Фандом: Изумрудный город. Менвит-зоолог Эль-Сун отправляется в автономную экспедицию к Большой реке изучать беллиорских крокодилов. В качестве связиста и помощника он арендует у начальника связи «Диавоны» Ра-Хора его личного раба и ассистента Лана. Что ожидает пришельцев — избранника и раба в лесах Гудвинии? Ведь пока они изучают местное зверьё, в Ранавире грядут нашествие мышей, Дни Безумия вещей и прочие«приятные» события канона!
274 мин, 43 сек 11919
— Ладно, убедил, проехали! — махнул он рукой. — Кстати, выражаю благодарность за героическое спасение экспедиционного снаряжения!
— Рад служить, господин… — слабо улыбнулся раб. И тихо, почти шёпотом, добавил:
— Хорошо, что в этот момент на мне или в карманах не было ничего из приборов!
— А могло быть? — заинтересовался зоолог.
— Я всё выложил в лагере перед уходом, господин. — Лан мотнул головой. — С этими моими сложными взаимоотношениями с хлипкими мостиками… В общем, такая страховка — уже давно отработанный алгоритм.
— Предусмотрительно! — согласился менвит, про себя думая, что час от часу этот раб всё больше и больше импонирует ему.
— Ты так и будешь торчать в воде? — поинтересовался он. — Давай, вылезай! Становится прохладно, а мне ещё не хватало, чтобы мой ассистент свалился с простудой!
— Да не свалюсь я, господин… — арзак улыбнулся и окинул оценивающим взглядом оставшиеся жёрдочки. — Мой господин приучил меня к закаливанию… Правда, в проруби зимой, как он, я так и не смог научиться купаться… Простужаюсь, это правда. Но ведь сейчас не зима…
Он легко подтянулся на руках и попытался вскарабкаться на мостки.
— Ку-уда?! — рявкнул Эль, и от этого рявка арзак испуганно вздрогнул и снова рухнул в воду, — Захотел снова оттуда загреметь? Сюда плыви и выходи там, где удобнее! На меня не обращай внимания — я подвинусь!
Протока была — шире некуда, двоим в ней места хватало с избытком, но раб почему-то смутился. Но повиновался. Безмолвно поднырнув под мостки, он рыбкой проскользнул мимо зоолога к самой кромке берега и, поднявшись во весь рост, побрёл на сушу.
— А теперь раздевайся и выжимай одежду! — приказал Эль-Сун. — Давай, давай, чего застыл, как изваяние в пустыне? Или мне вылезти и помочь?
— Нет, господин! — как-то очень быстро и испуганно вскрикнул раб, — Не надо, я сам!
Он начал торопливо сдирать с себя намокшую и прилипшую к телу одежду.
— Принцесса, блин… — проворчал Эль, тоже выбираясь на берег, — Нежная фиалка… И чего вы, арзаки, такие стеснительные? Совсем раздевайся, нечего тут в мокром ходить! — прикрикнул он, берясь за полотенце и вытираясь.
Арзак с ничего не выражающим лицом и закаменевшими скулами повиновался. После чего выпрямился во весь рост и замер, уронив к ногам мокрый свёрток. Лицо его по-прежнему оставалось безучастным, но на щеках алели пятна, а ресницы опущенных глаз чуть вздрагивали, выдавая его волнение.
Эль-Сун с профессионально-эстетическим любопытством окинул взглядом невысокую, но ладную фигуру раба с явственно заметной сухой и довольно рельефной мускулатурой.
— С твоей физухой, я так понимаю, тоже твой господин поработал? — спросил он.
— Д-да… — прошептал арзак. Кашлянул и добавил громче. — Да, господин. Каждое утро и вечер. Турники, кросс, плавание…
— Молодец твой хозяин! Ты, надо признать, в отличной форме! Ну, для арзака, конечно. Приятно смотреть!
Краснеть было уже некуда, однако, Лан ухитрился. Он умоляюще взглянул на бесцеремонно рассматривающего его менвита, но снова испуганно потупился под его пронзительным взглядом. Чуть вздрогнул, но с места не двинулся, даже не шевельнулся.
— Так, ладно, довольно эстетических наслаждений! — сказал Эль-Сун, подбирая с земли свою собственную одежду. — Сейчас в темпе бежим до лагеря. Тебе надо согреться. А потом я тобой займусь уже по-настоящему. Вперёд!
Арзак подхватил одежду и ботинки и рванул прочь от протоки с такой прытью, будто за ним гналось целое стадо крокодилов.
— Хренассе… — озадаченно пробормотал менвит, проводив его взглядом. — Вот это скорость!
И неспешно побежал следом, даже не потрудившись одеться и обуться.
«Вернёмся — спрошу у Ра-Хора, чего это его раб такой пугливый и стеснительный… Чуть что — краснеет и паникует, как девица в солдатской казарме!» — думал он по дороге.
Расстояние между лагерем и местом купания было совсем маленьким — так что Эль успел застать момент, как Лан нырнул под свой навес и затих там, завернувшись в спальник.
Менвит неторопливо, несмотря на довольно прохладный вечер и свежий ветерок, оделся и с полотенцем в руках подошёл к импровизированной арзакской палатке.
— Насчёт одеяла — это ты правильно, — заметил он. — Однако, ты весь мокрый. Хочешь и спальник замочить, а потом спать во всём влажном?
— Простите, господин… — понурился арзак, — Я… не подумал…
— Он не подумал! Где там твой шмотник? Сухое что-нибудь есть на смену? Бельё там, носки, свитер?
