Анималькули

Я рассеянно кивал, даже не осознавая, что собеседник всё равно меня не видит, потому как луч фонарика по-прежнему был направлен на скелет паукообразного великана. Честно говоря, то, что рассказывал Михаил Алексеевич про этих «анималькулей», казалось мне чистой воды фантазией. Как человек, не один год зарабатывающий поиском и описанием якобы сверхъестественного, я выработал иммунитет к подобным вещам. В конечном итоге все они хороши только для жадных до мистики потенциальных читателей моей будущей книги.— … Впрочем, выведенные Штокмайером создания были, увы, далеки от совершенства, — продолжал Михаил Алексеевич.

— Одной из проблем были их аморфные, лишённые костей тела. Передвигались они медленно, распластавшись по земле, удлиняя, а затем вновь сокращая тела. Но хитрый немец нашёл выход из положения! Гляньте-ка сюда!

При этих словах круг света немного сместился и остановился там, где у монстра должен был находиться сустав. Я наклонился, немного недоумевая, присмотрелся и тогда увидел нечто такое, что заставило меня резко выпрямиться и издать короткий нервный смешок: бедро и таз совершенно не подходили друг другу, в обе кости были вбиты или ввинчены металлические штыри, соединённые между собой почти превратившейся в ржавую труху толстой проволокой.

— Чёрт возьми! — сказал я, испытывая одновременно и облегчение, и разочарование.

— Так это всего лишь чучело!

— Разумеется! — послышался из темноты невозмутимый голос краеведа.

— Это кости коров, сложенные и собранные в… скажем так, паукообразную конструкцию. Голова — перевёрнутый бычий череп, а то, что вы наверняка приняли за клыки, — самые обыкновенные рога.

— Зачем?! — засмеялся я.

— Пугать обывателей? Неужели ваш доморощенный Парацельс занимался такой ерундой?!

— Отнюдь. Добыть бычьи кости было проще, чем человеческие, а, кроме того, Штокмайеру хотелось создать что-то необычное. Прихоть творца, если хотите. Он собрал скелет, облепил его своими созданиями, а когда они срослись, превратившись в некое подобие мышц, обучил своего монстра ходить. Поэтому все истории про огромных пауков, о которых вы упоминали — чистая правда… Была только одна загвоздка — эти скользкие твари, эти отродья Уббо-Сатлы, как и все создания, вызванные к жизни при помощи тёмных ритуалов, нуждались в человеческой плоти. Понимаете? Оно, — луч фонаря обежал вокруг лежащего скелета, — пожирало людей. Убивало излишне любопытного обывателя ударом копыта, а потом существа облепляли тело и потихоньку переваривали.

Краевед произнёс эти слова тем же спокойным голосом, каким часом ранее рассказывал мне об особенностях жизни рабочих на строгановских заводах, но у меня прямо-таки мороз по коже пробежал. И почему-то остро захотелось бежать из этого подвала прочь.

— Вы это всерьёз, Михаил Алексеевич? — тихо спросил я.

— А это уж как пожелаете! — был ответ.

— Скелет перед вами, а верить мне или нет — дело ваше. Но, с вашего позволения, я продолжу. Век гиганта был недолог: оказалось, что выращенные Штокмайером создания, скажем так, нестабильны. В том смысле, что их плоть быстро разлагалась под солнцем. Монстр прожил всего несколько дней, успев убить четверых, после чего заполз в одну из ночей в подвал, где и издох. Доктор же, воодушевлённый первым относительным успехом, вновь погрузился в поиски новых оккультных знаний. Изыскания продолжались почти двадцать лет… Вы же помните, что доктор хотел не просто поиграть в Творца и создать жизнь, но жизнь вечную? Эликсир бессмертия, в некотором смысле.

— Нашёл?

Из темноты послышался смешок.

— Нашёл! — в голосе Михаила Алексеевича почему-то звучала лёгкая ирония.

— Выведенное им новое поколение «анималькулей» не особо отличалось от своих предшественников. Они были чуть мельче, но зато, если их вовремя кормить и оберегать от прямого солнечного света, могли жить сколь угодно долго. А ещё они были умнее. Гораздо умнее. Это и сгубило неугомонного доктора.

— В смысле? — не понял я.

— Пишут, что он примкнул к белому движению во время гражданской, а затем эмигрировал куда-то в Европу. Разве нет?

— Пойдёмте, я покажу вам кое-что ещё! — сказал Михаил Алексеевич.

— Это будет завершение нашей экскурсии. Только аккуратней — на полу тут чёрте что навалено.

Он вновь повёл меня куда-то. Куда именно, определить было трудно, поскольку единственным ориентиром для меня был только прыгающий круг света, поэтому я уловил лишь то, что идём мы прямо, никуда не сворачивая.

Я изо всех сил старался не отставать, но идти быстро, не видя собственных ног, оказалось отнюдь не просто, поэтому, когда я нагнал своего проводника, тот уже стоял и обводил лучом пространство небольшого закутка. Когда фрагменты того, что выхватывал из темноты свет, сложились в голове в единую картину, я вновь обомлел. Аккуратно, один к одному, на полу лежали скелеты. Только не коровьи, а человеческие. Числом не менее тридцати. Передо мной было самое настоящее массовое захоронение.

Я не смог вымолвить ни слова, только шумно выдохнул.