Бегун

Пойми, маленькая, не было у нас другого выхода. Этот гад засел на втором этаже, а у нас только трещотки и укрыться, как на зло, негде! Он бы нас по одному перещёлкал!.

Нет, ну не могу я на это смотреть!

Не подходи!! Она когда работает, ближе, чем на десять метров, никого, кроме меня, к себе не подпускает! Куда?! Стоять, Бекта! Стоять!!

Прямо в толпу! Там же полтора кило взрывчатки! Зажмуриться? А зачем? Зажмурься! Как тогда, помнишь? Зажмурься — легче будет!

Спустя вечность — удивлённо-пьяный возглас:

А куда собака-то делась?

Почему в глазах фейерверк? От взрыва? Но ведь не было никакого взрыва! А что было? А ничего не было!

У вас телефон надрывается!

Что?

Мобильник, говорю, уже с минуту трезвонит! — огрызнулся мужик, и ловко сколупнув пробку с очередной бутылки, задумчиво протянул:

— И всё же, куда собачка-то подевалась?

Номер незнакомый… Осторожно подношу трубку к уху:

Слушаю?

Слушаешь, сука?! Слушаешь!!!

Серега? Рвач?

Узнал, Бегун?

Но ты же… Сволочь ты, Бегун! Собачку пожалел? Попрощаться решил? На секундочку? А снайпер ждать не стал! Успел меня достать, успел! Знаешь, как больно умирать? Думаешь, пришёл на могилу, водки выпил и всё?

Серега! Серега! — ору во весь голос, но с той стороны вешают трубку.

Лихорадочно набираю номер.

Абонент недоступен, или находится вне зоны действия сети! — в женском голосе сквозит издёвка.

Мужик в очках обеспокоено заглядывает в лицо:

Вам плохо? Вы плачете?

Отмахиваюсь. Шаркающей походкой ползу вокруг метро. Под ногами шуршат листья. Ветер сыграл в свою орлянку, и теперь все они лежат решкой: ни одного жёлтого пятна.

Врач-югослав, ну теперь-то дашь монетку?!