Авраам (евр. ср. имя, засвидетельствованное в месопотамских клинописных текстах со 2-й половины 3-го тыс. до н. э., а также в обнаруженных в 1970-х гг. текстах из сирийской Эблы от 3-го тыс. до н. э.), в ветхозаветных преданиях избранник Яхве, заключивший с ним «завет» (союз), один из патриархов, родоначальник евреев и (через Измаила) арабов.
6 мин, 50 сек 4089
Согласно традиции, первоначально имел имя Ав-рам (в два слога), но в виде особой милости получил от бога прибавление к своему имени дополнительного слога (Быт. 17,5). Сын Фарры (Тераха), генеалогия которого возводится к Симу (Быт. 11), уроженец города Ура в Южной Месопотамии (библ. Ур Халдейский, см. Быт. 11, 28). Таким образом, предки Араама жили «за рекой»(за Евфратом) и были язычниками (Иис. Нав. 24, 2—3). Бог требует от него:«пойди из земли твоей, от родни твоей и из дома отца твоего, в землю, которую я укажу тебе» (Быт. 12, 1). В этом конкретном акте концентрируется весь драматизм разрыва с прежней жизнью, с инерцией родовых связей, ради доверия и преданности божеству.
Субъективная психология и умственная мотивировка религиозного «обращения» совершенно отсутствуют в библейском повествовании. Позднейшая традиция иудаизма стремилась заполнить этот пробел. Послебиблейские легенды изображают, например, как Авраам проходит через поиски высшего начала в мире стихий, но убеждается, что слава солнца ограничена временем дня, слава луны — временем ночи, что огонь гасится водой, вода — дар облаков, облака разгоняемы ветром и т. д. (распространённый фольклорный мотив отыскивания сильнейшего) — всё имеет свой предел, кроме бога-творца (талмудический комментарий к книге Бытия — «Берешит рабба» 38, 13 и др.), и Авраам в акте сознательного выбора предпочитает этого бога всем остальным сверхчеловеческим покровителям. Это ставит Араама в ситуацию конфликта с языческим миром, начиная с его собственной семьи (предполагается, что его отец был не только идолопоклонником, но и ваятелем идолов). Едва родившись, Авраам оказывается жертвой гонений со стороны Нимврода, устрашённого астрологическими предсказаниями, впоследствии Нимврод требует от Авраама поклониться идолам или самому Нимвроду, а за отказ бросает его в раскалённую печь, из которой Авраам вызволен богом (Пс.-Ионафан на Быт. 14, 1, и др.) (мотив печи, параллельный преданию о трёх отроках, в применении к Аврааму основан на игре слов или лексическом недоразумении, так как «Ур Халдейский» читается по-еврейски и как«огонь халдейский»). В этих легендах Авраам — прототип мученика веры, в других он выступает как прототип проповедника веры.
Пережив обращение, он пытается обратить своего отца, брата и домочадцев, за отказ уверовать весь дом сожжён огнём с небес, — рассказывает памятник позднеиудаистической апокалиптики «Откровение Авраама». В других текстах рисуется, как Авраам учил познанию бога мужчин, а жена его Сарра — женщин. Взгляд на Авраама, как на первого совершителя акта веры и постольку «отца верующих», воспринят христианством (Быт. 12, 3, Гал. 3, б—9). Как утверждает легенда, по велению Яхве Авраам на 75-м году жизни отправляется вместе с женой Саррой, племянником Лотом, с имуществом и своими людьми в Ханаан (Быт. 12, 5), где ведёт жизнь патриархального главы рода скотоводов-кочевников. Традиционные святыни Палестины (Сихем, Вефиль и т. д.) связываются библейским повествованием с маршрутами его кочевий и с местами новых откровений Яхве, неоднократно подтверждающего свою милость к нему. В голодное время Авраам переходит в Египет, где с наивной хитростью выдаёт Сарру за свою сестру, чтобы не быть убитым, когда фараон востребует её в свой гарем. Сарра действительно оказывается у фараона, но её целомудрие чудесно защищено богом, и напуганный фараон торопится осыпать опасных пришельцев дарами и выпроводить их из страны (12, 11—20). Раздел ареалов кочевий между Авраамом и Лотом закрепляет за Авраамом Ханаан, он поселяется у дубравы Мамре близ Хеврона и ставит там жертвенник Яхве (13, 7—18). Затем Авраам выступает как герой-воитель: во главе своих вооружённых слуг он успешно совершает поход против царя Элама и союзных с ним царей, чтобы освободить пленённого Лота (14, 14—16). По возвращении он получает от Мельхиседека жреческое благословение и дар хлеба и вина (для христианской традиции — прообраз причастия), отдавая ему как прототипу ветхозаветного священства десятую часть добычи (14, 18—20).
