Ужин с неумершим

Приходи обедать, а то я тебя еще не видела.

— Да мне добираться через весь город, теть Вика. Слишком долго получится.

— Ничего не долго. На троллейбус не ходи, а как выйдешь, через дворы прямиком на улицу Чехова. Повернешь в сторону вокзала, и на первом перекрестке справа будет остановка. Дождись там 48-й маршрутки, она к нам по объездной ходит… Отказаться я не смог, а маршрутка, и правда, домчала мигом. Виктория Александровна встретила меня на кухне. Пахло борщом, котлетами и еще разными приправами. На столе стояла стограммовая бутылочка водки.

— Сам спит у себя, мы вдвоем пообедаем, — тетя вела себя так, как будто жизнь текла по обычному руслу.

А я сразу углядел катающиеся по полу серые пузырьки, да и выглядела хозяйка до предела измотанной и преждевременно постаревшей.

— Что же у вас дверь постоянно не заперта? Не боитесь лихих людей?

— Значит, ты на шее амулет таскаешь… Валентина Петровна дала? Вот через него ты и не чувствуешь ничего. Нет, не снимай, в этом деле я с ней согласна. Без него ты бы за полчаса здесь такого страха натерпелся, что пешком бы к себе в город рванул. А ведь тебе наша квартира не чужая. Чужаки здесь и двух минут не продержатся. К тому же моя и Игоря комнаты запираются на свои замки. А кто в зал сунется, тот вообще вряд ли ноги унесет.

Тетя опустила взор книзу, я проследил ее взгляд. Возде моих ног собралось с десяток беловато-серых пузырей, которые перекатывались, не решаясь ко мне прикоснуться. Виктория Александровна разлила водку по рюмкам.

— Давай, Олежка за встречу… Я поднял рюмку, даже не думая о том, что мне еще работать. И чем интенсивнее я буду работать, тем быстрее смогу вернуться. Голова у меня была занята чем угодно, только не работой. Отхлебнув несколько ложек борща, тетя Вика спросила сварливым тоном:

— Должно быть думаешь, что у тетки от старости крыша поехала? Думаешь, я не догадываюсь, чего тебе Валентина Петровна наговорила, да и соседи? Ты ешь, не смотри на меня.

— С соседями я не разговаривал, — выдавил я из себя.

Борщ сразу встал поперек горла. Тетя Вика умела быть сварливой до невыносимости. Ведьмой ее звали многие; я полагал — в основном за это. Но лицо ее сейчас было не злое, как накануне ссоры, где она готовилась отстаивать истину и изливать гнев праведный. Жалкое у тетки было лицо, растерянное.

— Ничего не потерял, — буркнула хозяйка.

— Кроме того, что Илья — зомби, а я подчинившая его себе ведьма, ничего бы не услышал.

Она всхлипнула, опустила глаза и быстро заработала ложкой. На второе были котлеты с жареной картошкой. То ли котлеты оказались хороши, то ли водка пробудила аппетит, но я охотно навернул их под квашенную капусту с луком. Тетя Вика сидела напротив меня, подперев голову руками, и умиленно смотрела, как я ем. Говорила она, не требуя ответов, как бы сама для себя. Скорее всего, так и было.

— У тебя, как у Игорька, образование техническое. Он меня понял, надеюсь, и ты поймешь. Нет и не бывает никаких договоров с дьволом или демонами какими, не существует и самого дьявола. Есть задачи, решаемые при соблюдении определенных условий. Одним из таких условий при отложенном окончании жизни является подчинение действующего организма неким силам. Происходит это подчинение не вдруг, и есть способы задержать его надолго. Илья думает, что спасается пьянством, хотя я использую свои способы. Он вполне самостоятелен в своем поведении, твердо помнит всю свою жизнь. Вечерами мы вместе телевизор смотрим… Тетя шмыгнула носом, поднялась и отошла к плите. Разливая чай, она не поднимала глаз. Я тоже отводил взгляд в сторону. В глазах у тети Вики стояли слезы.

— А дядя Илья, он знает, что его дальше ждет? — я спросил, сам не зная, зачем.

Ответ был достаточно очевиден. Виктория Александровна только кивнула молча. После чая тетя, смущаясь, предложила мне зайти вечером. На ночлег она собиралась меня устроить к соседке снизу, одинокой пенсионерке, многим ей обязанной.

— Посидим у нас вечером, поужинаем, вина выпьем. Тебе же на работе за каждый день отчитываться не надо, уйдешь сегодня пораньше.

Тетя Вика в очередной раз продемонстрировала владение фактами, которые, по всей очевидности, знать она никак была не должна. Действительно, ведьма. Другого слова не подберешь. Я снова согласился, обнадеженный возможностью ночлега в другом месте.

Как ни странно, но на работе я успел до вечера переделать кучу дел, вполне компенсировав и утреннее ленивое копошение и затяжной обед. Маршрутка в момент домчала меня в нужный район. На лестничной площадке шелкнула замком соседка, осторожно выглянула. Убедившись, что я намереваюсь направиться в тетину квартиру, осторожно позвала:

— Молодой человек! Вы туда по делу?

— Я племянник Виктории Александровны…, — продолжать смысла не было, ибо соседка поспешно дверь захлопнула.

Пожав плечами, я вошел в прихожую.