Двери

Так я никому и не рассказала о встрече с привидением. Да, честно говоря, начала и сама сомневаться, не приснилось ли мне оно?

Долгое время потом я вздрагивала каждый раз, когда приоткрывалась одна из дверей. Но ничего необычного не происходило.

Когда мы встретились с нашим другом, я ненавязчиво упомянула встречу с соседки Мартой и поинтересовалась, не рассказывала ли тётя подобное и ему.

— Чертовщина ей чудилась… Странное что-то виделось… Знаешь, не хочется вспоминать, — неохотно ответил друг. Я не настаивала, чувствуя, что тема эта для него не только неприятна, но болезненна — он очень любил тётку.

Одной ночью — муж снова работал в ночную, а я дремала с включенной настольной лампой — дверь в спальню открылась. Я проснулась от тихого скрипа, открыла глаза и застыла. Перед кроватью стоял тот самый мальчик.

— Мне страшно, — тихо прошептал он.

«Мне тоже», — подумала я и, в надежде, что это очередной кошмар, внутренне приказала себе проснуться.

Словно почувствовав моё настроение, маленький незванец скривил губы, готовый зареветь, и растворился в воздухе прямо перед моими глазами.

Паралич, сковавший меня, отпустил лишь через несколько секунд. Наверное. Мне они показались часами. Я вскочила, готовая бежать, не зная куда. Но предыдущий опыт научил меня быть осторожней. Да и был уже далеко не вечер, когда ещё можно постучаться к соседям, а глубокая ночь.

Безумно захотелось услышать человеческий голос, но телефон мужа не отвечал, а все друзья, наверняка уже спали. Кому можно позвонить в час ночи? Смутно вспомнилось, что существует телефон доверия, сонная идея, лишённая всякой логики. Но я пошла в кабинет, чтобы поискать номер в сети, попутно зажигая свет во всём доме. Пока компьютер загружался, я включила радио в кухне, а потом и телевизор в гостиной. Нейтральные голоса внесли немного оживления, мои руки почти перестали дрожать.

Когда я заняла место перед светящимся монитором, то идея искать телефон доверия показалась мне полным бредом. Пальцы на секунду зависли над клавиатурой, а потом сами собой ввели в окошко поиска мой актуальный адрес. Оставалось удивляться, почему я не додумалась до этого раньше.

Понадобилось почти полчаса, чтобы найти в потоках бесполезной информации интересные факты. Вернее, единственным, что обещало стать ниточкой к разгадке, стала небольшая заметка в местной газете. В статье не был указан номер дома и имена замешанных, но, похоже, речь шла о той самой «неблагополучной семье», которую упомянула Марта.

Много лет назад на нашей улице был обнаружен мёртвый ребёнок, причина смерти не известна. Под подозрение попала мать (отец не упоминался) пострадавшего. Как минимум, ей грозило обвинение в пренебрежении родительскими обязанностями. Но оказалось, что женщина психически больна и не подсудна. Больше никаких подробностей. Только небольшое интервью с местным пастором, который назвал женщину «заблудшей душой» и каялся, что, зная психическую неустойчивость своей прихожанки, не смог предвидеть и предотвратить несчастный случай.

Живёт в моём доме приведение того самого ребёнка? Мистическое предположение показалось сильно преувеличенным в свете короткого и приземлённого текста заметки. Я выключила компьютер и вернулась в гостиную, где всё ещё горел свет и бодро вещал что-то телевизор.

Не смотря на поздний час шёл какой-то мультик. На полу перед аппаратом сидел уже знакомый мне мальчик. Он направил на меня серьёзный взгляд своих заплаканных глаз и растворился в воздухе.

Наверное, я просто устала бояться. Чувство, охватившее меня, напоминало больше обморок, чем страх, и я прислонилась к косяку двери, чтобы не упасть.

На следующий день я пошла в небольшую церквушку, находившеюся пару улиц дальше. Даже не знаю, зачем. Пастор, давший интервью наверняка давно там не работает, если вообще ещё жив. Но желание, предпринять хоть что-нибудь, побуждало к действиям. К тому же очень сильно хотелось поделиться хоть с кем-то своими переживаниями. А служители церкви — тот же телефон доверия, разве нет?

Мне повезло, церковь оказалась совершенно безлюдной, кроме пожилого мужчины, который возился с свечами вблизи алтаря. В помещении царила торжественная тишина, и я старалась ступать по возможности неслышно, но даже шорох шагов разнёсся эхом, привлекая внимание к моей скромной персоне.

Мужчина обернулся, поприветствовал меня дружелюбно и замер в ожидании.

— Я ищу пастора, — неловко промямлила я.

— Пастор Шульц, — протянул мне руку мужчина и рассмеялся, заметив недоумение, с которым я окинула взглядом потёртые джинсы и клетчатую рубашку.

— Предпочитаю носить сутану только а торжественных случаях, — объяснил он.

Я безразлично пожала плечами, пусть так. Внезапно мне захотелось развернуться и уйти. Я просто не знала, как начать разговор о том, что меня занимало, с этим одетым в джинсы незнакомым человеком.