Субъективная психология и умственная мотивировка религиозного «обращения» совершенно отсутствуют в библейском повествовании. Позднейшая традиция иудаизма стремилась заполнить этот пробел. Послебиблейские легенды изображают, например, как Авраам проходит через поиски высшего начала в мире стихий, но убеждается, что слава солнца ограничена временем дня, слава луны — временем ночи, что огонь гасится водой, вода — дар облаков, облака разгоняемы ветром и т. д. (распространённый фольклорный мотив отыскивания сильнейшего) — всё имеет свой предел, кроме бога-творца (талмудический комментарий к книге Бытия — «Берешит рабба» 38, 13 и др.), и Авраам в акте сознательного выбора предпочитает этого бога всем остальным сверхчеловеческим покровителям. Это ставит Араама в ситуацию конфликта с языческим миром, начиная с его собственной семьи (предполагается, что его отец был не только идолопоклонником, но и ваятелем идолов). Едва родившись, Авраам оказывается жертвой гонений со стороны Нимврода, устрашённого астрологическими предсказаниями, впоследствии Нимврод требует от Авраама поклониться идолам или самому Нимвроду, а за отказ бросает его в раскалённую печь, из которой Авраам вызволен богом (Пс.-Ионафан на Быт. 14, 1, и др.) (мотив печи, параллельный преданию о трёх отроках, в применении к Аврааму основан на игре слов или лексическом недоразумении, так как «Ур Халдейский» читается по-еврейски и как«огонь халдейский»). В этих легендах Авраам — прототип мученика веры, в других он выступает как прототип проповедника веры.
Пережив обращение, он пытается обратить своего отца, брата и домочадцев, за отказ уверовать весь дом сожжён огнём с небес, — рассказывает памятник позднеиудаистической апокалиптики «Откровение Авраама». В других текстах рисуется, как Авраам учил познанию бога мужчин, а жена его Сарра — женщин. Взгляд на Авраама, как на первого совершителя акта веры и постольку «отца верующих», воспринят христианством (Быт. 12, 3, Гал. 3, б—9). Как утверждает легенда, по велению Яхве Авраам на 75-м году жизни отправляется вместе с женой Саррой, племянником Лотом, с имуществом и своими людьми в Ханаан (Быт. 12, 5), где ведёт жизнь патриархального главы рода скотоводов-кочевников. Традиционные святыни Палестины (Сихем, Вефиль и т. д.) связываются библейским повествованием с маршрутами его кочевий и с местами новых откровений Яхве, неоднократно подтверждающего свою милость к нему. В голодное время Авраам переходит в Египет, где с наивной хитростью выдаёт Сарру за свою сестру, чтобы не быть убитым, когда фараон востребует её в свой гарем. Сарра действительно оказывается у фараона, но её целомудрие чудесно защищено богом, и напуганный фараон торопится осыпать опасных пришельцев дарами и выпроводить их из страны (12, 11—20). Раздел ареалов кочевий между Авраамом и Лотом закрепляет за Авраамом Ханаан, он поселяется у дубравы Мамре близ Хеврона и ставит там жертвенник Яхве (13, 7—18). Затем Авраам выступает как герой-воитель: во главе своих вооружённых слуг он успешно совершает поход против царя Элама и союзных с ним царей, чтобы освободить пленённого Лота (14, 14—16). По возвращении он получает от Мельхиседека жреческое благословение и дар хлеба и вина (для христианской традиции — прообраз причастия), отдавая ему как прототипу ветхозаветного священства десятую часть добычи (14, 18—20).
Страница 1 из 3
