— Где-нибудь неподалеку есть железная дорога?
Добавить в моё избранное
14 мин, 18 сек 16631
Пальцы Кристинки непроизвольно сомкнулись у меня на запястьи, и я тихонько вскрикнула от неожиданности. Мигом спустя головы всех пассажиров жуткого поезда синхронно, рывком, повернулись к окнам. И я онемела от ужаса — прямо на нас, именно на нас, несмотря на то, что мы были сокрыты кустами, холодно и беспристрастно, без каких-либо эмоций смотрели белесые, без век и ресниц, без зрачков и радужки, мертвые глаза. Десятки пар мертвых глаз.
Уже не таясь, мы с сестрой громко закричали и что было сил, крепко держась за так и не расцепленные руки, бросились в лес. Бежали, не обращая внимания на колючие ветки, хлеставшие по лицам, разбивая их в кровь, на шипы, режущие ноги. Ужас гнал нас, и мне все казалось, что холодные руки мертвецов тянутся к нам, догоняя, и вот-вот нас схватят. Я где-то потеряла один шлепанец, но вспомнила об этом только когда мы, запыхавшись, вылетели на большой пляж. Люди с удивлением провожали недоуменными взглядами двух исцарапанных девушек, умудрившихся в тот день приобрести россыпь седых волос в пышных шевелюрах.
Присутствие людей несколько приободрило нас и привело в чувство. Молча, не говоря ни слова, боясь разлепить губы и разрыдаться, мы подошли к воде и через нее пешком добрались до той части берега, где оставили свои вещи.
Я устало осела на песок и закрыла голову руками. Плакать не хотелось — слезы не шли. Я боялась закрыть их и снова увидеть эти страшные лица за запыленным окном поезда… Кристинка молчала, и только по тому, как сыпался из ее пальцев нервно перебираемый песок, я знала о ее присутствии рядом.
Прошло не меньше часа, прежде чем я смогла поднять голову и посмотреть на нее. Теплый песок и горячее летнее солнце постепенно согревали обмороженные ужасом души, пение птиц над головой и стрекотание кузнечиков в камышах напоминали нам, что мы живы и все опять в порядке.
Как и было раньше.
А может, ничего этого вообще не было?
В глазах Кристины стоял тот же вопрос.
Я неопределенно пожала плечами и принялась осторожно вытаскивать из пятки большой шип, застрявший в ней. Кристина спустилась к воде чтобы смыть кровь с лица, рук и ног. Глядя, как она плещется, я подумала, что и мне было бы неплохо искупаться.
Когда мы, наконец, наплескались вдоволь, умудрившись переругаться, то поняли, что время уже подходит к пяти часам вечера, а следы наших переживаний постепенно притупились. Теперь мы могли все обдумать на так сказать трезвую голову.
— Чертов поезд-призрак, — усмехнулась сестра.
— Не думала, что увижу когда-нибудь такое!
— Если только мы не перегрелись и нам не привиделась всякая ерунда, — мой рациональный мозг отказывался верить в реальность произошедшего.
Сестра презрительно плюнула на песок в мою сторону.
— Чушь городишь! Если кому и напекло, так это тебе! Как такое могло привидеться сразу двоим? Скажешь, что ты ничего не видела? А?А?
— Я не знаю, что я видела, — призналась я.
— Зато я знаю, — в голосе Кристины дрожала обида.
— Много ты знаешь! — в сердцах прикрикнула я на нее.
— Уж побольше твоего! — в ответ я получила очередной тычок в бок.
— Да пошла ты!
— Сама пошла, дура!
Разозлившись, Кристинка вскочила на ноги.
— Ненавижу тебя! И не вздумай за мной ходить!
Раздраженно ударив по песку ногой, моя дражайшая сестренка со всех ног кинулась в лес.
— Ну и черт с тобой! — заорала я ей вслед.
— И пусть тебя этот гребаный поезд с собой заберет! Осточертела ты мне, до самых печенок!
Прежде чем скрыться за деревьями, Кристинка показала мне средний палец.
Да ну ее в пень. Еще я за ней бегать должна, что ли?
Я валялась на теплом песочке и наслаждалась вечерним солнцем. Так хотелось лежать, лежать и никуда не уходить… Где-то вдалеке раздался гудок электровоза.
Сердце сжалось на этом кошмарном звуке и оборвалось. Кристина убежала примерно минут двадцать назад, с ней что угодно могло случиться!
Господи, какая же я идиотка! Как я, старшая сестра, смогла просто так отпустить младшую туда, где… Что там могло произойти, мне не хотелось представлять. Очень не хотелось.
Надеясь, что еще не поздно, я бросилась босиком к деревьям.
И снова я не замечала, что подзажившие царапины на моих ногах снова кровоточат, растравленные новыми порезами. Я мчалась вперед, стараясь вспомнить, куда мы в прошлый раз с Кристиной вышли. Я колесила по небольшому, в принципе, лесочку, но это чертово поле все никак не хотело находиться!
