Киизбай и царские дочери

Разослал царь гонцов во все концы земли, велел лучшим стрелкам ко двору явиться. Кто птицу убьет, за того среднюю дочь выдать обещал. Никому из стрелков не удалось птицу застрелить. Собрал царь своих везиров, велел узнать, нет ли в царстве еще какого стрелка.

— Может быть, тот, что в тюрьме сейчас сидит, из хороших стрелков, — сказали везиры.

— Других нет больше.

Послал царь везиров в тюрьму. Киизбай им говорит:

— Какой из меня стрелок? Вот у меня брат есть, Киикбай, тот настоящий стрелок. Только если меня рядом с ним не будет, он промахнуться может.

Поскакали везиры за Киикбаем, а тот отнекивается:

— Какой я стрелок, отстаньте от меня. Настоящий стрелок в тюрьме сидит — мой младший брат.

Но везиры все равно схватили его и во дворец поволокли. Потом в тюрьму пришли и говорят Киизбаю.'

— Выходи! Доставили мы Киикбая, будешь рядом стоять, когда он стрелять станет.

— Не выйду я, — отвечает Киизбай, — ведите брата сюда, пусть через окошко отсюда стреляет.

Вручили Киикбаю лук со стрелами и в тюрьму отвели. Увидел он младшего брата и заплакал.

— Не плачь, брат, — говорит Киизбай.

— Сейчас я собью эту вредную птицу, а ты скажешь, что сам подстрелил.

Прицелился и выстрелил. Птица и свалилась. Обрадовался царь и велит меткого стрелка к себе доставить.

— Отдаю, — говорит, — среднюю дочь за тебя, нам и обещал.

Стала по утрам средняя дочь есть яблоки, что сама выбрала. День ото дня все справней становится, красивее и красивее. На седьмой день и вовсе выздоровела.

И вот однажды говорит Киикбай брату своему Елкибаю:

— Сделал нас с тобой Киизбай царевыми зятьями, а сам в тюрьме сидит. Надо выручать его.

— Я и сам давно думаю о том, — отвечает Елкибай. Однако не успели братья спасти Киизбая. Продал его царь проезжим купцам, те заперли его в железный сундук и увезли. Помчались братья следом. Через три дня догоняют они обоз, что на берегу речки отдохнуть остановился. Сидят купцы, чай льют.

— Вы кто такие? — спрашивают у них братья.

— Мы купцы-торговцы. А вы кто будете?

— А мы разбойники, — отмечают. Перепугались купцы.

— Вам.

— говорят они братьям, — тоже на ту сторону перебираться надо. Кого же вы аждахе отдадите? Ведь он за переправу жертву требует — человека.

Спрашивают братья:

— А вы кого же аждахе отдавать собираетесь?

— У нас, — говорят, — есть откуп. Мы его вот в этом сундуке возим.

Открыли сундук, а там Киизбай лежит. Проснулся, встал, потянулся, глаза протер — братья перед ним. Обрадовались, обнялись. А купцы вовсе растерялись, не знают, что делать. Немного погодя Киизбай спрашивает у них:

— Ну что? Наелись, напились?

— Наелись, напились.

— Вот и хорошо. Аждаха сытеньких любит.

Взял и перекидал купцов на другой берег, где аждаха лежал. Слугу, что за купцовыми лошадьми присматривал, оставил. Говорит ему:

— Вот из этих шести возов один себе забери, второй к отцу нашему в аул доставишь, а с четырех других весь товар встречным беднякам раздашь. Не исполнишь — голову оторву!

А слуга рад, благодарит Киизбая, все исполнить клянется. И в дорогу отправился.

Когда остались братья одни, Елкибай говорит:

— Сделал ты нас с Киикбаем царевыми зятьями. За это тебе спасибо. Пора и тебе человеком становиться. Надо теперь для тебя младшую дочь заполучить.

— Совет твой хорош, — отвечает Киизбай.

— Я подумаю. Вы сейчас к женам своим возвращайтесь, а я дня через три-четыре, как только белый свет объеду, вернусь.

Достал из кармана два конских волоска и сжег один. Тут же перед ним саврасый тулпар явился. Прошел Киизбай меж передним к ногами тулпара, меж задними вышел и таким красавцем обернулся, что братья диву дались и узнать никак не могут. Вскочил Киизбай на коня и говорит:

— Это один из тех коней, что к дальнему болоту соль лизать приходили.

— Щелкнул плетью и с глаз пропал. Братья как стояли, так и остались с разинутыми ртами стоять.

Через четыре дня вернулся Киизбай во дворец. Никто его, кроме братьев, узнать, конечно, не может. А он еще красивей стал, здоровей. И одежда на нем такая богатая, что и царю не снилась. Вошел он в царский сад, а там два молодив сидят, тоже, как и он, красивы.

— Вы чего здесь сидите?

— Да вот ждем, когда младшая царская дочь выйдет. А ты чего пришел?

— Я тоже царскую дочь жду. Мы с ней здесь встретиться договорились как раз в это время.

И вот выходит царская дочь в сад на прогулку вместе с царем. Поравнялись они с кавалерами, царь и спрашивает у дочери:

— Который из них тебе во сердцу?

Оглядела царская дочь егетов: все красивы, все статны.

— Все трое по сердцу, — говорит.