Что обещаем мы

Ведь не может быть, чтобы ее подарок так повлиял на него, даже если он и намекал, что все-таки прочитал книгу. Гермиона свято верила в силу книг, но это было бы просто смешно.

Он так и не рассказал, где провел месяц до Рождества. «Урок восемьдесят шестой: надоедливые вопросы ни к чему не приведут». Однако теперь эту привычку он оставил. Гермиона сама была удивлена, как рада была находиться в его компании. Только сейчас девушка поняла, какой одинокой она была, пусть и проводила больше времени с Пенелопой, заполняя эту пустоту.

Странно это: она больше времени проводила в одиночестве в Алхимической лаборатории Гельвеция и не ощущала своего одиночества. Но тогда она знала, что в любой момент может повидаться с родителями или с ребятами, стоит только захотеть. Возможно, разница была именно в этом.

И еще одно изменение, которое возвращало их к прежним отношениям: Снейп теперь интересовался ее изысканиями о зельях. Она предполагала, что это всегда было ему интересно, однако раньше он настойчиво отказывался показывать это, и теперь Гермиона не понимала, почему его отношение переменилось.

Но когда она снова принялась за улучшение вкуса зелий методом проб и ошибок, которое давным-давно забросила ради умения связывать чары, Гермиона поняла, что советы Снейпа были неоценимы.

Саркастичны, но неоценимы.

— Мисс Грейнджер, я очень сомневаюсь, что с помощью корицы вы получите требуемую реакцию. Разумеется, при условии, что в вас не проснулась скрытая любовь к взрывам, — сказал он в январе, склонившись над котлом с зельем для улучшения памяти.

— Может быть, вы все же передумаете, мисс Грейнджер? — резко сказал он в феврале, когда Гермиона уже почти опустила щепотку мяты в другое зелье. — Если только вы не вознамерились наградить нас обоих головной болью.

— В интересах того, чтобы пообедать в разумное время, могу я предложить экстракт апельсина, мисс Грейнджер? — сказал он в марте.

— Ты все время меня так называешь, — сказала она наконец, гадая, не кажется ли ей, что он привязался к ее фамилии и званию больше, чем раньше. — Ты спишь со мной почти два года. Так почему бы тебе не оставить уже формальности и не обращаться ко мне просто «Гермиона»?

— Может быть, потому, что мне этого не предлагали, — ответил Снейп, и уголок его рта немного поднялся кверху.

«Как будто раньше это его останавливало»…

— Разрешаю звать меня по имени, — сказала девушка и добавила с вызовом: — А мне будет дарована ответная милость?

— Да… Гермиона.

Может быть, из-за того, что он сразу согласился, чем озадачил девушку, а может быть, из-за того, как он произнес ее имя — Гермиона не была уверена, — однако она вдруг обнаружила, что совершенно не может сосредоточиться на зельях.

Это происходило так постепенно, исподволь, что сперва Гермиона ничего и не заметила. Но к Пасхе стало очевидно, что он регулярно пропускал выполнение своего долга. Если поначалу секс у них был по три раза в неделю только иногда, то потом это вошло в привычку.

Разумеется, Гермиона не собиралась жаловаться, но когда однажды он воспользовался своим правом по договору только два раза за всю неделю, она не смогла не сдержать вопроса об очевидном.

— Вдумавшись, мы найдем немало такого, что на первый взгляд кажется добродетелью, а в действительности пагубно, и наоборот: выглядит как порок, а на деле оборачивается благополучием и безопасностью, — уклончиво ответил он, и Гермиона сдалась, решив, что выспрашивать что-то — пустая трата времени.

Может быть, он думал, что она обнаружит, что ей не хватает его прикосновений, если он откажется от близости.

«А может быть, он просто дурак».

Первый день летних каникул закончился. Гермиона выучила прошлогодний урок на «отлично» и, подготовившись к долгому спору, выдала первый залп.

— Северус, я бы хотела наложить связывающие чары на зелья для больничного крыла.

— Очень хорошо.

— Все твои возражения должны уже… Прости, что ты сказал?

Он усмехнулся, явно наслаждаясь ее недоумением.

— Можешь начать прямо сейчас.

— Почему ты так легко соглашаешься? — с подозрением спросила она. — Что ты скрываешь?

— Ничего, — ответил он, и его усмешка превратилась в широкую улыбку чеширского кота. — Если б я знал, что вежливость возымеет такой эффект, давно бы начал вести себя прилично.

Следующим утром Гермиона была в лаборатории уже без четверти семь. Прежде всего она принялась чистить и устанавливать двадцать котлов из запасов Хогвартса — котлы студентов, оставленные на лето в школе.

— Готова ли ученица чародея приступить? — спросил Снейп, подняв палочку.