Этот октябрь выдался на редкость мерзопакостным. Поблёкшие проспекты тонули в холодных осадках; вязким болотом мокрая листва под ногами создавала ощущение топи. Хмурились серые лица молчаливых прохожих, каждый из которых впал в свою собственную осеннюю депрессию. Не стал исключением и молодой человек, что сидел всю дорогу, прильнув к исцарапанному окошку вечернего трамвая: измождённый всепоглощающей распутицей, его разум кричал, мечась в четырёх стенах своей ментальной клети, однако лицо человека продолжало сохранять унылую невозмутимость.
Добавить в моё избранное
111 мин, 38 сек 2508
Слыша лишь едва различимую дробь дождевых капель по подоконнику, повидавший много чего на своём веку Децин безвольно уставился в округлившиеся от ужаса воспоминаний голубые глаза Валентина.
«Девушка в красном шарфе» — едва ли не шёпотом ответил тому Лозинский.
Обдумывая услышанное, крупный мужчина продолжал смотреть пациенту в глаза, и когда вновь поднёс сигарету ко рту, одной затяжкой выкурил треть.
«Вот как… — психотерапевт устало потёр переносицу, предчувствуя, что разговор и впрямь затянется.»
— Полагаю, теперь мне следует услышать подробности. Вы можете закурить, если хотите«.»
Валентин проигнорировал это предложение. Сложив руки на животе, блондин опустил веки и попытался собрать цепь событий воедино. Впрочем, здесь уже без вводных слов было не обойтись.
«Знаете, после посещения ваших приёмов мне вновь захотелось жить»… Со времени той страшной автокатастрофы, перечеркнувшей жизнь молодого человека, минуло полгода, прежде чем он снова смог вздохнуть полной грудью, как в прямом, так и в переносном смысле. Оставив позади угрюмые больничные палаты, ставший уже привычным кабинет психолога Децина и многочисленные заседания суда, по решению его судьбы, мужчина впервые за долгое время ощутил себя свободным. Свободным, но таким опустевшим, исполосованным фантомными ранами, как изъеденное термитами дерево.
Психотерапевт Николай Иванович совершил настоящее чудо, сумев вдохнуть в уничтоженное горечью потери сердце стремление к жизни, но не в его силах было сделать то, что подвластно одному только времени — сгладить острейшие углы кошмарных воспоминаний. В трагической гибели людей, по собственному убеждению водителя, был виновен он один, однако проведённая авто-техническая экспертиза выявила обратное: сотрудники техцентра допустили в своей работе грубые нарушения, результатом которых и стал отказ тормозной системы полугодовалого автомобиля. Заключение бессердечных присяжных, прозвучало дико даже для самого Валентина: «в меру своих возможностей владелец транспортного средства предпринял все необходимые меры, во избежание более тяжких последствий. В ином случае, потери могли быть куда выше».
Примерно так. На протяжении всей судебной тяжбы адвокат Валентина даже не утруждалась с поиском доказательств, прекрасно понимая, что в этом процессе они победители. Итог — суд полностью оправдал Валентина. Вот только почувствовал ли Лозинский облегчение, выходя из зала суда без конвоя, сгорая заживо под взглядами краснеющих глаз родственников бедолаг, что стояли злополучным вечером на остановке, ожидая последнего в своей жизни автобуса? Ощутил ли ту долгожданную свободу, оставшись один во всём мире, потеряв единственную, с которой собирался связать свою жизнь узами брака? Ответ был очевиден.
Через несколько недель после освобождения из-под следствия, Валентин выполнил последнюю циничную формальность нашей государственности, — уплатил штраф за превышение скорости, зафиксированный камерой при въезде в город. Это окончательно подорвало человека. Получалось, жизнь троих человек стоила полторы тысячи рублей, по «пятисотке» на брата? Такого не снилось ещё ни одной правовой стране мира.
Зачастую, в своём поведении Валентин был непробиваемым эгоистом, но он никогда не относился к числу бездушных мерзавцев, танцующих на костях своих жертв. Терзаемый мыслью о том, что он теперь, пусть и невольный, но всё же — убийца, лишивший жизни нескольких молодых человек, Валентин предпринял попытку извиниться перед их семьями. Именно поэтому, собрав все свои средства, оставшиеся после лечения и похорон любимой Марины, так и не успевшей стать Лозинской, он разузнал адреса родителей погибших под колёсами его «Форда» людей и выслал им всё, что сумел собрать. В письме, он выразил свои соболезнования близким несчастных жертв, не смея оправдывать себя. Вложив в эти строки всю свою измученную душу, Лозинский даже не был уверен в том, что их прочтут до конца, не разорвав после первых же строк… впрочем, передвигаясь по своей опустевшей квартире исключительно на костылях, Валентин был не в силах сделать для них что-либо большее.
