— И последний вопрос. Андрей Иванович, наших читателей интересует, что помогло вам стать основателем крупной корпорации, ведь, как известно, вы начинали с нуля?
Добавить в моё избранное
23 мин, 52 сек 19704
С удовольствием разглядывая убранство так хорошо знакомой ему терраски, Андрюха и не заметил, как сами по себе закрылись его глаза и он, уткнувшись носом в вышитую, пахнущую хозяйственным мылом наволочку, провалился в глубокий сон.
Посреди ночи Андрюха внезапно проснулся, будто бы кто-то невидимый присел к нему на кровать и с силой ткнул ему кулаком в бок. В терраске было темно, хотя за окном расстилалась светлая майская ночь, а в треснутое стекло заглядывала жирная луна с «откушенным» правым боком. Промаявшись какое-то время без сна, Береста выбрался из постели и вышел в сени. Окунувшись в густой мрак деревенской«прихожей», Андрей, под аккомпанемент негромкого похрапывания бабки Пелагеи, доносившегося сюда из единственной комнаты дома, на ощупь добрался до входной двери и откинул массивный железный крюк, несколько десятилетий стоявший на охране жилища.
Сельская ночь встретила парня приятной свежестью, крупными каплями росы и громким стрекотом кузнечиков. Андрей присел на низенькую лавочку и, выудив из кармана потертых джинсов мятую пачку «Пегаса», прикурил от дешевой китайской зажигалки. Прислонившись спиной к столбу старенького крыльца, Береста вновь и вновь прокручивал в голове свой вечерний разговор с бабкой. Конечно же, ему, городскому пацану с района не очень-то верилось в сказки о каком-то там Князе-демоне, раздающего деньги направо и налево. А даже если и в самом деле существует этот потусторонний ростовщик, то вряд ли он помогает людям бескорыстно. Скорее всего, этот Князъ такие проценты за свои кровные заламывает, что никакому Бульдогу не снились!
И все же — чем черт не шутит! Почему бы не попросить денег у этого рогатого банкира, все равно же других источников дохода у Бересты не предвиделось. Тем более, идти здесь до леса всего ничего: он сразу за огородом тетки Пелагеи начинался.
Еще раз взвесив все плюсы и минусы этой отдающей сумашествинкой авантюры, Андрюха поднялся со скамейки. Завернув за угол дома, Береста очутился на «задах» — заднем дворике, чье пространство было ограничено не первый год пустующим хлевом и щербатым дощатым забором, охраняющим усадьбу тетки от коз, курей и прочей вредной для культурных растений живности. Отворив просевшую от времени калитку, Андрей прошагал мимо аккуратных грядок и борозд с недавно посаженной картошкой, затем ловко, как в детстве, перемахнул через покосившийся плетень, приземлившись на узкую тропку, что тянулась вдоль огородных укреплений.
Лес близ деревни Береста помнил неплохо. Сколько раз он с местными ровесниками и пацанами-дачниками игрался здесь в войнушку или же обследовал окрестные кусты на предмет обнаружения грибов и ягод. Да и овраг подходящий тут недалеко находился — знающий человек минут за пять-семь дотопает. В лесу было гораздо темнее, чем на деревенской улице, а потому как нельзя кстати пришелся старый фонарик, который Береста на всякий пожарный всегда таскал в кармане своей ветровки. Но едва Андрей ступил под мрачную сень первых деревьев, как странная, незнакомая ранее жуть сжала когтистой лапой его сердце. Каждый шаг давался парню с трудом, так как ему казалось, что из-за стволов за ним следят страшные рогатые рожи, строящие насмешливые гримасы. А когда из чащи леса до парня долетел заунывный протяжный вой неведомого животного, Береста был уже готов развернуться и бежать обратно к деревне, чтобы укрыться от злобных чудовищ в безопасности терраски тетки Пелагеи. Вовремя вспомнив, что трусить — это не по-пацански, Андрюха все же продолжил свой путь к заветному месту, хотя все его поджилки тряслись от страха.
Искомый овраг был неглубок и завален сухим прошлогодним бурьяном, через который по-хозяйски пробивались еще тонкие плети набиравшего силу бастыльника и молодая жгучая крапива. Не без труда пробившись сквозь эти заросли, Андрей спустился вниз и, посасывая обожженные юной порослью пальцы, некоторое время озирался по сторонам. Вокруг было тихо. Тьма, царившая здесь, обступала парня со всех сторон, и только скупой свет луны, хитро подмигивавшей с небес, да хилый луч фонарика-ветерана спасали Андрюху от ее произвола.
Немного осмотревшись и успокоившись, Береста попытался вспомнить имя Князя, которое называла бабка, но оно начисто вылетело из его памяти. Решив, что это не так уж и важно, Андрей вынул из потайного кармана джинсов складной «пацанский» нож и, проколов подушечку среднего пальца левой руки, капнул кровью на самую большую кучу бурьяна, лежавшую рядом с ним и, старательно подбирая слова, проговорил:
— Великий Князь, хранитель злата! — голос парня дрожал от подступающей новой атаки страха.
— Ты, это, не злись, что я к тебе обращаюсь, просто помощь нужна! С деньгами напряг, а взять негде.
