Голубое небо Эбботс Виля лучилось благостной улыбкой полудня. Но покою приходил конец. В северном конце Депт Роуд нарождался гул…
Добавить в моё избранное
22 мин, 11 сек 606
Заставит месяц драить туалеты — будешь месяц драить туалеты. И никаких возражений.
Лора представила себе что тогда про неё скажут Оливия Блейн и компания. Стало мерзко, как после того последнего глотка абсента.
— Не печалься, это я сказал для примера, — Митч подошёл к двери. Его голос на миг стал совсем другим — глухим, не рождающим эха, а значит сказанное слышала лишь Лора.
— Есть разные способы искупить вину. Ты же знаешь это. Да, ангел?
Дверь захлопнулась, и Лора погрузилась в темноту. И всё-таки… всё-таки, как она ненавидит Оливию Блейн. Сколько лет Лора терпела её издевательства. Сколько лет она усмиряла гнев. И всё из-за маминых слов — нельзя отвечать злом на зло. Но, чёрт побери, больше ничем Лора не могла ответить. Игнорировать, только игнорировать как надоедливую муху. Но ведь всему наступает конец. И терпению тоже.
Лора закрыла глаза и перед мысленным взором пронеслась картина прошедшего дня. Толпа учеников, и среди них — Оливия Блейн. Высокомерное выражение лица, вздёрнутый нос, губы, произносящие: «Катись в ад». Сама катись в ад… будь ты… Лора остановила себя. Нет, даже в мыслях нельзя думать об этом! Но сердце всё ещё бешено билось, губы щерились в хищной ухмылке. И в голове били молоточки — убить, убить, убить.
Догадка ужалила сердце. Лора со страхом приблизилась к зеркалу, включила свет, раскрыла глаза — и увидела. Радужки нет, всё заполнила тьма. Теперь уснёшь — и всё, твоя воля тебе не принадлежит.
Как это произошло? Лора лихорадочно быстро скинула пижаму, натянула джинсы, майку, кеды, вышла в коридор, прикрыла за собой дверь, на цыпочках спустилась вниз. Возле кладовки замерла на миг — всё тихо, мама и Митч смотрят телевизор. Неужели Лора испортила всё, что они с мамой создавали долгие четырнадцать лет? Затуманив разум ненавистью… и теперь, теперь зверь получит её душу.
Попыталась успокоиться. Ей нет дела до глупой Оливии. Она выше детских обид… выше… Лора резко вздрогнула. Когда она подумала о высоте, по телу побежали мурашки предвкушения. Она представила себе высоту крыш и глубину звёздного неба.
Сама не понимая, что делает, Лора приоткрыла дверь, нашла тайник — ключ на месте, открыла ящик и спрятала бутылку с остатками абсента в кармане брюк. Внезапный порыв заставил её тихонько рассмеяться. Глупая — и чего она боится? Пора встретиться лицом к лицу с ночью. Хватит запретов.
У чёрного входа притормозила. Над дверью висел ловец снов. Лору он не остановит — толкнула дверь, и набрав полную грудь воздуха, шагнула на улицу. В этот же миг, дверь с размахом захлопнулась за спиной, но Лора не услышала ничего, кроме протяжного воя. Тело вновь вздрогнуло, как это бывает во сне, и она поняла, что что-то не так.
Дура, как есть дура, попалась на такую глупую удочку. Ты только потому и была жива до сих пор, что защита не позволяла взглядам Низших видеть дом. А теперь, когда ты сама отказалась от покровительства магии… вот только теперь и начиналась настоящая охота. Но сама ли ты вышла на улицу? Этот взгляд, рисующий глубину неба… кто соблазнил тебя высотой? Кто выманил тебя в сгущающиеся сумерки, где дороги живых и мёртвых сплетаются в одну?
Наудачу попыталась открыть дверь — тщетно, теперь ты на другой стороне света, застряла на теневых путях — между миром живых и миром фантомов. И вот беда — фантомы, в отличие от людей, умеют выходить на теневые пути. Беззвучная смерть — ибо люди не слышат крики, раздающиеся в толще тьмы. Теперь мама не услышит, даже если Лора бросит в окно кирпич. Кричи не кричи, кирпича не заметит никто.
Пошарила в кармане — и оставалось лишь выругаться. Телефон, конечно, оставила у кровати. И забрать машину Митча тоже не представляется возможным — ворота закрыты, да и Лора не доверяла отчиму. Не нравились ей его недомолвки, косые взгляды, будто он мог догадываться о их с мамой тайне. Той, которая была причиной побега из Фортресс Тауна.
Тайна эта была связана с гибелью отца Лоры, человека, потерявшего всё — имя, семью, душу… Да, Эрис Райт был магом. Сам того не ведал. А для мага неведение — самая большая беда. Ведь тогда не ведаешь лиц друзей и врагов. Не знаешь, где истинный путь — и где путь искушения. Никогда не знаешь кто захочет воспользоваться твоей силой. И какой платой обернётся твоя беспечность.
Эрис Райт мог стать магом и сам не знал, на что соглашается, когда в один день странный звонок раздался в его квартире. Мягкий, завораживающий голос впервые позвал Эриса. И Эрис откликнулся. Он прозябал в бедности, ничто не удавалось ему, все начинания обрывались неудачами. А голос сказал, что всего за пять свечей, принесённых из собора Троицы, Эрис получит богатство. Глупая затея — Эрис думал, что это шутка его друзей. Сначала злился, потом выл от бессилия, а потом решил — чем чёрт не шутит, что он теряет? Пять свечей стоят сущие копейки… так он получил богатство. Началась полоса везения. Райта повысили на работе.
