Аренда дома на отшибе

— Да нормально доехал. У тебя точно всё в порядке?

— Ага. Тарелка только разбилась.

— Тарелка? Ну, это к счастью.

— Ага.

— Ну ладно, звони, если что.

Закончив этот нелепый разговор, я подошёл к двери гаража, порылся в кармане и достал связку ключей. Какое-то тягучее беспокойство, словно предчувствие опасности, овладело мной, когда я подумал о том, что мужчина, который зарезался обломком косы, мог взять её в гараже. Словно нарочно, громко каркнула ворона, пролетая над домом, и от волнения я выронил ключи, которые с лёгким звоном упали на асфальтированную площадку перед воротами. Пытаясь взбодрить себя, я тихонько выругался и подобрал связку. Затем открыл дверь.

Зайдя в тёмное, пахнущее землёй, помещение, первым делом включил лампочку, закреплённую на деревянной дощечке, прибитой к стене справа от входа, и осмотрелся.

Ничего особенного. Гараж, как гараж. Несколько канистр в дальнем углу, пара бумажных мешков с углём, садовый инвентарь, листы фанеры, какие-то доски, вёдра и аккуратная кладка поленьев вдоль стены. Довольно просторный гараж, сюда спокойно поместился бы джип «Ford Excursion». Я прислушался. Тишина. Никакого намёка на шёпот. Прихватив с собой несколько поленьев, чтобы не возвращаться за ними ближе к ночи, выключил свет, вышел из гаража и закрыл дверь на ключ.

Затею с акварелью я оставлять не собирался, но на всякий случай вернулся в дом, чтобы убедиться, что в нём никого нет. Сложил поленья в предназначенную для этого картонную коробку рядом с камином, частично заполненную щепками.

Затем сел в кресло, пытаясь осмыслить произошедшее.

Могла ли тарелка вылететь из закрытого шкафа, а я помнил точно, что дверцы закрывал, и упасть за полтора метра от него?

Я пытался найти более-менее рациональное объяснение, обдумывая самые разные причины, которые могли послужить этому. Тщетно. Этого просто не могло быть и всё. Но ведь было!

«Только вот, люди оттуда не просто так уезжали», — вспомнил я слова Петра.

Бога ради, я современный человек с высшим образованием, а не дремучий крестьянин девятнадцатого века! Мало ли что бывает в природе! Наверняка этому есть какое-то рациональное объяснение.

Никогда не считал себя суеверным человеком, во многом потому, что вырос в семье убеждённых атеистов. Подумав о том, что мой покойный отец поднял бы меня на смех, если бы узнал, что я испугался какого-то шёпота и разбитой посуды, я встал с кресла, замёл осколки в жестяной совок и выбросил их в мусорный пакет. Затем поднялся на второй этаж и ещё раз проверил спальни. Окончательно удостоверившись в том, что в доме кроме меня никого нет, положил пистолет на стол, вышел на террасу и закурил, смотря вдаль.

Небо на востоке наливалось тёмной синевой и, судя по тучам, мрачной волной плывущим к дому, ночью погода обещала испортиться. Однако на полчаса, а может быть даже час, рисования рассчитывать я вполне мог. Сделав несколько коротких затяжек, затушил зашипевший окурок в жестяной банке с водой. Затем подобрал с пола краски, кисти, картон и стаканчик и водрузил их на грубо сколоченную табуретку, голубая краска на которой порядком облупилась, отнёс это всё на золотисто-красную в лучах заката лужайку позади дома, и принялся рисовать.

Когда солнце исчезло за деревьями, оставив небу, как поцелуй на ночь, лишь розовую полоску, я вернулся в дом. Томившее меня беспокойство ушло, не оставив и следа. По крайней мере, мне так казалось.

Я достал из кармана мобильник и взглянул на часы. Начало двенадцатого. Не самое лучшее время для ужина, если верить диетологам. Но, насколько я знаю, про пиво они ничего не говорили.

Представляя себя английским лордом, вернувшимся с вечерней охоты, я разжёг дрова в камине, выключил свет и, периодически прерываясь на пивопитие, в свете полыхающего огня принялся читать роман Оруэлла «Да здравствует фикус!». Углубившись в чтение, не заметил, как пролетел час.

Отложив книгу в сторону, я допил остатки пива и, посмотрев на затухающий огонь в камине, решил, что пора ложиться. Затем вышел во двор, так как пиво дало о себе знать. Ветер заметно усилился. За то время, что простоял около куста, сверху на меня упало несколько капель.

Начинался дождь.

Я поспешно вернулся в дом, выключил на первом этаже свет и, взяв с собой пистолет, поднялся в спальню, где положил его на тумбочку рядом с кроватью.

Застелил постель, улёгся в неё, укутавшись в лёгкое одеяло, и под монотонный шум бьющих по крыше капель дождя, заснул.

… сотни людей, вооружённые вилами, лопатами и топорами, обступили дом.

— Изыди! — лишь это можно было разобрать в многоголосом гвалте.

Растолкав толпу, к входной двери подбежала странная женщина, со шрамом на лбу. Несколько раз судорожно дёрнувшись в каком-то припадке, она посмотрела отрешённым взглядом куда-то за горизонт, затем, наклонив голову, простёрла руки к небу и закричала:

— Огнь!