Безлесье

Сразу по приезду новоиспеченная хозяйка занялась обустройством нового дома — выкинула всю скопившуюся еще, вероятно, от старого хозяина почему-то рваную в лоскуты одежу, вычистила сени и две комнаты, одна из которых стала детской, а другая — спальней для супругов, прочистила дымоход в печи на кухне, а затем решила спуститься в подвал и навести там порядок. Спустившись вниз, Глаша сразу же натолкнулась на стоящий посредине просторного помещения старинный сундук, оттащила его в сторону, и начала собирать все соленья и припасы, хранящиеся во всех деревенских подвалах и погребах, скорее всего, не по одному десятилетию. Чего только не было в этих чуточку заплесневелых кувшинах, крынках и стеклянных бутылях — и засоленный лещ, и всевозможные маринованные овощи, и варенья из разных ягод и фруктов, и, даже, различные сушеные грибы, до которых был очень охоч Никодим. Причем все эти засушенные грибочки, хранящиеся отчего — то здесь, в сыром и холодном подвале, а не на чердаке, по соседству с банными вениками, были здесь в исключительном изобилии — они свисали повсюду, со всех балок и перегородок. Глаше пришла внезапно одна мысль по поводу этих грибочков, а именно, о том, что прежний хозяин этого дома, местный фельдшер и известный на всю деревню знахарь, вероятнее всего использовал эти сушеные грибочки в лечебных целях, как, например, тот же зверобой или мелиссу.

«Надо будет сегодня на ночь заварить парочку этих грибочков Никодиму — авось ворочаться с боку на бок во сне да храпеть перестанет»… — решила Глаша.

И вот однажды, спустя два месяца со дня приезда в Старые Вязи семьи из Великого Устюга, в одну из безлунных, а потому темных как дно колодца ночей, Никодим услышал стук в дверь. Он встал, накинул на себя рубаху размахайку, и вышел в сени. Подойдя к слюдяному окошку, Никодим увидел на пороге своего дома какую-то суетливо перемещающуюся тень. Когда хозяин отворил дверь в прихожей, пред ним на пороге предстал маленький нескладный человечек в длинном, почти по щиколотку, плаще, и в широкополой шляпе на голове, причем в эту шляпу зачем-то были воткнуты огромные вороньи перья в числе семи… — Здравия желаю, друже — воскликнул таинственный полуночный гость.

— Доброй ночи, сын Божий, что тебе надобно?

— Я прежний жилец этого дома, и мне крайне необходимо забрать кое-какие вещи, которые покоятся в подвале этого дома.

— Но почему Вы пришли в такой поздний час. Нам нужно рано вставать — в четыре утра, аккурат с первыми петухами, — а тут еще Вы потревожили со своим скарбом… — Поймите, меня постигла крайняя нужда в этих самых вещах.

— Ну ладно, уговорили, проходите, прошу, только громко не разговаривайте — а то мои чада давно уже спят.

— Что Вы, конечно, тише мышки буду… — Простите, я забыл спросить Ваше имя… — Ян. Ян Богуслав. Фельдшер одной из больниц Мценского уезда.

— Простите за нескромный вопрос, но староста сказал мне, что Вы, да простит меня Господь, скончались в больнице для душевнобольных, что в городе Орле находится… — А-а-а, все с Вами ясно! Вот как местные деревенские сплетни воздействуют на горожанина! Не верьте ни в коем случае этим россказням местных самодуров, утешающих себя по вечерам, выдумывая всякую небывальщину. Уж повелось так издавна во всех деревнях… Старожилы насочиняют всяких сказок до басней — и вот у околицы сидят да травят их, так травят, что даже молодняк порой заслушивается… — Д я вроде как тоже мало в эти басни верю… У нас так не принято… — А Вы откуда родом будете, милый человек — с севера небось…?

— Родом мы из Великого Устюга, города, что в Вологодской области находится. Там у нас таких сплетников отродясь не было, лишь баснописцы да песняры изредка могут встретиться… И то репертуар то у них в основном Бога нашего господа воспевающий… — Великий Устюг… А-а-а, знаю, знаю, бывал там не раз у одного тамошнего волхва — шамана. Тот мне отвар из грибочков — мухоморчиков поставлял, с помощью которого я лечил чахоточных больных.

— И как, неужто помогало?

— Еще как! Помню, пациенты потом привыкали к этому снадобью, и уже опосля лечения за немалые деньги покупали у меня его. А Вы знаете, какие симптомы это зелье из мухоморчиков у человека выявляет?

— Не имею ни малейшего понятия… — А вызывает оно видения, точь-в-точь как наяву, причем оные могут быть как приятные, так и не очень, сопровождающиеся появлением из ниоткуда загадочных фигур, словно парящих в воздухе, и, между прочим, в этих иллюзорных силуэтах некоторые особо чуткие люди могут узнать даже своих давно уже отправившихся в мир иной родственников… А вот я еще что Вам скажу: уж коль у нас зашел разговор на эту тему, то, к слову, именно благодаря этому мухоморному зелью Ваши северные волхвы-шаманисты основывают весь ритуал общения с духами давно умерших людей или предков, как Вам угодно…