— Только бельё и носки, господин… и куртка…
Эль-Сун хотел было уже проехаться на тему непредусмотрительности некоторых пустоголовых арзаков… но вдруг вспомнил, что у рабов и вещей-то личных практически не было. Они и сами-то себе не принадлежали, какие там вещи!
— Мда… — хмыкнул он.
Раб смотрел на него снизу вверх с каким-то непонятным выражением на лице. Словно чего-то ждал и… боялся своих ожиданий.
— Рад служить, господин… — слабо улыбнулся раб. И тихо, почти шёпотом, добавил:
— Хорошо, что в этот момент на мне или в карманах не было ничего из приборов!
— А могло быть? — заинтересовался зоолог.
— Я всё выложил в лагере перед уходом, господин. — Лан мотнул головой. — С этими моими сложными взаимоотношениями с хлипкими мостиками… В общем, такая страховка — уже давно отработанный алгоритм.
— Предусмотрительно! — согласился менвит, про себя думая, что час от часу этот раб всё больше и больше импонирует ему.
— Ты так и будешь торчать в воде? — поинтересовался он. — Давай, вылезай! Становится прохладно, а мне ещё не хватало, чтобы мой ассистент свалился с простудой!
— Да не свалюсь я, господин… — арзак улыбнулся и окинул оценивающим взглядом оставшиеся жёрдочки. — Мой господин приучил меня к закаливанию… Правда, в проруби зимой, как он, я так и не смог научиться купаться… Простужаюсь, это правда. Но ведь сейчас не зима…
Он легко подтянулся на руках и попытался вскарабкаться на мостки.
— Ку-уда?! — рявкнул Эль, и от этого рявка арзак испуганно вздрогнул и снова рухнул в воду, — Захотел снова оттуда загреметь? Сюда плыви и выходи там, где удобнее! На меня не обращай внимания — я подвинусь!
Протока была — шире некуда, двоим в ней места хватало с избытком, но раб почему-то смутился. Но повиновался. Безмолвно поднырнув под мостки, он рыбкой проскользнул мимо зоолога к самой кромке берега и, поднявшись во весь рост, побрёл на сушу.
— А теперь раздевайся и выжимай одежду! — приказал Эль-Сун. — Давай, давай, чего застыл, как изваяние в пустыне? Или мне вылезти и помочь?
— Нет, господин! — как-то очень быстро и испуганно вскрикнул раб, — Не надо, я сам!
Он начал торопливо сдирать с себя намокшую и прилипшую к телу одежду.
— Принцесса, блин… — проворчал Эль, тоже выбираясь на берег, — Нежная фиалка… И чего вы, арзаки, такие стеснительные? Совсем раздевайся, нечего тут в мокром ходить! — прикрикнул он, берясь за полотенце и вытираясь.
Арзак с ничего не выражающим лицом и закаменевшими скулами повиновался. После чего выпрямился во весь рост и замер, уронив к ногам мокрый свёрток. Лицо его по-прежнему оставалось безучастным, но на щеках алели пятна, а ресницы опущенных глаз чуть вздрагивали, выдавая его волнение.
Эль-Сун с профессионально-эстетическим любопытством окинул взглядом невысокую, но ладную фигуру раба с явственно заметной сухой и довольно рельефной мускулатурой.
— С твоей физухой, я так понимаю, тоже твой господин поработал? — спросил он.
— Д-да… — прошептал арзак. Кашлянул и добавил громче. — Да, господин. Каждое утро и вечер. Турники, кросс, плавание…
— Молодец твой хозяин! Ты, надо признать, в отличной форме! Ну, для арзака, конечно. Приятно смотреть!
Краснеть было уже некуда, однако, Лан ухитрился. Он умоляюще взглянул на бесцеремонно рассматривающего его менвита, но снова испуганно потупился под его пронзительным взглядом. Чуть вздрогнул, но с места не двинулся, даже не шевельнулся.
— Так, ладно, довольно эстетических наслаждений! — сказал Эль-Сун, подбирая с земли свою собственную одежду. — Сейчас в темпе бежим до лагеря. Тебе надо согреться. А потом я тобой займусь уже по-настоящему. Вперёд!
Арзак подхватил одежду и ботинки и рванул прочь от протоки с такой прытью, будто за ним гналось целое стадо крокодилов.
— Хренассе… — озадаченно пробормотал менвит, проводив его взглядом. — Вот это скорость!
И неспешно побежал следом, даже не потрудившись одеться и обуться.
«Вернёмся — спрошу у Ра-Хора, чего это его раб такой пугливый и стеснительный… Чуть что — краснеет и паникует, как девица в солдатской казарме!» — думал он по дороге.
Расстояние между лагерем и местом купания было совсем маленьким — так что Эль успел застать момент, как Лан нырнул под свой навес и затих там, завернувшись в спальник.
Менвит неторопливо, несмотря на довольно прохладный вечер и свежий ветерок, оделся и с полотенцем в руках подошёл к импровизированной арзакской палатке.
— Насчёт одеяла — это ты правильно, — заметил он. — Однако, ты весь мокрый. Хочешь и спальник замочить, а потом спать во всём влажном?
— Простите, господин… — понурился арзак, — Я… не подумал…
— Он не подумал! Где там твой шмотник? Сухое что-нибудь есть на смену? Бельё там, носки, свитер?
— Только бельё и носки, господин… и куртка…
Эль-Сун хотел было уже проехаться на тему непредусмотрительности некоторых пустоголовых арзаков… но вдруг вспомнил, что у рабов и вещей-то личных практически не было. Они и сами-то себе не принадлежали, какие там вещи!
— Мда… — хмыкнул он.
Раб смотрел на него снизу вверх с каким-то непонятным выражением на лице. Словно чего-то ждал и… боялся своих ожиданий.
Страница 16 из 77
