Черновики, не вошедшие в Тень над Иннсмаутом

Рифом Дьявола называют они его. Большую часть времени он выступает из воды, но все равно его вряд ли можно назвать островом. Так вот, поговаривают, что изредка на этом рифе можно видеть целый выводок, племя этих самых дьяволов — сидят там вразвалку или шастают взад вперед возле пещер, которые расположены в верхней его части. На вид это довольно неровное, словно изъеденное, место примерно в миле от берега. В старину, говорят, моряки здоровенный крюк делали, только бы не приближаться к нему. И на капитана Марша они зуб имеют, вроде бы, потому, что он якобы иногда по ночам во время отлива высаживался на этом рифе. Возможно его чем-то интересовало это скалистое образование, но люди болтают, что Марш вел там беседы с демонами.

Было это все еще до большой эпидемии 1846 года, когда больше половины жителей Иннсмаута эвакуировали. Никто тогда толком не понял, в чем там было дело, скорее всего, какую-то заморскую болезнь привезли из Китая или еще откуда. Возможно, чума унесла лучшую кровь в Иннсмауте. Во всяком случае, сейчас там не много народу живет, не более 500-600. Богатые Марши выглядят также плохо, как и все. Мне лично представляется, что люди эти — всего лишь «белый мусор», как выражаются у нас на юге, — бесчестные, коварные, любят все тайком делать, втихую. Ловцы омаров, большей частью вывозят их грузовиками. И никто никогда не может толком проследить за перемещением этих людей, школьные инспектора и сотрудники переписи населения, бывало, с ног сбиваются.

В общем, будь я на вашем месте, ни за что не отправился бы туда на ночь глядя. Сам я там ни разу в жизни не был, и никакого желания не имею ехать к ним в гости. Впрочем, думаю, днем вам там будет довольно безопасно, хотя здешние жители стали бы вас отговаривать даже и от такой поездки. Но, раз уж вы такой любитель всяких достопримечательностей и прочей старины, то Иннсмаут — это как раз то, что вам нужно.

После разговора с кассиром часть вечера я провел в публичной библиотеке Ньюбэрипорта, пытаясь отыскать дополнительную информацию об Иннсмауте. Попытавшись расспрашивать местных жителей в магазинах, закусочных, гаражах и на бензоколонках, я обнаружил, что на все мои расспросы они реагируют даже более странно, чем предсказывал кассир, а потому решил не тратить время на попытки преодолеть их инстинктивную скрытность. Они проявляли какую-то подозрительность.

Заглянув в местное отделение «Христианского союза молодежи», я поговорил с клерком, который и вовсе стал отговаривать меня от поездки в это мрачное, гнетущее место; да и люди в библиотеке высказывали, в общем-то, такое же мнение, называя Иннсмаут местом всеобщего вырождения.

Исторические справочники округа Эссекс также оказались весьма малоинформативными, за исключением справки, что Иннсмаут был основан в 1643 году, до Революции был известен как оживленный порт. В начале девятнадцатого века там располагалась крупная военно-морская база, а впоследствии в городе сохранилась лишь небольшая фабрика, работавшая на энергии Мануксета. Столь же скудной была информация о том упадке, в который пришла жизнь города в дальнейшем, хотя в целом данное обстоятельство не подвергалось сомнению. После Гражданской войны вся промышленная активность ограничивалась лишь деятельностью золото-очистной компании Марша на Нижних водопадах, а торговля золотыми украшениями была единственным их занятием. Немного иностранцев, в основном поляки и португальцы, проживали в южной оконечности города Местные финансы находились в плачевном состоянии, и если бы не фабрика Марша, город мог бы считаться банкротом.

Я видел много буклетов, каталогов, календарей с фотографиями золотоочистной фабрики Марша в библиотечном отделе, посвященном бизнесу, и осознал, насколько необычным и уникальным в своем роде было это производство. Драгоценности и украшения, которые они продавали, были так изящны, так тонко выкованы, что никто не сомневался, что как минимум на последней стадии производства какой-то мастер прилагал к ним руку. Некоторые из полутоновых изображений особенно глубоко тронули меня, необычный дизайн свидетельствовал о таком неестественном гении, что трудно предположить, откуда к нему могло прийти вдохновение.

Было легко поверить написанному в одном буклете, что эти украшения любили приобретать личности с изощренным вкусом, и некоторые образцы выставлялись в музеях современного искусства. Большие по размеру изделия преобладали — браслеты, тиары и замысловатые подвески, но кольца и меньшие вещи были бесчисленны. Рельефные узоры — частично традиционные, частично с любопытными сюжетами на морскую тему, имели потрясающую самобытность и были совсем не похожи на культуру народов и эпох, которые я знал. Эта особенность «не от мира сего» была подчеркнута и необычным сплавом, который сверкал разными оттенками. Что особенно заинтересовало меня в этих изображениях — почти диспропорциональность — и я решил посмотреть какие образцы есть в Иннсмауте, в его магазинах и музеях.