Чергид

В первый же день я познакомился с ребятами и вожатым. Нашего вожатого звали Анатолий Емельянович, но дети за глаза называли его дядя Толик. Это был мужчина сорока лет, в прошлом заслуженный учитель школы РСФСР. Он женат, имеет двух детей, но несмотря на это не уделял им никакого внимания. Его хобби были фото— и киносъемка, собственные фильмы получали награды от местных властей. А также, наш пионервожатый был депутатом горсовета и мастером спорта по горному туризму. Ну что сказать, отличный мужик, только странный он какой-то. Но на это никто не обращал никакого внимания, да и зачем им это…

В лагере у меня были два хороших друга Дима и Стас. С остальными ребятами я общался, но дружбу не заводил. Нам и втроем было замечательно. Дима со Стасом оказались моими ровесниками и очень веселыми пацанами. По вечерам мы рассказывали друг другу страшилки, как и остальные. Но наши истории были самыми жуткими, так как втроем мы увлекались мистикой и фантастикой, читали соответствующую литературу, несмотря на запреты родителей. Да и днем нам есть чем заняться. Игры в прятки, догонялки, купание в местном озере были лучшим развлечением. Так и пролетел целый месяц лагеря, осталось еще два, а уезжать совсем не хотелось…

— Дима, Стас, Андрей, прошу вас подойти ко мне, есть разговор.

— Позвал нас Анатолий Емельянович.

Мы побросали палки, которыми чертили забавные рисунки на песке и помчались к вожатому.

— У меня есть для вас предложение. Вы ведь знаете, что я увлекаюсь киносъемкой?

— Начал дядя Толик.

— Да, мы были наслышаны об этом.

— С заумным видом проговорил Дима.

— Ну так вот, у меня возникла идея по поводу нового фильма, он особенный. Будут сниматься некие эксперименты, в которых мне понадобиться ваша помощь. Остальных не хочу просить, ненадежные они. То ли дело вы, на вас всегда можно положиться, поэтому мой выбор пал на вас, ребята. Вы согласны? Не откажите бедному режиссеру, мне действительно некого позвать.

— Предложил вожатый.

Мы переглянулись, пожали плечами и согласно кивнули Анатолию Емельяновичу.

— Вот и славно! Я так рад, спасибо. Жду вас сегодня у себя в девять вечера. Не удивляйтесь, что так поздно, просто не хочу, чтоб остальные считали вас моими любимчиками, потому что я позвал именно вас. Поэтому пусть лучше они ничего не знают. Меньше знаешь — больше тупой, как говорится.

— Пионервожатый издал легкий смешок и направился к нашему отряду.

День пролетел как всегда очень быстро, не успели опомниться, как нас уже стали провожать в наши спальни. Но спать мы и не думали, ведь у нас была.

запланирована съемка фильма Анатолия Емельяновича. Интересно, какие это он там эксперименты удумал…

Уже без пятнадцати минут девятого мы стали выдвигаться в сторону домика пионервожатого. По пути нас встретил сам вожатый и вежливо попросил.

пройти в дом. Комнатка была довольно уютная хоть и небольшая, посредине стоял журнальный столик, на котором лежала стопка книг. Справа от него расположилась мягкая софа, а по левой стороне было пустое место, за исключением трех стульев, ровно стоящих друг от друга. Анатолий Емельянович настоял, чтобы мы сели на них и ждали, когда он включит камеру. Мы немного нервничали, часто переглядывались то друг на друга, то на дядю Толика. Тот поставил новенькую видеокамеру на ножки, чтобы можно было записывать фильм и одновременно участвовать в нем. Взял с тумбочки какие-то веревки, которыми связал нам руки и ноги. Мы не понимали как нам себя вести. Начали паниковать, но вожатый уверил нас, что это всего лишь маленькое испытание, а связывание необходимо для чистоты эксперимента.

Не прошло и двух минут, как пионервожатый вернулся к нам. В одной руке он держал небольшой пакет из продуктового магазина, а в другом сжимал бечевку.

Я занервничал. Это никак не вязалось с моим представлением о предстоящих экспериментах. Но может я слишком много начитался всяких ужастиков. Да и наш вожатый совсем не похож на маньяка-детоубийцу. Но мои ужасные мысли подтвердились, когда Анатолий Емельянович надел этот пакет на голову Стасу. Тот вскрикнул и стал скидывать его с себя, отталкивая вожатого, но разве тринадцатилетний ребенок может побороться за жизнь с сорокалетним мужиком? Вот и я думаю, что вряд ли.

— Вы что делаете! Немедленно снимите с меня этот пакет! Я на такое не подписывался!

— Продолжал кричать Стас, отпихивая от себя пионервожатого.

— Да успокойся ты. Это безопасный эксперимент, что с тобой будет? Вот именно, что ничего. Я сниму его, когда посчитаю нужным. Да вы хоть знаете, что вы, идя на это испытание, совершаете великий подвиг в помощь науке! Не знаете, так вот я вам говорю.

— Анатолий Емельянович окинул всех нас взглядом, затем нацепил веревку поверх пакета и туго затянул на шее Стаса, тот попытался вскрикнуть, но вышел громкий хрип, его голова повисла на груди.