Выдавив из себя данный шедевр современного ораторства, Андрей стал испуганно озираться по сторонам. Из-за вороха бастыльника, возле которого он стоял, до парня долетел тихий шорох, а затем какое-то быстрое существо, похожее на большую собаку, пронеслось мимо незадачливого просителя и, выскочив из оврага, унеслось в сторону деревни.
Посреди ночи Андрюха внезапно проснулся, будто бы кто-то невидимый присел к нему на кровать и с силой ткнул ему кулаком в бок. В терраске было темно, хотя за окном расстилалась светлая майская ночь, а в треснутое стекло заглядывала жирная луна с «откушенным» правым боком. Промаявшись какое-то время без сна, Береста выбрался из постели и вышел в сени. Окунувшись в густой мрак деревенской«прихожей», Андрей, под аккомпанемент негромкого похрапывания бабки Пелагеи, доносившегося сюда из единственной комнаты дома, на ощупь добрался до входной двери и откинул массивный железный крюк, несколько десятилетий стоявший на охране жилища.
Сельская ночь встретила парня приятной свежестью, крупными каплями росы и громким стрекотом кузнечиков. Андрей присел на низенькую лавочку и, выудив из кармана потертых джинсов мятую пачку «Пегаса», прикурил от дешевой китайской зажигалки. Прислонившись спиной к столбу старенького крыльца, Береста вновь и вновь прокручивал в голове свой вечерний разговор с бабкой. Конечно же, ему, городскому пацану с района не очень-то верилось в сказки о каком-то там Князе-демоне, раздающего деньги направо и налево. А даже если и в самом деле существует этот потусторонний ростовщик, то вряд ли он помогает людям бескорыстно. Скорее всего, этот Князъ такие проценты за свои кровные заламывает, что никакому Бульдогу не снились!
И все же — чем черт не шутит! Почему бы не попросить денег у этого рогатого банкира, все равно же других источников дохода у Бересты не предвиделось. Тем более, идти здесь до леса всего ничего: он сразу за огородом тетки Пелагеи начинался.
Еще раз взвесив все плюсы и минусы этой отдающей сумашествинкой авантюры, Андрюха поднялся со скамейки. Завернув за угол дома, Береста очутился на «задах» — заднем дворике, чье пространство было ограничено не первый год пустующим хлевом и щербатым дощатым забором, охраняющим усадьбу тетки от коз, курей и прочей вредной для культурных растений живности. Отворив просевшую от времени калитку, Андрей прошагал мимо аккуратных грядок и борозд с недавно посаженной картошкой, затем ловко, как в детстве, перемахнул через покосившийся плетень, приземлившись на узкую тропку, что тянулась вдоль огородных укреплений.
Лес близ деревни Береста помнил неплохо. Сколько раз он с местными ровесниками и пацанами-дачниками игрался здесь в войнушку или же обследовал окрестные кусты на предмет обнаружения грибов и ягод. Да и овраг подходящий тут недалеко находился — знающий человек минут за пять-семь дотопает. В лесу было гораздо темнее, чем на деревенской улице, а потому как нельзя кстати пришелся старый фонарик, который Береста на всякий пожарный всегда таскал в кармане своей ветровки. Но едва Андрей ступил под мрачную сень первых деревьев, как странная, незнакомая ранее жуть сжала когтистой лапой его сердце. Каждый шаг давался парню с трудом, так как ему казалось, что из-за стволов за ним следят страшные рогатые рожи, строящие насмешливые гримасы. А когда из чащи леса до парня долетел заунывный протяжный вой неведомого животного, Береста был уже готов развернуться и бежать обратно к деревне, чтобы укрыться от злобных чудовищ в безопасности терраски тетки Пелагеи. Вовремя вспомнив, что трусить — это не по-пацански, Андрюха все же продолжил свой путь к заветному месту, хотя все его поджилки тряслись от страха.
Искомый овраг был неглубок и завален сухим прошлогодним бурьяном, через который по-хозяйски пробивались еще тонкие плети набиравшего силу бастыльника и молодая жгучая крапива. Не без труда пробившись сквозь эти заросли, Андрей спустился вниз и, посасывая обожженные юной порослью пальцы, некоторое время озирался по сторонам. Вокруг было тихо. Тьма, царившая здесь, обступала парня со всех сторон, и только скупой свет луны, хитро подмигивавшей с небес, да хилый луч фонарика-ветерана спасали Андрюху от ее произвола.
Немного осмотревшись и успокоившись, Береста попытался вспомнить имя Князя, которое называла бабка, но оно начисто вылетело из его памяти. Решив, что это не так уж и важно, Андрей вынул из потайного кармана джинсов складной «пацанский» нож и, проколов подушечку среднего пальца левой руки, капнул кровью на самую большую кучу бурьяна, лежавшую рядом с ним и, старательно подбирая слова, проговорил:
— Великий Князь, хранитель злата! — голос парня дрожал от подступающей новой атаки страха.
— Ты, это, не злись, что я к тебе обращаюсь, просто помощь нужна! С деньгами напряг, а взять негде.
Выдавив из себя данный шедевр современного ораторства, Андрей стал испуганно озираться по сторонам. Из-за вороха бастыльника, возле которого он стоял, до парня долетел тихий шорох, а затем какое-то быстрое существо, похожее на большую собаку, пронеслось мимо незадачливого просителя и, выскочив из оврага, унеслось в сторону деревни.
Страница 5 из 7
