В переулке было темно — уличные фонари если когда-то и горели, теперь служили только декорацией на сцене небольшого провинциального театра, зрителями которого еженощно становились жители двух кирпичных домов. Дома стояли друг напротив друга на расстоянии трех метров, что создавало необходимые условия для проведения досуга. Если кто-нибудь из жильцов жалел денег на занавески, его личная жизнь становилась достоянием города. Например, в тихие субботние вечера можно было сидеть в кресле у окна со стаканом пива в руке и наблюдать за развитием половой жизни Вари, продавщицы рыбного отдела в местном супермаркете. Продавщица явно подрабатывала, такого количества любовников у дамы с ее данными быть просто не могло. Она все время старалась отмыться — то ли от клиентов, то ли от рыбы, поэтому регулярно щеголяла по квартире в поисках полотенца. Находила его и долго растиралась, потрясая крупной грудью.
Добавить в моё избранное
19 мин, 0 сек 14693
Вы их все знаете.
— Касторкин тоже? — Гете поднял голову.
Терьер кивнул. Гете горестно выругался. Классик вспомнил пожилого бомжа, бывшего доктора. Тот ругался сначала, говорил: какая касторка, я рентгенолог, кандидат наук! — но потом махнул рукой и остался Касторкиным. Они все здесь из таких. Из породы людей, которые рано или поздно махнули на себя рукой. Касторкин был из алкоголиков, с красным, словно обожженным кислотой лицом.
— Касторкин, Шмакля… Омнибус и Салфетка — все мертвы.
Теперь застонал Пьеро. У него что-то было романтическое с Салфеткой — если Терьер король, то Пьеро всегда был для Салфетки рыцарем. Делился с ней найденными вещами, опекал ее. А один раз — Классик сам видел — Пьеро с Салфеткой сидели рядом и по очереди отхлебывали из пластиковой бутылки синюю жидкость. В руке бомжихи был зажат почти целый красный леденец.
— Вечная память нашим братьям и сестре, — сказал Терьер.
— Помолимся, чтобы… просто помолимся.
А теперь вспомним, зачем мы здесь.
Мы — сталкеры. Мы проникаем во враждебный город, находим то, что нам нужно, и исчезаем, пока нас не заметили. Человечество устроило пикник на обочине, а мы подбираем остатки. Но от того, сколько бутылок мы соберем, зависит будущее. К сожалению, не так много артефактов, которым мы можем найти применение. Мы еще столького не знаем. Компрессор, наш ученый, ведет исследования, но ему еще многое предстоит выяснить.
Компрессор важно кивнул. Когда-то он был инженером на заводе. А, может быть, просто психом, разбиравшим все механизмы, какие попадались ему в руки. И он действительно проводил странные опыты с бутылками.
— Придет день, и тысячи тысяч «артефактов», собранных нами, откроют нам дорогу к потерянному Авалону. Мы вырвемся отсюда. Когда мы найдем Грааль… с виду это обычная бутылка из-под «Жигулевского», из коричневого стекла… самая обычная… Грааль, который станет ключом к дороге между звезд… Теперь он валит в одну кучу Стругацких с артуровским циклом, автоматически отметил учитель литературы, все еще сидящий где-то в глубине Классика.
— Сдать надо эти бутылки, и все, — сказал Сила. Тревожное молчание.
Терьер поднялся. Величественно, как и подобает королю. С его одежды посыпался мусор, глаза горели холодным огнем.
— Ты в третий раз прервал меня, Сила.
— И чо? — огромный бомж тоже выпрямился. Он оказался на голову выше короля.
— Ты знаешь, что означает третий раз, — спокойно сказал Терьер. Все кивнули. Классик огляделся: похоже, он единственный не знал. Терьер помедлил, потом медленно произнес: — Ты хочешь сам стать королем?
Сила ухмыльнулся, показав гнилые зубы.
— А чо? Я запросто… В следующее мгновение он упал на землю, взвыл от боли. Терьер ударил так быстро, что огромный бомж не успел ничего сделать. Терьер схватил сумку, и раскрыл ее над лежащим — с грохотом и звоном полетели бутылки. Сила пытался закрыться руками от стеклянного водопада и мычал.
Терьер отбросил сумку, подхватил с земли пивную бутылку и размахнулся. Раз! Классик моргнул. Терьер разбил бутылку о скамейку, в руке у него оказалась зеленая «розочка».
— Держите его!
Успевшего подняться Силу повалили на землю. Классик держал правую руку Силы, чувствуя, как под пальцами напрягаются могучие мышцы. Да он меня порвет, подумал Классик. Глаза застилал пот.
Король сел на Силу верхом, улыбнулся:
— Поединок закончен. В качестве извинений я заберу твой глаз, если ты не против.
Терьер поднял «розочку» к глазу Силы, тот забился, но бомжи держали крепко. Сила зажмурился. Терьер провел«розочкой» по щеке Силы — от глаза до челюсти, оставив рваные царапины. Потекла кровь, Сила заорал, рванулся. Заррраза! Классика отбросило в сторону, он больно ударился о землю.
— Открой глаза. Открой, не бойся.
Сила открыл глаза. Кровь размазалась у него по грязной щеке, текла, впитывалась в густую бороду. Он затравленно замычал.
— Чтобы стать королем, Сила, тебе придется надеть голову короля. Для тебя это единственный способ, — Терьер оглядел насупившегося, окровавленного бродягу и засмеялся:
— А то твоя, похоже, совсем никуда не годится. Отпустите его.
Силу отпустили. Он поднялся и стоял, ссутулившись и сжимая кулаки, среди бродяг.
— Я отпускаю тебя. Помни, где-то здесь бродит темный король. Будь осторожней, Сила. И не возвращайся.
