Черт за спиной

Присев обратно за свой стол в ожидании счета профессор вновь устремил свой взор в окно. Пианист играл «Лунную сонату» Бетховена. За окном суета проспекта успокаивалась. Начинало вечереть. Город медленно, но верно готовился отойти ко сну, если это сравнение можно считать уместным в отношении  крупного мегаполиса. Профессор наблюдал в окно около минуты, но ему казалось будто время вновь замедлилось.  Доктор среди идущих повсюду людей, в суете города обратил внимание на девочку. На вид ей было не больше четырнадцати лет. Проходя мимо, она внезапно остановилась, будто увидела перед собой огромную яму и боялась провалиться. В левой руке ее был черный фломастер, в правой несколько гвоздик. Профессор не мог разглядеть точного числа. Ее светлые волосы, казалось меняли свой цвет будто ящерица-хамелеон меняла цвет своего тела. Из светлых они становились огненно-рыжими, медленно поворачивая лицо к профессору, он заметил что радужка ее глаз белого цвета. Девочка приближаясь к окну, трясущейся рукой начала водить фломастером по стеклу, издавая мерзкий скрежет. Казалось профессор был готов оглохнуть прямо сейчас лишь бы она прекратила. Настолько невыносимы были эти звуки. Все ее тело начинало с каждой секундой все сильнее биться в судорогах и рука девочки продолжала писать на окне. Перед глазами профессора появилась надпись написанная задом наперед:«Добро пожаловать в ад». В ту же секунду он схватился за сердце, капли пота ручьем текли по его лицу, дыхание профессора было коротким, но глубоким. Из глаз девочки хлынула кровь. Струи крови без остановки брызгали на стекло стирая надпись. Спустя мгновение она исчезла, было похоже что провалилась в яму. Профессор упал на стул одной рукой держась за сердце и второй беспорядочно рыская по столу. Сам не понимая, что происходит профессор продолжал находиться  в полном недоумении, осматривая зал. Малочисленные посетители ресторана, мирно сидели вокруг и приятно проводили время за ужином в беседе друг с другом. «Неужели снова никто ничего не видел»-пронеслась мысль в голове профессора. Александр Константинович быстро вскочил и устремился в сторону выхода. Его окликнул уже знакомый ему голос официанта, просивший оплатить  счет. Профессор остановившись на мгновение достал из бумажника пару тысяч, небрежно вручил официанту и продолжил движение к выходу. Ленинский проспект почти обезлюдел. На улице смеркалось. Александр Константинович свернув во дворы долгое время беспорядочно шел в неизвестном направлении. Путь был таким же беспорядочным как и мысли в его голове. Придя немного в себя профессор вспомнил своего друга. Тот не раз убеждал посетить коллегу больничный храм возле соседней лечебницы. Той самой где когда-то они трудились вдвоем. Заверяя того, что каждый рано или поздно обязательно придет в храм. Дорога к богу у многих бывает тернистой и тяжелой. Профессор в своих умозаключениях пришел к выводу, что его время пришло. Он прыгнул в проходящий мимо трамвай и уселся в заднюю часть вагона. Вцепившись двумя руками в кресло профессор смотрел по сторонам, словно напуганный ребенок ожидая увидеть очередной приступ галлюцинаций. Все происходившее с ним сегодня, все эти причуды: сначала жена, потом соседка, все было не спроста. Казалось еще немного и профессор будет доведен до отчаяния, но в сердце теплилась легкая надежда на спасение. Спасение души. Пусть о плоти профессор думал всегде больше, чем о душе, но в сегодняшний вечер был обратный случай.  Так в глубокой задумчивости профессор проезжал остановку за остановкой, пока  не показалось величавое здание из белого мрамора. Это и был тот самый больничный храм. Вид с лицевой части украшали античные скульптуры и высокие колонны, которые предавали  зданию величественную красоту. Здание больничного храма являло собой поистине прекрасную архитектурную задумку. На улице было уже совсем темно, лишь фонари освещали все вокруг. Пройдя в переднюю часть вагона профессор не отводил своих глаз и был заворожен удивительной красотой храма снаружи. Трамвай остановился и профессор готовился сойти.