Ангелочек

Не глядя по сторонам, бросилась к двери, столкнулась с дворецким. Помчалась прочь, но сильные руки схватили её плечи.

— Прошу, успокойтесь. Хозяйка ждёт вас, — невозмутимо тихо сказал слуга.

— Зайдите к ней, не пожалеете.

Так захотелось выругаться, послать дворецкого с хозяйкой и её сыном… А деньги? Ведь не за репетиторство же ей платили. За то, чтобы поиграть на нервах. Именно за такой вот случай — напугать до смерти. Почему это произошло сегодня? Наверное, карлице даже в голову не стукнуло: Лина может так вымотаться, зарабатывая учительские копейки, что тотчас заснёт в тёпле и духоте. Не будет глазеть по сторонам, пялиться в зеркало. А просто отключится в кресле. Оставить такое безнаказанным? Да никогда. И Лина, получив конверт, отправилась в будуар этой чёртовой Ксении.

Карлица возлежала на диване, запрокинув голову с компрессом. Её клювообразный нос и челюсти казались ещё более деформированными. Кофе не предполагался. Вместо него на столике — толстенькая пачка. Лина возьмёт её только в качестве прощального подарка.

— Мой Вадим — особенный мальчик, — загнусавила Ксения.

— Он такой непредсказуемый, фонтанирует идеями, как гейзер.

Лина невежливо хмыкнула.

— Вы даже представления не имеете, как он мне достался! — выкрикнула Ксения и затрепыхалась, пытаясь сесть.

Лина не двинулась с места, чтобы помочь ей. А Ксения уже захлёбывалась слезами:

— Это из-за него я такая… Не верите? Всё расскажу. Мы с супругом были самой красивой парой в Смиренном логу. Все завидовали. А забеременеть не удалось. В лучших клиниках мира помочь не смогли. Измучили, истерзали. Жить не хотелось… Лина ухмыльнулась. Пусть хнычет балованная стерва. Ей не пришлось трогать холодные бабушкины щёки руками, скользкими от крови родителей. Всю ночь трястись от страха и мёрзнуть под кроватью, опасаясь «тёмной», которую сговорились устроить «подруги» ни за что — просто ради веселья. Загибаться от голодной рези в желудке, потому что старшаки отняли ужин, заставляя мыть полы в спальне вне очереди.

— Приятельница, у которой была такая же проблема, уехала в Конго. Вернулась и через год родила. Сколько всего я для неё сделала, чтобы узнать, как это удалось! Нужно было позволить духу великой Матери-Охотницы Айдалану занять моё тело. И на свет появился Вадим, но при этом словно вывернул меня наизнанку, — не умолкала Ксения.

— Но Айдалану пообещала, что сделает мой облик прежним! Нужны лишь преданность да небольшие жертвы… Слёзы и сопли подсохли на её корявой, будто обожжённой, коже, глаза лихорадочно загорелись. Карлица продолжила с пафосом:

— Я узнала и счастье, и трудности материнства. Сын — весь мой мир, моя душа. Но люди не принимают его таким, какой он есть. Ангелина, помогите нам! Не отворачивайтесь от тех, кто нуждается в вас! Айдалану… то есть я, щедро вознагражу!

Лина слушала с всё возрастающим интересом. Так-так-так… Возможно, этот чудеснорождённый Вадим вообще не способен не только к обучению, но и общению. Даже опасен для окружающих. А мамаша обеспечивает видимость воспитания, создаёт условия гораздому на пакости сынку. Холит и лелеет монстра. Ну что ж… дальнейшие Линины услуги и молчание будут Ксении дорого стоить. Очень дорого.

Лина хорошо подготовилась к вечеру среды. Дворецкий откровенно залебезил перед нею, зеркало исчезло из комнаты. Лина уселась в кресло, зажав в руке платок с ампулой нашатыря. Похоже, она сегодня не понадобится — тщательно скрытый кондиционер бесшумно гнал потоки холодной свежести.

Минуты текли одна за другой. Лина внимательно рассматривала комнату. Всё как всегда. Но ведь где-то должна быть спрятана техника для создания голограммы? Иначе увиденное в зеркале станет загадкой, которая способна перекосить все Линины планы. Что её ожидает? Газ или падение в какой-нибудь люк?

Со стороны игрушечного замка донеслись странные звуки — словно кто-то бил в крохотный барабан. Все окна были темны, кроме самой высокой башенки. Там пылал красный дьявольский свет.

Лина поднялась. Медленно, осторожно ступая по ковру, направилась к игрушке.

В освещённой башенке метались какие-то тени.

И что должно произойти? Короткое замыкание и пожар? Лина поискала глазами шнур, шедший от замка к розетке. Вот он, прикрыт курчавым половичком, имитировавшим лужайку. Нагнулась и с силой дёрнула. В тот же миг удар в затылок погасил сознание.

Как беспощадно громко гремят барабаны. Кажется, что горячий смрадный воздух вибрирует им в такт.

Больно даже разомкнуть веки, не то что шевельнуться.

Под саднящим затылком, лопатками и ягодицами — ровная твёрдая поверхность, а вот ступни свободны. Похоже, она лежит на столе. Руки связаны — Лина глянула сквозь трепетавшие ресницы — шнуром от игрушечного замка.

Всё же попалась ублюдку в лапы. Но пусть не радуется. Только откуда этот жар?