Чудовище

Двери кабинета и спальни жены он не закрывал, чтобы сразу услышать её зов.

Кейси лежала с закрытыми глазами. «Почему я? Почему именно я? — Один вопрос кружился в голове.»

— Что я сделала не так?«Катилась слеза, она прожигала кожу. Утомившись, Кейси засыпала. Всякий раз снился один и тот же сон. Солнечная комната, играют две девочки. Под столом так уютно, будто в маленьком домике. Или в чреве матери. Одна тянет скатерть, на пол падает ваза — разбивается вдребезги. Через миг в комнату вбегает мама. Сестра делает испуганное лицо и показывает на Кейси. От неожиданности Кейси впадает вступор, не может вымолвить ни слова, только тянет руки и хочет сделать шаг. Ноги не подчиняются. Кейси напрягает все силы, падает на пол, ударяется и вываливается из сна.»

— Как ты там оказался?

— Зачем ты встала с постели? — Тёрнер обнял жену.

— Я задала вопрос.

— Не знаю. Я вдруг почувствовал тревогу. Понял, что ты в опасности и, — старик пожал плечами.

— Не волнуйся, всё хорошо.

— Хорошо, — повторила Кейси. В самой глубине её души появилась маленькая точка. Точка светилась и пульсировала. Она говорила, что ничего хорошего больше не будет.

— Тебе предъявили обвинение? Будет суд? — Девушка смотрела мужу в глаза.

— Мне нужно давать показания?

— Не думай об этом. Обойдётся.

— Обойдётся, — повторила Кейси.

Тёрнер уложил супругу в постель, принёс молока. Обещал сварить бульон: «Я добавлю сливочного масла и веточку вереска, будет вкусно».

«Это судьба», — решила Кейси. Удивилась: всю жизнь она произносила это слово с трепетом, а вот случилось, и нет ни трепета, ни волнения.

Кейси подумала, что следует отдать грязную одежду прачке, Артур наверняка всё свалил в чулане. Так и оказалось. Кейси счистила грязь, отряхнула дождевик, развернула бушлат. Бушлат мужа был испачкан сзади, и сбоку.«Откуда он взялся?» — Кейси рассматривала бушлат. Она ясно помнила, что повесила его в самом дальнем углу, практически забыла об этой вещи.«Как он отыскал?» По городу ползли слухи, обсуждали смерть Мура. На одно«жаль беднягу», приходилась дюжина «получил по заслугам». Приходил полисмен, с ним разговаривал муж. Кейси приникала к двери, и, не дыша, прислушивалась. Тёрнер сказал, что той ночью и он, и супруга были дома. «Я подхватил инфлюэнцу, — объяснял муж.»

— Свалился, как старый тополь. Даже кабестан крейсера не смог бы поднять меня с постели«. Что ответил полисмен, Кейси не услышала.»

В гости заглянула вдова Вудроу. Шепча и закатывая глаза, рассказала подробности расследования. Сказала, что арестовали Уолли:

— Он, кажется знаком с вашим мужем, дорогая. Уолли обвиняют в убийстве!

Кейси вздрогнула и спросила, на каком основании.

— Мура застрелили серебряной пулей. Уолли хранил именно такие! Он сказал, для охоты на ведьм, можете себе представить? Роберт Мур погиб, как ведьма!

Кейси почувствовала, что закружилась голова.

— Что с вами, милочка? — Вдова Вудроу занервничала. Она намеревалась рассказать историю во всех красках, но её слушательница отказывалась слушать.

— Простите, миссис Вудроу, мне нехорошо.

Прошел месяц. Кейси совершенно оправилась. Дважды она ездила к сестре, ходила на рынок и в порт. Жизнь вернулась в обычное русло. Тёрнер делал мух и шершней, продавал их на ярмарке.

Однажды, когда мужа не было дома, Кейси вошла в его кабинет. Она вытерла пыль, убрала газетные обрезки, куски пенькового каната — мусор, который падал на пол. На столе лежал журнал. «Мысли об ужении» — значилось на обложке.

Кейси открыла, начала листать. Подчёркнутые строки прочитывала:

«Нет ничего приятнее, чем вытащить на берег хищную рыбу. Увидеть ярость в её глазах. И удивление: всякий раз они удивляются, что кто-то сумел их перехитрить». На последней странице Тёрнер поставил кляксу, промокнул её и написал: «Важность живца велика, но не беспредельна. В конечном итоге, живец должен погибнуть». «Погибнуть», — повторила девушка.

В воскресенье Кейси объявила, что уезжает.

— К сестре?

— Нет. Навсегда.

Брови старика поползли вверх, он отодвинул стул и собирался встать, но не смог этого сделать — Кейси накинула ему на плечи петлю. Ловко и быстро перекинула конец верёвки под сиденьем. В мгновение ока старик оказался связан. Он даже не сопротивлялся, настолько неожиданным оказалось действие.

— Что… что ты делаешь?

— Правосудие, — сухо ответила Кейси.

— Или возмездие — как тебе будет угодно.

— За что? — воскликнул Тёрнер.

— Ты представляешь, что сделал со мной Роберт Мур? На что это похоже? — Кейси упёрлась плечом, развернула стул, подтолкнула его к середине комнаты.

— Кажется, будто меня вывернули наизнанку и вываляли в грязи, понимаешь? Ни отмыться, ни очиститься. Грязь внутри!