Со временем, его самочувствие улучшилось, чему несомненно способствовала поддержка родственников и близких друзей, устроивших едва ли не паломничество в его квартиру. Мысли об осознании всей тяжести последствий его решений тем далёким вечером постепенно отпустили человека, перестали занимать в разуме главенствующее положение, ослабили свой убийственный гнёт. Однако преодолев свои страхи перед возмездием за непредумышленное убийство, Валентин так и не справился с диким подсознательным страхом перед автомобилями. После всего пережитого он не то что бы боялся сесть за руль, — его бросало в пот от одной лишь мысли о том, что сейчас ему предстоит сесть на место пассажира и проехать несколько кварталов. Голова начинала идти кругом, перед глазами тут же возникали образы приближающегося бензовоза, слышался звон разбитого стекла, свист покрышек, предсмертные крики любимой…
«Девушка в красном шарфе» — едва ли не шёпотом ответил тому Лозинский.
Обдумывая услышанное, крупный мужчина продолжал смотреть пациенту в глаза, и когда вновь поднёс сигарету ко рту, одной затяжкой выкурил треть.
«Вот как… — психотерапевт устало потёр переносицу, предчувствуя, что разговор и впрямь затянется.»
— Полагаю, теперь мне следует услышать подробности. Вы можете закурить, если хотите«.»
Валентин проигнорировал это предложение. Сложив руки на животе, блондин опустил веки и попытался собрать цепь событий воедино. Впрочем, здесь уже без вводных слов было не обойтись.
«Знаете, после посещения ваших приёмов мне вновь захотелось жить»… Со времени той страшной автокатастрофы, перечеркнувшей жизнь молодого человека, минуло полгода, прежде чем он снова смог вздохнуть полной грудью, как в прямом, так и в переносном смысле. Оставив позади угрюмые больничные палаты, ставший уже привычным кабинет психолога Децина и многочисленные заседания суда, по решению его судьбы, мужчина впервые за долгое время ощутил себя свободным. Свободным, но таким опустевшим, исполосованным фантомными ранами, как изъеденное термитами дерево.
Психотерапевт Николай Иванович совершил настоящее чудо, сумев вдохнуть в уничтоженное горечью потери сердце стремление к жизни, но не в его силах было сделать то, что подвластно одному только времени — сгладить острейшие углы кошмарных воспоминаний. В трагической гибели людей, по собственному убеждению водителя, был виновен он один, однако проведённая авто-техническая экспертиза выявила обратное: сотрудники техцентра допустили в своей работе грубые нарушения, результатом которых и стал отказ тормозной системы полугодовалого автомобиля. Заключение бессердечных присяжных, прозвучало дико даже для самого Валентина: «в меру своих возможностей владелец транспортного средства предпринял все необходимые меры, во избежание более тяжких последствий. В ином случае, потери могли быть куда выше».
Примерно так. На протяжении всей судебной тяжбы адвокат Валентина даже не утруждалась с поиском доказательств, прекрасно понимая, что в этом процессе они победители. Итог — суд полностью оправдал Валентина. Вот только почувствовал ли Лозинский облегчение, выходя из зала суда без конвоя, сгорая заживо под взглядами краснеющих глаз родственников бедолаг, что стояли злополучным вечером на остановке, ожидая последнего в своей жизни автобуса? Ощутил ли ту долгожданную свободу, оставшись один во всём мире, потеряв единственную, с которой собирался связать свою жизнь узами брака? Ответ был очевиден.
Через несколько недель после освобождения из-под следствия, Валентин выполнил последнюю циничную формальность нашей государственности, — уплатил штраф за превышение скорости, зафиксированный камерой при въезде в город. Это окончательно подорвало человека. Получалось, жизнь троих человек стоила полторы тысячи рублей, по «пятисотке» на брата? Такого не снилось ещё ни одной правовой стране мира.
Зачастую, в своём поведении Валентин был непробиваемым эгоистом, но он никогда не относился к числу бездушных мерзавцев, танцующих на костях своих жертв. Терзаемый мыслью о том, что он теперь, пусть и невольный, но всё же — убийца, лишивший жизни нескольких молодых человек, Валентин предпринял попытку извиниться перед их семьями. Именно поэтому, собрав все свои средства, оставшиеся после лечения и похорон любимой Марины, так и не успевшей стать Лозинской, он разузнал адреса родителей погибших под колёсами его «Форда» людей и выслал им всё, что сумел собрать. В письме, он выразил свои соболезнования близким несчастных жертв, не смея оправдывать себя. Вложив в эти строки всю свою измученную душу, Лозинский даже не был уверен в том, что их прочтут до конца, не разорвав после первых же строк… впрочем, передвигаясь по своей опустевшей квартире исключительно на костылях, Валентин был не в силах сделать для них что-либо большее.
Со временем, его самочувствие улучшилось, чему несомненно способствовала поддержка родственников и близких друзей, устроивших едва ли не паломничество в его квартиру. Мысли об осознании всей тяжести последствий его решений тем далёким вечером постепенно отпустили человека, перестали занимать в разуме главенствующее положение, ослабили свой убийственный гнёт. Однако преодолев свои страхи перед возмездием за непредумышленное убийство, Валентин так и не справился с диким подсознательным страхом перед автомобилями. После всего пережитого он не то что бы боялся сесть за руль, — его бросало в пот от одной лишь мысли о том, что сейчас ему предстоит сесть на место пассажира и проехать несколько кварталов. Голова начинала идти кругом, перед глазами тут же возникали образы приближающегося бензовоза, слышался звон разбитого стекла, свист покрышек, предсмертные крики любимой…
Страница 8 из 33
