. Я хочу завтра сходить посмотреть на этот колодец.

— Попроси Тину, пусть сходит с тобой, — ответил Карлос.

— Нет уж, док. Со мной ты пойдешь ты, как единственный из нас ростом под шесть футов, — самодовольно хмыкнула Джесси. - И снарягу мы с собой возьмем. Мало ли.

На следующий день Карлос, конечно, получил еще одну бесценную возможность выставить себя на посмешище всего города. О них и так уже шептались; не в последнюю очередь, как подозревал Карлос, потому что они жили в лаборатории.