Богам нужны рабы

Дмитрий вышел из кабинета. Голова раскалывалась. И дело было вовсе не в недосыпе, как он убеждал себя раньше. Его кошмары с каждой ночью становились все отвратительнее и ужаснее. И реалистичнее. Он боялся, но не мог найти объяснения своему страху. Пока что.

Опалев Денис. Молчаливый, высокий, массивный. Он был физически силен настолько, что санитары часто просили его помочь им при работе. Проблема его была лишь в одном — Опалев был атеистом. Причем настолько яростным, что вообще не мог жить в мире, где есть церкви, каждый второй молится Богу, а каждый первый поминает черта. Болезнь незначительная, но она полностью погубила его жизнь, лишив сперва работы, а затем и семьи. Как же поведет себя такой человек, когда останется в комнате с тем, кто верует в бога, пусть даже и вымышленного?

Дмитрий вошел в палату. Авдеев лежал на кровати, безо всякого интереса рассматривая потолок. Опалев же сидел в углу, спиной к дверям и тихонько покачивался на месте.

— Зачем вы пришли сегодня, доктор?

— Посмотреть, как вы ладите друг с другом.

— О, у нас тут все прекрасно. Верно?

Опалев всхлипнул и закачался еще сильнее.

— Денис, с вами все в порядке? — мужчина не ответил. — Денис!

Охранники достали резиновые дубинки и нервно переглянулись.

— Подождите минутку. — Дмитрий осторожно подошел ближе. — Денис, поговорите со мной. Он навредил вам? Что-то случилось?

Плечи мужчины задрожали, завывания стали громче.

— Денис? — Дмитрий положил руку на плечо больного, а затем увидел алые дорожки на стене. — Что…

Опалев резко развернулся, схватил Дмитрия за горло и поднял в воздух. У мужчины не было глаз! Лишь два огромных кровавых провала говорили о том, что он когда-то был зрячим.

— Иму-хан не любит, когда на него смотрят! Иму-хан не любит глаз!

— Господи!

Опалев повалил Дмитрия на пол и принялся душить. Охранники бросились на больного, в палату вбегали медбратья и санитары. Они осыпали мужчину ударами, но тот ничего не замечал.

— Иму-хан не любит глаз! Иму-хан не любит глаз! Иму-хан не любит глаз! — верещал Опалев.

Лицо Дмитрия заливали кровь и слюна, а мир постепенно погружался во тьму. Он не мог двигаться, дышать, говорить. Его глаза видели лишь два кровавых провала перед собой, а уши слышали истеричный смех.

Авдеев смеялся.

Жирные щупальца тьмы вырвались наверх. Они разбили водную гладь, уничтожили все препятствия на своем пути. Устремились к суше. Земля трескалась, горы крошились, ледники исчезали.

Щупальца уничтожали, убивали. Сокрушали. Люди ничего не могли им сделать, а их крики и мольбы оставались без ответа. А затем щупальца устремились ввысь, сокрушили небеса.

И пожрали солнце.

— Повезло тебе, парень. Еще бы немного, и тебя бы уже не откачали.

Дмитрий кивнул, поднимаясь с кровати. Медбрат помог ему встать и подал халат.

— Опалева увезли в первую городскую. Сказали, что будет разбирательство, но Александр Анатольевич прикрыл тебя.

— А Авдеев?

— Санитары его чутка помяли и бросили обратно в подвал. А эта гнида даже и не думала замолкать. Ржал как полный псих. Главврач сказал, что эта падаль теперь засядет там надолго.

— Ясно.

Через двадцать минут вернулся Александр Анатольевич.

— Мальчик мой, вы в порядке?

— Да. Простите меня, Александр Анатольевич. Я не знал, что может случиться подобное.

— Мальчик мой, какие же тут извинения! Это я должен просить прощения у вас. Нельзя было оставлять вас одного с Авдеевым. Этот человек — монстр. А я бросил вас прямо к нему в клетку.

— Что теперь будет с больницей?

— Ничего. Мы — единственное подобное учреждение в городе. Опалева конечно уже не вернут нам, но больницу не закроют. Будет разбирательство, но мы справимся с этим.

— Что вы с ним сделали?

— Ничего.

— Он обезумел. Три дня вы находились вместе, а теперь он стал безумцем.

— А разве для вас мы не все такие? — Авдеев подошел к двери. — Безумен сейчас, или безумен с самого начала? В чем разница, если это дом для сумасшедших? Дмитрий, я вовсе не вредил Опалеву. Лишь показал ему суть вещей.

— Вы — монстр.

— Именно. Наконец-то вы признали это, Дмитрий Вадимович. Я — монстр. Но лишь потому что это моя судьба. Боги создают не ангелов и демонов. Им нужны лишь рабы и монстры, что будут смотреть за рабами.

— Вы будете управлять людьми? Люди не скот!

— Тогда почему они всегда покорно идут за сильнейшим?

Тьма. Холод. Вода. Он уже привык к этому.

Ноги обхватили водоросли, тысячи подводных хищников бросились вперед. Их клыки впивались в плоть, разрывали ее. Вода почернела от крови.

Отвратная тьма шагала. Она шла вперед, а за ней тянулась смерть.

Она была уже близко.

Она была готова явить ему свой лик.

— Позвольте мне выйти.

— Что? Вы издеваетесь?

— С чего бы? Вы боитесь меня? Почему? Ведь вы хотите помочь. Каким образом маленькая прогулка может навредить мне? Или вы боитесь за себя?

— Я боюсь, что вы снова пытаетесь манипулировать мною.