Бродяга, нагнув голову, прошел между ними — они расступались. Вскоре он исчез за оградой парка.
Больше Классик его не видел. Впрочем, в темного короля Классик верил слабо. В маньяка — почему нет? Сейчас таких хватает. Через какое-то время после ухода Силы перестали приходить Гете и Пьеро, потом исчез Компрессор. В последний раз, когда Классик виделся с Терьером, тот был мрачен и сказал, что им обоим нужно лечь на дно. Куда лечь? — Классик удивился.
— Касторкин тоже? — Гете поднял голову.
Терьер кивнул. Гете горестно выругался. Классик вспомнил пожилого бомжа, бывшего доктора. Тот ругался сначала, говорил: какая касторка, я рентгенолог, кандидат наук! — но потом махнул рукой и остался Касторкиным. Они все здесь из таких. Из породы людей, которые рано или поздно махнули на себя рукой. Касторкин был из алкоголиков, с красным, словно обожженным кислотой лицом.
— Касторкин, Шмакля… Омнибус и Салфетка — все мертвы.
Теперь застонал Пьеро. У него что-то было романтическое с Салфеткой — если Терьер король, то Пьеро всегда был для Салфетки рыцарем. Делился с ней найденными вещами, опекал ее. А один раз — Классик сам видел — Пьеро с Салфеткой сидели рядом и по очереди отхлебывали из пластиковой бутылки синюю жидкость. В руке бомжихи был зажат почти целый красный леденец.
— Вечная память нашим братьям и сестре, — сказал Терьер.
— Помолимся, чтобы… просто помолимся.
А теперь вспомним, зачем мы здесь.
Мы — сталкеры. Мы проникаем во враждебный город, находим то, что нам нужно, и исчезаем, пока нас не заметили. Человечество устроило пикник на обочине, а мы подбираем остатки. Но от того, сколько бутылок мы соберем, зависит будущее. К сожалению, не так много артефактов, которым мы можем найти применение. Мы еще столького не знаем. Компрессор, наш ученый, ведет исследования, но ему еще многое предстоит выяснить.
Компрессор важно кивнул. Когда-то он был инженером на заводе. А, может быть, просто психом, разбиравшим все механизмы, какие попадались ему в руки. И он действительно проводил странные опыты с бутылками.
— Придет день, и тысячи тысяч «артефактов», собранных нами, откроют нам дорогу к потерянному Авалону. Мы вырвемся отсюда. Когда мы найдем Грааль… с виду это обычная бутылка из-под «Жигулевского», из коричневого стекла… самая обычная… Грааль, который станет ключом к дороге между звезд… Теперь он валит в одну кучу Стругацких с артуровским циклом, автоматически отметил учитель литературы, все еще сидящий где-то в глубине Классика.
— Сдать надо эти бутылки, и все, — сказал Сила. Тревожное молчание.
Терьер поднялся. Величественно, как и подобает королю. С его одежды посыпался мусор, глаза горели холодным огнем.
— Ты в третий раз прервал меня, Сила.
— И чо? — огромный бомж тоже выпрямился. Он оказался на голову выше короля.
— Ты знаешь, что означает третий раз, — спокойно сказал Терьер. Все кивнули. Классик огляделся: похоже, он единственный не знал. Терьер помедлил, потом медленно произнес: — Ты хочешь сам стать королем?
Сила ухмыльнулся, показав гнилые зубы.
— А чо? Я запросто… В следующее мгновение он упал на землю, взвыл от боли. Терьер ударил так быстро, что огромный бомж не успел ничего сделать. Терьер схватил сумку, и раскрыл ее над лежащим — с грохотом и звоном полетели бутылки. Сила пытался закрыться руками от стеклянного водопада и мычал.
Терьер отбросил сумку, подхватил с земли пивную бутылку и размахнулся. Раз! Классик моргнул. Терьер разбил бутылку о скамейку, в руке у него оказалась зеленая «розочка».
— Держите его!
Успевшего подняться Силу повалили на землю. Классик держал правую руку Силы, чувствуя, как под пальцами напрягаются могучие мышцы. Да он меня порвет, подумал Классик. Глаза застилал пот.
Король сел на Силу верхом, улыбнулся:
— Поединок закончен. В качестве извинений я заберу твой глаз, если ты не против.
Терьер поднял «розочку» к глазу Силы, тот забился, но бомжи держали крепко. Сила зажмурился. Терьер провел«розочкой» по щеке Силы — от глаза до челюсти, оставив рваные царапины. Потекла кровь, Сила заорал, рванулся. Заррраза! Классика отбросило в сторону, он больно ударился о землю.
— Открой глаза. Открой, не бойся.
Сила открыл глаза. Кровь размазалась у него по грязной щеке, текла, впитывалась в густую бороду. Он затравленно замычал.
— Чтобы стать королем, Сила, тебе придется надеть голову короля. Для тебя это единственный способ, — Терьер оглядел насупившегося, окровавленного бродягу и засмеялся:
— А то твоя, похоже, совсем никуда не годится. Отпустите его.
Силу отпустили. Он поднялся и стоял, ссутулившись и сжимая кулаки, среди бродяг.
— Я отпускаю тебя. Помни, где-то здесь бродит темный король. Будь осторожней, Сила. И не возвращайся.
Бродяга, нагнув голову, прошел между ними — они расступались. Вскоре он исчез за оградой парка.
Больше Классик его не видел. Впрочем, в темного короля Классик верил слабо. В маньяка — почему нет? Сейчас таких хватает. Через какое-то время после ухода Силы перестали приходить Гете и Пьеро, потом исчез Компрессор. В последний раз, когда Классик виделся с Терьером, тот был мрачен и сказал, что им обоим нужно лечь на дно. Куда лечь? — Классик удивился.
Страница 2 из 6