Совсем отчаявшись, я все-таки вылетела к перрону, только немного с другой стороны. Прямо передо мной стоял поезд-призрак, такой же, как и в прошлый раз. Только теперь в нем никто больше не сидел. Предчувствуя очень плохое, я завернула за последний вагон, стараясь не прикасаться к его отвратительно воняющему могилой ржавому боку.
Уже не таясь, мы с сестрой громко закричали и что было сил, крепко держась за так и не расцепленные руки, бросились в лес. Бежали, не обращая внимания на колючие ветки, хлеставшие по лицам, разбивая их в кровь, на шипы, режущие ноги. Ужас гнал нас, и мне все казалось, что холодные руки мертвецов тянутся к нам, догоняя, и вот-вот нас схватят. Я где-то потеряла один шлепанец, но вспомнила об этом только когда мы, запыхавшись, вылетели на большой пляж. Люди с удивлением провожали недоуменными взглядами двух исцарапанных девушек, умудрившихся в тот день приобрести россыпь седых волос в пышных шевелюрах.
Присутствие людей несколько приободрило нас и привело в чувство. Молча, не говоря ни слова, боясь разлепить губы и разрыдаться, мы подошли к воде и через нее пешком добрались до той части берега, где оставили свои вещи.
Я устало осела на песок и закрыла голову руками. Плакать не хотелось — слезы не шли. Я боялась закрыть их и снова увидеть эти страшные лица за запыленным окном поезда… Кристинка молчала, и только по тому, как сыпался из ее пальцев нервно перебираемый песок, я знала о ее присутствии рядом.
Прошло не меньше часа, прежде чем я смогла поднять голову и посмотреть на нее. Теплый песок и горячее летнее солнце постепенно согревали обмороженные ужасом души, пение птиц над головой и стрекотание кузнечиков в камышах напоминали нам, что мы живы и все опять в порядке.
Как и было раньше.
А может, ничего этого вообще не было?
В глазах Кристины стоял тот же вопрос.
Я неопределенно пожала плечами и принялась осторожно вытаскивать из пятки большой шип, застрявший в ней. Кристина спустилась к воде чтобы смыть кровь с лица, рук и ног. Глядя, как она плещется, я подумала, что и мне было бы неплохо искупаться.
Когда мы, наконец, наплескались вдоволь, умудрившись переругаться, то поняли, что время уже подходит к пяти часам вечера, а следы наших переживаний постепенно притупились. Теперь мы могли все обдумать на так сказать трезвую голову.
— Чертов поезд-призрак, — усмехнулась сестра.
— Не думала, что увижу когда-нибудь такое!
— Если только мы не перегрелись и нам не привиделась всякая ерунда, — мой рациональный мозг отказывался верить в реальность произошедшего.
Сестра презрительно плюнула на песок в мою сторону.
— Чушь городишь! Если кому и напекло, так это тебе! Как такое могло привидеться сразу двоим? Скажешь, что ты ничего не видела? А?А?
— Я не знаю, что я видела, — призналась я.
— Зато я знаю, — в голосе Кристины дрожала обида.
— Много ты знаешь! — в сердцах прикрикнула я на нее.
— Уж побольше твоего! — в ответ я получила очередной тычок в бок.
— Да пошла ты!
— Сама пошла, дура!
Разозлившись, Кристинка вскочила на ноги.
— Ненавижу тебя! И не вздумай за мной ходить!
Раздраженно ударив по песку ногой, моя дражайшая сестренка со всех ног кинулась в лес.
— Ну и черт с тобой! — заорала я ей вслед.
— И пусть тебя этот гребаный поезд с собой заберет! Осточертела ты мне, до самых печенок!
Прежде чем скрыться за деревьями, Кристинка показала мне средний палец.
Да ну ее в пень. Еще я за ней бегать должна, что ли?
Я валялась на теплом песочке и наслаждалась вечерним солнцем. Так хотелось лежать, лежать и никуда не уходить… Где-то вдалеке раздался гудок электровоза.
Сердце сжалось на этом кошмарном звуке и оборвалось. Кристина убежала примерно минут двадцать назад, с ней что угодно могло случиться!
Господи, какая же я идиотка! Как я, старшая сестра, смогла просто так отпустить младшую туда, где… Что там могло произойти, мне не хотелось представлять. Очень не хотелось.
Надеясь, что еще не поздно, я бросилась босиком к деревьям.
И снова я не замечала, что подзажившие царапины на моих ногах снова кровоточат, растравленные новыми порезами. Я мчалась вперед, стараясь вспомнить, куда мы в прошлый раз с Кристиной вышли. Я колесила по небольшому, в принципе, лесочку, но это чертово поле все никак не хотело находиться!
Совсем отчаявшись, я все-таки вылетела к перрону, только немного с другой стороны. Прямо передо мной стоял поезд-призрак, такой же, как и в прошлый раз. Только теперь в нем никто больше не сидел. Предчувствуя очень плохое, я завернула за последний вагон, стараясь не прикасаться к его отвратительно воняющему могилой ржавому боку.
Страница 3 из 4
