Визит чёрного человека

— Обращайтесь, как хотите, за свою жизнь я сменил столько имён, что и сам теперь не знаю: как меня зовут?

— А вот теперь давайте представим, ну чисто гипотетически, что я поверил в весь тот бред, который вы мне тут несёте, и согласился на ваше предложение. Ну, в качестве абсурда давайте это обсудим. И если я похож на вас того, в те далёкие годы вашей первой молодости, то значит лет через 200 — 300, я буду таким же в точности как вы сейчас, и рассуждать буду точно так же? Да никогда в жизни! Клянусь… — Не клянитесь, мальчишка! — перебил его ночной гость, — Вы не исполните ни одной своей клятвы, поверьте моему жизненному опыту. Все мы, и смертные и бессмертные, — рабы Рока. И вы станете не таким, каким хотите быть, а таким, как вам на роду написано, потому что «не во власти идущего давать направление стопам своим». Эта фраза из Библии. А эта книга постарше будет нас с вами. Что же до того, что я хочу сделать вас своим приемником… — Да! К чему вам приемник? Нашли бы себе любого другого умирающего и умирали бы себе на здоровье. Неужели у вас нет детей? Что, прожив почти 500 лет, вы разве не были ни разу женаты?

— Был ли я женат? — глумливо присвистнул незнакомец, — Недалёкий смертный, у меня было жён четыре или пять десятков.

— Ого! И долго вы были с каждой из них?

— Достаточно, чтобы желать друг другу смерти. И если в обычной жизни среднестатистическая жена изменяет мужу от силы-то всего раз 15-20, то представьте себе какой бы перечень супружеских неверностей скопился бы у бессмертной, награди я этим даром хоть одну из них. К счастью, мне не пришло в голову подобной глупости. Встречались, правда, среди моих жён и святоши, но те сами донимали меня своей ревностью. Одни считали, что я колдун, и боялись меня. Другие напротив, надеялись с этого что-то поиметь, другие зарились на моё богатство. Некоторые слишком меня любили, но просто бесили своей глупостью. И в обыденной жизни любая жена может опротиветь своему мужу. Представьте себе, что бы было с вечно живущей супругой. Подобный мутант смог бы измазать дёгтем 1000 медовых бочек и истощить терпение верблюда.

По мере того, как Сен-Фаль говорил, его лицо всё больше приобретало выражение презрения и невыразимой усталости.

— И что, за 500 лет вам так и не встретилось приличной девушки?

— Всего лишь раз, — грустно признался ночной гость, — это было прелестное создание, красивое, словно фея, нежное и трогательное. И что самое удивительное, и редко встречается у женщин, была к тому же ещё и умна.

— И что?

— Она умерла, пока я странствовал. И не успел ей дать жизненную эссенцию. Я был за тысячи километров, когда получил известие о её недомогании, а болезнь развивалась так быстро, что я не смог вернуться во время, хотя загнал до смерти семь лошадей. Властвуя над жизнью и смертью, я сам — всего лишь раб нелепого случая. Ну что ж, такова судьба. И рок не зря распорядился именно таким образом. Она была ангел, а ангелы не живут в этом мире.

— А дети? У вас же есть дети?

— Все мои дети были бездарны, развращены и тщеславны. И ни один из них не хотел продолжить моё дело. Тайны мироздания их не интересовали, а разврат и обжорство так пресытили их, что им самим хотелось умереть. Ирония судьбы! Природа отдыхает на детях гениев, а я, без ложной скромности, могу себя к ним причислить. Правда, я даровал бессмертие парочке из них. Но всё это кончилось плохо. Представьте, они абсолютно не знали, чем занять вечность. В конце концов, один из них сошёл с ума, потому что ему нечего было хотеть. А другой со скуки занялся волхованиями. Он вызывал злобных духов их низших слоёв астрала. Это были жуткие монстры, один вид которых вгонял в дрожь. К тому же они его и сожрали… Но, довольно болтовни, к делу. Теперь, когда я ответил вам на все ваши вопросы, сообщите и вы своё решение. Согласны ли вы на моё предложение? К сожалению, у вас нет времени на раздумье, потому что именно сегодня ночь лунного затмения, а до следующего вы можете и не дожить. Ваша кровь имеет для меня магическую силу только в эту минуту.

«А что, в конце концов, я теряю?» — подумал Андрей, вслух же сказал:

— Я согласен.

— По рукам! Преступим к процедуре. Но сначала подпишите необходимые бумаги.

— Всё— таки контракт?

— Куда же без бюрократии? Я, прежде всего, человек дела. Кровью скреплять не будем, чернила надёжнее. К тому же, и нотариусу это больше понравится. Распишитесь здесь, здесь и здесь… А теперь перейдём к фактической стороне дела. Дайте мне свою кровь.

— Берите, — дрожащим от волнения голосом произнёс Звягинцев.

«Вот уж не предполагал, что моя смерть кому-то понадобится», — про себя подумал он.

Сен-Фаль с ловкостью опытного хирурга разрезал ему палец скальпелем и собрал несколько капель его крови в колбу. Потом достал из портфеля прозрачную склянку в виде черепа и капнул немного в её содержимое.