Лора представила себе что тогда про неё скажут Оливия Блейн и компания. Стало мерзко, как после того последнего глотка абсента.
— Не печалься, это я сказал для примера, — Митч подошёл к двери. Его голос на миг стал совсем другим — глухим, не рождающим эха, а значит сказанное слышала лишь Лора.
— Есть разные способы искупить вину. Ты же знаешь это. Да, ангел?
Дверь захлопнулась, и Лора погрузилась в темноту. И всё-таки… всё-таки, как она ненавидит Оливию Блейн. Сколько лет Лора терпела её издевательства. Сколько лет она усмиряла гнев. И всё из-за маминых слов — нельзя отвечать злом на зло. Но, чёрт побери, больше ничем Лора не могла ответить. Игнорировать, только игнорировать как надоедливую муху. Но ведь всему наступает конец. И терпению тоже.
Лора закрыла глаза и перед мысленным взором пронеслась картина прошедшего дня. Толпа учеников, и среди них — Оливия Блейн. Высокомерное выражение лица, вздёрнутый нос, губы, произносящие: «Катись в ад». Сама катись в ад… будь ты… Лора остановила себя. Нет, даже в мыслях нельзя думать об этом! Но сердце всё ещё бешено билось, губы щерились в хищной ухмылке. И в голове били молоточки — убить, убить, убить.
Догадка ужалила сердце. Лора со страхом приблизилась к зеркалу, включила свет, раскрыла глаза — и увидела. Радужки нет, всё заполнила тьма. Теперь уснёшь — и всё, твоя воля тебе не принадлежит.
Как это произошло? Лора лихорадочно быстро скинула пижаму, натянула джинсы, майку, кеды, вышла в коридор, прикрыла за собой дверь, на цыпочках спустилась вниз. Возле кладовки замерла на миг — всё тихо, мама и Митч смотрят телевизор. Неужели Лора испортила всё, что они с мамой создавали долгие четырнадцать лет? Затуманив разум ненавистью… и теперь, теперь зверь получит её душу.
Попыталась успокоиться. Ей нет дела до глупой Оливии. Она выше детских обид… выше… Лора резко вздрогнула. Когда она подумала о высоте, по телу побежали мурашки предвкушения. Она представила себе высоту крыш и глубину звёздного неба.
Сама не понимая, что делает, Лора приоткрыла дверь, нашла тайник — ключ на месте, открыла ящик и спрятала бутылку с остатками абсента в кармане брюк. Внезапный порыв заставил её тихонько рассмеяться. Глупая — и чего она боится? Пора встретиться лицом к лицу с ночью. Хватит запретов.
У чёрного входа притормозила. Над дверью висел ловец снов. Лору он не остановит — толкнула дверь, и набрав полную грудь воздуха, шагнула на улицу. В этот же миг, дверь с размахом захлопнулась за спиной, но Лора не услышала ничего, кроме протяжного воя. Тело вновь вздрогнуло, как это бывает во сне, и она поняла, что что-то не так.
Дура, как есть дура, попалась на такую глупую удочку. Ты только потому и была жива до сих пор, что защита не позволяла взглядам Низших видеть дом. А теперь, когда ты сама отказалась от покровительства магии… вот только теперь и начиналась настоящая охота. Но сама ли ты вышла на улицу? Этот взгляд, рисующий глубину неба… кто соблазнил тебя высотой? Кто выманил тебя в сгущающиеся сумерки, где дороги живых и мёртвых сплетаются в одну?
Наудачу попыталась открыть дверь — тщетно, теперь ты на другой стороне света, застряла на теневых путях — между миром живых и миром фантомов. И вот беда — фантомы, в отличие от людей, умеют выходить на теневые пути. Беззвучная смерть — ибо люди не слышат крики, раздающиеся в толще тьмы. Теперь мама не услышит, даже если Лора бросит в окно кирпич. Кричи не кричи, кирпича не заметит никто.
Пошарила в кармане — и оставалось лишь выругаться. Телефон, конечно, оставила у кровати. И забрать машину Митча тоже не представляется возможным — ворота закрыты, да и Лора не доверяла отчиму. Не нравились ей его недомолвки, косые взгляды, будто он мог догадываться о их с мамой тайне. Той, которая была причиной побега из Фортресс Тауна.
Тайна эта была связана с гибелью отца Лоры, человека, потерявшего всё — имя, семью, душу… Да, Эрис Райт был магом. Сам того не ведал. А для мага неведение — самая большая беда. Ведь тогда не ведаешь лиц друзей и врагов. Не знаешь, где истинный путь — и где путь искушения. Никогда не знаешь кто захочет воспользоваться твоей силой. И какой платой обернётся твоя беспечность.
Эрис Райт мог стать магом и сам не знал, на что соглашается, когда в один день странный звонок раздался в его квартире. Мягкий, завораживающий голос впервые позвал Эриса. И Эрис откликнулся. Он прозябал в бедности, ничто не удавалось ему, все начинания обрывались неудачами. А голос сказал, что всего за пять свечей, принесённых из собора Троицы, Эрис получит богатство. Глупая затея — Эрис думал, что это шутка его друзей. Сначала злился, потом выл от бессилия, а потом решил — чем чёрт не шутит, что он теряет? Пять свечей стоят сущие копейки… так он получил богатство. Началась полоса везения. Райта повысили на работе.
Страница 3 из 7
