Камни не умеют смеяться

Мы сразу решили, что то, что не досталось тиграм, случайно перепало собачке.

— Значит, клоун ничего не ел? — уточнил доктор.

— Вот именно! Мы решили проследить за самим Невиллом. Однако дедушка строго-настрого запретил нам сопровождать его до вагончика, напоминая про условия контракта.

— Но вы все равно выследили его?

— Разумеется. Сначала Боб, принеся клоуну ужин, никуда не ушел, а спрятался и стал ждать. Через какое-то время Невилл вышел и стряхнул свою еду в тигриные миски. Звери хоть бы пикнули, никто даже не попытался его цапнуть, чего можно ожидать от хищников! А тарелку с остатками гарнира Клау кинул, как обычно, в общую кучку.

Утвердившись в подозрениях, мы решили следить за Невиллом дальше. Однажды рано утром, пока взрослые еще спали, мы прокрались к вагончику клоуна и, подсадив Барбару в окошко, стали ждать результатов разведки. В конце-то концов, даже если он проснется, не поколотит же здоровый мужик маленькую девочку?

— Надеюсь, этого не случилось? — с тревогой спросил доктор.

— А его там не было, — тихо сказала девчушка.

— Пустой вагончик, и вообще, по-моему, никогда он там и не ночевал.

— Кровать была аккуратно застелена.

— продолжил Дик, — Одежда висела на спинке стула, ботинки — смешные длинноносые клоунские боты — стояли возле кровати. А Невилла не было.

— Только статуя, — Барбара показала рукой.

— Во какая! Здоро-овая! С мордой такой!

Она скорчила рожу.

— И вы, конечно, сразу предположили, — доктор усмехнулся, — что эта статуя и есть Невилл?

— Да не знаем мы, что и предположить! — Дик в сердцах стукнул кулаком по столу.

— Особенно сейчас, когда пропали дед и отец!

— Что? — Гордон вскочил.

— Как пропали? Давно?

— Дедушка пропал спустя две недели после появления Невилла. Отец — позавчера. Остался только мистер Кук, наш директор. Он заявил в полицию, а нам строго-настрого запретил выходить по вечерам. Но мы все равно пошли к вам.

— Да, кстати, а что же это за записка? — вспомнил доктор.

— Эта надпись была выцарапана на руке у статуи, — сказал Дик.

— Не нарисована, не вырезана, а именно выцарапана. Барби заметила ее, когда проникла в вагончик второй раз, сразу после пропажи дедушки. Мы попросили, чтобы она осмотрела все до мельчайших подробностей. Вот она и срисовала. Она у нас глазастая!

— Скажите мне, а как отреагировал Невилл, когда узнал об исчезновении ваших родных?

— Знаете, док, он переживал и даже плакал. Говорил, что очень уважал дедушку, а с отцом даже успел подружиться.

— А когда точно исчез дедушка?

— Если точно — тринадцатого, после первого же представления. Отец — двадцать седьмого, два дня назад. Полиция, как обычно, «делает все возможное», — Дик скептически усмехнулся.

— Если рассуждать логически, то есть принять за основу, что подозреваемый вами Невилл и есть убийца, то следующая жертва должна быть через десять дней, — задумчиво сказал доктор.

— Что-то у меня все в голове перемешалось. Клоун, статуя, надпись, пропавшие… Чего вы от меня-то хотите?

— Помогите нам, — подал голос Боб.

И остальные, столпившись возле Дика, посмотрели на доктора с таким отчаянием, что тот не выдержал:

— Помочь — дело нехитрое. Только в нашей ситуации нужен план. Не пойду же я сам к Невиллу и не скажу ему: «Куда ты дел деда с отцом»? Надеюсь, вы сами ничего подобного ему не говорили?

Дик замялся.

— Тут такая штука вышла, — начал он.

— Когда пропал отец, я дождался, пока Невилл отвыступает и соберется уходить, подошел к нему и вполголоса сказал: «Куда ты дел моих родных, отвечай, а не то я вызову полицию!» — Ну, а он? — спросил доктор, заранее зная, что ответит парень.

— Он посмотрел на меня как на психа, — Дик сжал кулаки.

— Еще спросил так жалостливо: «Может, я и смогу тебе помочь, но не в этом. Все будет хорошо, и скоро ты встретишь своих родных. Обещаю».

— Да, задачка, — сумрачно сказал доктор.

— Хорошо, я подумаю, что можно сделать. Вы, ребята, только ничего не предпринимайте, не посоветовавшись со мной! Натворите еще дел. Тут сгоряча ничего не решишь. А теперь бегите, мистер Кук тоже небось нервничает.

Ребята, хором попрощавшись, по одному выскользнули на улицу. Последним к выходу заковылял Дик. У самой двери он обернулся и, устало улыбнувшись, сказал:

— Док, я почему-то уверен, что все будет хорошо.

— На чем же зиждется твоя уверенность? — деланно нахмурился доктор.

— На том, что вы нам поверили, — и с этими словами Дик закрыл за собой дверь.

Все оставшееся до сна время доктор размышлял. Он исписал несколько листов предположениями и просто мыслями «по поводу». На одной версии он решил остановиться особо.