Киизбай и царские дочери

Лишь когда весь народ прошел, оставил он овец на своего верного пса, а сам достал три волоска, что каурый конь подарил, да перекусил самый длинный волос. Тут же конь появился. Вскочил было Киизбай верхом, но конь сдернул его зубами за ногу на землю и говорит:

— Зайди под меня с левой стороны, с правой выйди. Прошел под конем Киизбай — сам себя узнать не может: таким красавцем стал да таким разодетым! Сел Киизбай верхом на коня и прямо к царскому дворцу поскакал. По дороге обгоняет старших братьев.

— Здравствуй, Елкибай! Здравствуй, Киикбай! — кричит.

Диву даются братья;

— Гляди-ка, — говорят,-знают и нас, оказывается. А на майдане перед царским дворцом народу больше вчерашнего. Тут выходит на балкон царь и объявляет:

— Кто зятем мне хочет стать, тот в борьбе победить всех должен. Таково второе мое условие.

Началась борьба. Отошел Киизбай в сторонку, сжег волосок, каурый конь-тулпар объявился.

— Что делать будем?— спрашивает Киизбай.

— Садись на меня верхом, — отвечает тулпар. Примчались они на берег какого-то озера, велел каурый Киизбаю в озеро трижды нырнуть. Тот так и сделал и стал сильнее всех на свете. На майдане, когда он вернулся, борьба уж закончилась. Всех егетов, оказывается, одни пеклеван переборол. Стоит ждет решения судей. Старший царский везир спрашивает у народа:

— Есть еще кто-нибудь желающий схватиться с пехлеваном?

— Есть!— кричит Киизбай и выходит в круг. Пехлеван посмотрел на него и рассмеялся:

— Совсем парень рассудка лишился. Ну ладно, давай бороться. Но только не обижайся, если калекой на всю жизнь останешься!— говорит.

Схватились они. Оторвал Киизбай пехлеван а от земли да как швырнет вверх! А когда падал пехлеван вниз и готов был вот-вот разбиться о землю, поймал его батыр и к майдану лопатками припечатал. Дивится народ:

— Вот так батыр! Никогда такого ещё не было! За эту победу был награжден Киизбай платком, на котором имя царевны вышито. Взял он этот платок, вскочил на каурого тулпара и был таков. Вернулся домой и снова как ни в чем не бывало овец пасет.

И опять никто не узнал, кто этот самый сильный борец.

На третий день решил Киизбай снова к царскому дворцу отправиться. Сжег волосок от челки саврасого коня — и явился тулпар перед ним. Вскочил на него Киизбай,, но конь сдернул его зубами за ногу на землю и говорит:

— Пройди между моими передними ногами; между задними выйди.

Прошел под конем Киизбай — краше прежнего стал, сам себя не узнает. Поскакал к царскому дворцу, по дороге братьев обгоняет, кричит им:

— Здравствуй, Елкибай! Здравствуй, Киикбай! Удивляются они опять не узнав брата.

— Гляди-ка.

— говорит, — знают и нас, оказывается.

Прискакал Киизбай на майдан перед царским дворцом. Л там — шум. гам! Но вот вышел царь на балкон и заявил:

— Третье состязание обьявлю, когда откроется батыр, что в беге и в борьбе победителем вышел. Он должен быть среди вас. Пусть все подымут вверх две руки.

Все обе руки подняли, а Киизбай — только одну: на другой-то руке у него ведь кольцо царевнино было! Увидел это царь и кричит:

— А ты, егет, почему одну только руку поднял?

— Не могу я ее поднять, вывихнул я руку, — отвечает.

— Приведите-ка сюда этого парня!— приказал царь везирам.

Схватили Киизбая, подвели к царю. Проверили на руке кольцо, в кармане платок, а на нем имя царевны. Средняя царская дочь как увидела Киизбая, сразу ] влюбилась в него.

— Так это ты в беге и борьбе победил?— спрашивает царь.

— Это не я, это мой старший брат Елкибай.

Велел царь привести Елкибая. Киизбаи незаметно ткнул его в бок, на ногу наступил и говорит:

— Забирай свое кольцо, забирай платок, бери свою одежду!

Отдал все брату, а царю объясняет:

— Это я у него отобрал. Виноват я.

— Правда ли это?-спрашивает царь у Елкибая.

— Правда, — отвечает тот.

— Ну, раз так, отдаю тебе свою старшую дочь. На этом состязания заканчиваются. А этого грабителя в тюрьму закрыть!

Так стал Елкибай нежданно-негаданно царским зятем. А Киизбая в тюрьму посадили.

С того дня как старшую дочь царь замуж выдал, стала средняя дочь бледнеть, худеть — заболела от тоски. Вызвал тогда царь гадалку. Та говорит:

— Плохи дела, но помочь беде можно. Есть такое средство. Пусть твоя дочь каждое утро по яблоку съедает из тех. что на яблоне в твоем саду растут. Яблок сама пусть выбирает.

И стал тогда царь каждый вечер среднюю дочь а с выводить я яблока помечать, которые ей приглянулись. Но каждый рай наутро пропадали эти яблоки: какая-то птица прилетала и уносила помеченные яблоки. Снова вызвал тогда царь гадалку. Та говорит:

— Убить надо птицу. Если через сень дней не убьешь я не дашь дочери яблока, умрет она.